Боксер-5: назад в СССР (СИ) - Гуров Валерий Александрович - Страница 33

— Пойдемте-ка выйдем на улицу.

Так-так-так. Вот именно этого я и опасался. Приглашение на улицу — не самый хороший признак. Скорее всего, это значит, что внутри помещения они заваривать кашу не хотят, и им нужно больше простора и меньше свидетелей.

— А че на улицу-то, — продолжал бахвалиться Шпала. — Если тебе чего-то не нравится, то я и здесь ответить могу. Или что, вы думаете, что если подвалили ко мне толпой, то и разговаривать так же будете? Так если вы не в курсе, то мы тут все боксеры и проходим сборы. Так-то я тоже могу сейчас свистнуть и сюда еще сто боксеров придет. И кто тогда кого сделает, как думаете?

Блин! И как я только сразу не догадался! Когда Шпала, вращая своей башкой на эмоциях, в какой-то момент повернул ее в мою сторону, я вдруг почувствовал легкий запах алкоголя. Ну конечно! Он же поддатый! Не в хламину пьяный, конечно — выпил он, видимо, не очень много, но вполне достаточно, чтобы перестать чувствовать опасность. К обычному гонору прибавилась алкогольная бравада. Вот откуда у него это хорохорство и уверенность в собственной правоте и непобедимости!

М-да, значит, тем более нужно постараться как-то погасить всю эту историю. Иначе… да даже думать неохота, что будет иначе. Не дожидаясь, пока эти светлые мысли посетят, наконец, голову Шпалы, я решительно направился к выходу из клуба. Остальные боксеры рефлекторно направились за мной, а вслед за ними пошли и кавказцы.

Вечера на Кавказе изумительно красивы. Во всяком случае, когда темнеет, то величественные горы начинают выглядеть еще более таинственно. Особенно если перед этими седыми горами застыли леса. Создается впечатление, как будто попал в какую-то сказку или мультфильм, потому что такие сказочные пейзажи трудно представить себе в повседневной реальности тем, кто в этой красоте не живет. Горы и деревья Кавказа как будто бы вобрали в себя всю многовековую историю планеты, и, попадая в такие волшебные места, хочется отрешиться от всего суетного и размышлять о вечном.

«А вместо всего этого я здесь вынужден утихомиривать поддатого боксера и купировать чужие разборки», — с досадой подумал я.

— Послушайте, мужики, — я сделал шаг вперед и решил взять переговоры в свои руки. От Шпалы все равно ждать дипломатии — гиблое дело, — наш товарищ действительно поступил неправильно. Он дотронулся до сестры вашего друга. Давайте вы с ним один на один и решите этот вопрос. Шпала, — обратился я к нашему «герою», до которого, кажется, все-таки начало потихоньку что-то доходить, — извинись перед ребятами по-хорошему. Ну ты в этой ситуации действительно неправ, как ни поверни.

Шпала угрюмо посмотрел на меня.

— Ну смотри, — продолжал убеждать я, — тут дело даже не в том, что кто-то местный, а кто-то приехал. Просто представь, что кто-нибудь вот так же начал бы трогать твою сестру. Неизвестно кто, да еще и выпивший!

— Да, Шпала, — ко мне подключились и другие динамовцы, — в самом деле. Ты чего-то глупость сморозил в этот раз. Так нельзя.

— Чего ты мнешься-то, — добавил кто-то из наших, — давно бы уже извинился да закрыли вопрос насовсем. Чего мы все здесь из-за тебя время теряем?

— Ну да, — еще немного помявшись, наконец выдавил Шпала и обратился к главному кавказцу. — Я чего-то… В общем, извини. Я был неправ. Только знаешь что? Раз уж такое дело началось, то я считаю, нам все равно нужно решить этот вопрос один на один. По-мужски.

Мы с ребятами устало переглянулись. Вот же неугомонный-то, а? Ну когда же до него дойдет, что бить морды направо и налево — это не признак крутости и авторитета? Да и вообще — мы здесь на сборах! Ему что, мордобоя на усиленных тренировках не хватает, что ли? Неужели не хочется просто расслабиться и отдохнуть, как нормальные люди?

— Хм, — протянул кавказец. — Ну ладно. Считай, что извинения за сестру приняты. А что касается «один на один», то я не против. Хоть вы и боксеры, но мы тут тоже не пальцем деланные.

Я бросил взгляд на этого кавказца. Действительно, судя по его явно накачанной шее, парень наверняка занимался борьбой. Для нас, боксеров это, кстати, были не самые хорошие новости. У борцов обычно хорошее владение такими приемами, которые в боксе никогда не практикуются. И если ты пропустишь от такого пацана проход в ноги, то, как бы хорошо ты ни работал кулаками, тебя попросту швырнут на асфальт, и ничем хорошим ваша встреча не закончится.

— Слушай, — обратился я к этому главному, — давай отойдем на пару слов.

Кавказец оглядел наших ребят, потом своих, пожал плечами и последовал за мной.

— Чего хотел? — спросил он.

— Понимаешь, — начал объяснять я. — Мы ведь действительно боксеры на сборах. У нас там строго следят за дисциплиной. Собственно говоря, мы и сюда пришли как бы в самоволку. Если тренеры заметят, что мы тут с кем-то деремся, нас выгонят не то что с этой базы, а и из «Динамо» вообще. Что касается вас — я так понял, что в местном отделении вы тоже периодически бываете и проблемы с органами вам ни к чему.

— Ну и что ты хочешь этим сказать? — подозрительно прищурился кавказец. — Ты что, досье на нас решил собирать, что ли?

— Ничего я не решил собирать, — покачал я головой. — Просто я хочу сказать, что эта драка не нужна, по большому счету, ни нам, ни вам. Зачем нам создавать друг другу проблемы, которые потом всем будет тяжело разгрести? Наш парень принес тебе извинения, ты их принял. Так давайте разойдемся с миром да и все. Все равно ведь мы очень скоро отсюда уедем и, скорее всего, вы о нас больше даже не услышите.

Кавказец задумчиво пожевал губами.

— Вообще-то ты верно говоришь, — наконец ответил он. — Проблемы действительно никому из нас не нужны. Я-то, в общем, с тобой согласен. Только ты посмотри на них, — он кивнул головой в ту сторону, где оставались наши компании.

Я проследил за его взглядом и увидел, как воинственно настроенный Шпала уходит в сторонку вместе с кем-то из местных пацанов. Вот же невменяемый, а! Я здесь за него распинаюсь, что-то доказываю, чтобы отмазать его от неприятностей, а он сам туда же лезет!

Честное слово, мне уже не хотелось никаких танцев и новых знакомств. Самым желанным вариантом развития событий для меня в этот момент было забрать этого придурка Шпалу и спокойно вернуться на базу. Жаль только, реализовать этот план в ближайшее время возможности не представится.

— Это у нас такой самый боевой пацан, — объяснил кавказец. — На ровном месте найдет, за что подраться. Как и ваш, я смотрю, да?

— Да уж, — мрачно ответил я. Как теперь вытаскивать Шпалу и заодно всех нас из этой истории, мне было совершенно не ясно. Тем более что и кавказец, по-моему, останавливать своего приятеля не очень-то спешил.

Наш разговор прервал шум мотора. Обернувшись, я увидел разбитую «копейку», на всей возможной скорости подъехавшую к нам и затормозившую прямо рядом со мной. Дверцы автомобиля открылись, и из него показались наши старые знакомые, которых мы отоварили вином в магазине.

— Эй, пацаны! — крикнули они в сторону Шпалы и его, скажем так, спарринг-партнера. — Тормози, але!

— Он у вас совсем, что ли, того? — сказал мне один из них, покрутив пальцем у виска, и вся их компания ринулась разнимать почти начавшуюся драку. Я рванул было за ними, чтобы помочь растащить увлекшихся спорщиков и заодно забрать Шпалу, но уже через секунду застыл как вкопанный.

Вечер пронзила оглушительная милицейская сирена.

Глава 15

— Эй, хулиганье! — сирена смолкла, милицейская машина остановилась, и из нее вышли двое стражей порядка. — Вы чего здесь делаете? А ну-ка всем стоять!

Вот только этого еще нам и не хватало. Разборки с милицией на чужой территории, причем после строжайшего запрета любых нарушений. Правда, один из милиционеров оказался тем самым, который вез нас в своей машине с вокзала на базу. Не знаю, почему, но меня это как-то успокоило. Все-таки он нас уже знает — может быть, удастся с ним договориться, чтобы до Григория Семеновича ничего не дошло? Он же в курсе, что мы не бандиты и не хулиганы, а простые боксеры, в конце концов.