Спасите меня, Кацураги-сан! Том 8 (СИ) - Аржанов Алексей - Страница 36

— То есть? — переспросил я. — Монахи несколько раз пересаживали семена того священного дерева.

— То дерево, которое вы сегодня увидите, выращено из семечка Дерева Джайя, которое растёт на Шри-Ланке. А его, в свою очередь, посадили ещё до нашей эры, воспользовавшись отростком первого — священного дерева.

Выходит, что действительно старым деревом является Джайя. Подумать только, прошло более двух тысяч лет! Сложно даже представить, что испытывают буддисты, посещая эти места.

Вскоре перед нами появились двое мужчин в оранжевых одеяниях. Я сразу понял, что это монахи. Кикуока Горо носит точно такую же рясу.

Они что-то произнесли на языке хинди. Рупаль Наиду перевёл мне сказанное:

— Нужно снять обувь, доктор Кацураги. Дальше пройти можно только босиком.

Я с пониманием кивнул и снял ботинки. Монахи поставили нашу обувь в специальный шкафчик. Дальше территория храма была выложена каменной плиткой, поэтому никакого дискомфорта из-за оставленных ботинок мы не испытали.

Рупаль Наиду объяснил монахам ситуацию с Арджуном Кирисом, и те не стали как-либо препятствовать его пребыванию на территории. Нам дали добро продолжить нести больного на носилках.

Мы последовали за монахами к храму Махабодхи, и с каждым шагом я чувствовал, как моим телом овладевают метаморфозы. Меня не покидало предчувствие, что я вот-вот что-то пойму. Что-то узнаю не только о лекарской магии, но и о самом себе.

Ни в одном месте силы, что есть в этом мире, что в прошлом, я ещё ни разу не испытывал такого. Интуиция словно взбесилась. Мне приходилось постоянно вручную менять уровень давления и сердцебиения, чтобы не начать ослабевать.

Один из монахов повернулся к нам и вновь сообщил Рупалю Наиду новые указания.

— Говорит, чтобы мы следовали за ними. Прежде, чем войти в храм, его нужно обойти по кругу. Таковы правила, — пожал плечами водитель.

— И нарушать их мы не будем, — ответил я и одобрительно кивнул монахам.

Вблизи храм смотрелся невероятно величественно. Хотя, я сомневаюсь, что любым японским эпитетом вообще возможно описать эту красоту.

Восторг переполнял и меня и Рупаля Наиду. Даже Арджун открыл глаза и принялся осматриваться, будто и вовсе не переживал никаких ухудшений своего состояния.

Мы сделали круг, завернули за угол и…

Вот оно!

Огороженное каменным забором огромное ветвистое дерево. Казалось, оно состояло сразу из нескольких стволов, которые хаотично разделялись, стараясь дотянуться до всех уголков дворика за храмом.

— Бодхи, — сказал монах, указав нам на священное растение. Затем добавил ещё одну, менее понятную для меня фразу.

— Он сказал, что пройти к дереву, к сожалению, мы не можем, — перевёл Рупаль. — Смотреть можно только отсюда.

— И этого достаточно, — сиплым голосом произнёс Арджун Кирис. — Какая же красота, доктор Кацураги… Не знаю, в чём потаённый смысл нашего путешествия, но я рад, что смог оказаться здесь. Даже если в любой момент моя жизнь оборвётся.

— Не торопите события, Арджун, — улыбнулся я. — Мы преодолели лишь половину нашего пути.

Рупаль Наиду вопросительно посмотрел на меня.

— Что дальше? — спросил он, явно не понимая, зачем же всё-таки мы перемещаемся по этим священным местам.

— Пока присядьте, Рупаль, — предложил я. — Мне нужно кое-что сделать.

На земле перед деревом были расстелены ковры, поэтому мы положили на них носилки с Арджуном. Рупаль Наиду сел рядом с сыном брахмана.

А я расположился напротив дерева, сложил ногу в полу-лотос, после чего приступил к медитации.

С каждым вдохом энергии становилось во мне всё больше и больше. Что в Сарнатхе, что здесь, я чувствовал её неиссякаемый запас. Даже если бы я просидел здесь всю жизнь, мне всё равно бы не удалось истощить запас энергии храма и растущего рядом с ним дерева.

Однако нельзя просто взять, промедитировать здесь несколько суток и поднять уровень магии на новую ступень. Интуиция подсказывала, что для усиления я должен пройтись по всем описанным Кикуокой Горо точкам.

Прошёл час, и я начал чувствовать нечто странное. Мои глаза были закрыты, но в голове начали мелькать образы. На долю секунды я подумал, что достиг того же состояния, что и Будда. Но вскоре понял, что на самом деле произошло с моими магическими каналами.

И это осознание поразило меня до глубины души. Ранее я владел лишь двумя способностями — «анализом» и самой лекарской магией.

Но сейчас в моём теле открылась новая — третья ветка. И такой у меня ещё никогда не было.

Я слышал эмоции. Чувствовал, как удивлён Рупаль Наиду. Не глядя на мужчину, читал в нём сомнения. В то же время я чётко ощущал, как от Арджуна исходит восторг вперемешку с чувством безысходности. Однако где-то глубоко внутри него начала зарождаться надежда на хороший исход.

Что это? Откуда во мне эти знания? Я всегда умел читать людей, но чтобы так подробно…

Я посмотрел вглубь себя, и моя магия прошептала мне о наличии новой силы.

Чёрт возьми… Я ещё не открыл «клеточный анализ», зато обнаружил в себе совсем иную способность.

«Психоанализ».

Я вспомнил, как когда-то давно, медитируя в храме Дзодзёдзи, впервые осознал, что моя личность слилась с личностью прежнего Кацураги Тендо. По сути, перемещение в этот мир создало нового человека с диссоциативным расстройством идентичности.

Но теперь новая ветвь магии говорила мне об этом прямым текстом. Я знал наверняка, что в моей психике есть такой незначительный изъян.

Это что же получается? Я теперь смогу не только читать эмоции людей, но и находить психиатрические расстройства? Да это же настоящий переворот для меня самого! Если моя магия теперь сможет лечить ещё и психически больных…

Нужно будет обязательно протестировать эту способность. Банальные депрессии люди не могут вылечить годами, принимают антидепрессанты, и далеко не всем удаётся выбраться из этого кошмара.

А шизофрении? Мой старый знакомый психиатр называл этот диагноз онкологией разума. Неизлечимой болезнью, которую пока медицина умеет только контролировать.

Я открыл глаза и вышел из медитативного состояния. Такого подарка от дерева Бодхи я не ожидал. Повернувшись к своим спутникам, я тут же ощутил необходимость применить новую силу на Арджуне.

— Вы закончили, доктор Кацураги? — спросил меня Рупаль.

— Подождите ещё минуту, Рупаль, — перебил его я. — Мне нужно кое-что проверить.

Я подошёл к Арджуну, парень молча смотрел на меня, не осознавая, что я собираюсь сделать.

Я активировал «психоанализ» и обнаружил то, чего и ожидал увидеть. Заторможенность в прохождении нервных импульсов, полный дисбаланс нейромедиаторов. Серотонина, дофамина и прочих важных для чувства счастья веществ слишком мало, и они не могут работать в полную силу.

Депрессия хронических заболеваний. По-другому её называют соматогенной депрессией. Она часто возникает у людей, которые перенесли инфаркт, инсульт, онкологию или другие инвалидизирующие заболевания.

Очевидно, Арджун ждёт смерти, боится её, и из-за этого его психика истощается.

А теперь попробую ему помочь с этим.

Я закрыл глаза и мысленно направил свою магию в его мозг. И начал исправлять скопившиеся там поломки. Настроил тысячи синапсов — точек, где происходит передача нервного импульса. Наладил ток сигнальных веществ — нейромедиаторов.

И на этом был вынужден прерваться. Больше эта новая способность пока что не могла пробиться ещё глубже в чужое сознание. Однако искренне удивлённый Арджун Кирис поднял голову и посмотрел мне в глаза.

— Спасибо вам, доктор Кацураги, — прошептал он.

В уголках его глаз собрались слёзы. Парень чувствовал невероятное облегчение. Рупаль Наиду окончательно перестал понимать, что происходит между мной и пациентом. Арджун, очевидно, догадывался, что я использую какие-то экстраординарные способности. Но я был уверен, что он никогда и никому об этом не расскажет. А если и расскажет — никто в это не поверит.