Вкус невинности - Лоуренс Стефани - Страница 37

Он нажал на вставку в деревянной обшивке стены, и в ней открылась маленькая потайная дверца.

Сара растерянно оглянулась на танцующих гостей. Но они, казалось, самозабвенно веселились, не обращая на молодоженов никакого внимания.

– Не волнуйтесь, – промолвил Чарли. – Гостей больше удивило бы, если бы мы остались с ними.

Обняв Сару за талию, он подтолкнул ее вперед. Она не стала сопротивляться. Переступив порог, Сара оказалась в узком коридоре.

Закрыв за собой дверь, Чарли взял ее за руку.

– А почему, вы думаете, гостей не удивит то, что мы покинем залу тайно, ни с кем не попрощавшись? – спросила Сара.

– Потому что все понимают, что мы постараемся избежать навязчивости Джереми, Августы, Клэри и Глории. – Чарли взглянул на Сару, подняв бровь. – Или вы предпочли бы проститься с ними и выслушать массу наставлений и двусмысленных шуточек?

Она, смеясь, покачала головой:

– Избави Бог!

– Вот и я так же думаю.

В голосе Чарли слышалось облегчение. Но тут Сара вспомнила, куда и зачем они идут, и у нее защемило сердце. Она нервно огляделась вокруг, пытаясь собраться с духом. Пройдя по узкому коридору, они поднялись по неширокой лестнице на второй этаж и оказались на лестничной площадке. Открыта дверь, Чарли пригласил ее войти.

– Вы когда-нибудь прежде были в этом крыле? – спросил он.

Они вошли в широкий, роскошно декорированный коридор. Сара выглянула из окна, пытаясь сориентироваться в пространстве.

– Нет. Мы находимся в западном крыле дома, не так ли?

Кивнув, Чарли снова взял ее за руку.

– В этом крыле расположены покои графа и графини. В них можно попасть из центральной части здания через галерею.

Коридор заканчивался круглым помещением. В центре помещения на полированном столике в высокой фарфоровой вазе стояли живые цветы, выращенные в оранжерее поместья, Молодожены вошли в эту комнату, и Чарли, выпустив руку Сары, отошел от нее. Запрокинув голову, Сара взглянула вверх и обнаружила, что круглый потолок помещения был застеклен, и сквозь него в комнату проникал дневной свет.

Услышав щелчок за своей спиной, она обернулась и увидела, что Чарли закрыл массивные двустворчатые двери, отделив круглую комнату от коридора.

– Надеюсь, сюда никто не заявится.

Повернувшись к Саре, Чарли улыбнулся и, подойдя к ней, вгляделся в ее глаза. Он сразу же заметил, что она сильно нервничает. Улыбка Чарли стала более нежной и проникновенной. Он погладил Сару по руке.

– Я не хочу, чтобы нам мешали, – добавил он. Чарли обхватил ладонями ее лицо и припал к ее губам. Поцелуй сначала был трепетным и нежным, но Сара начала отвечать на него, и губы Чарли стали более требовательными и настойчивыми. Саре казалось, что время остановилось. Постепенно она успокоилась и перестала нервничать. Чарли внезапно прервал поцелуй и, взяв Сару за руку, повел ее к двустворчатым массивным дверям, расположенным с другой стороны помещения.

За ними располагалась спальня графа. Переступив ее порог, Сара поняла, что отныне их отношения будут совсем другими, не похожими на те, которые их связывали раньше, когда они встречались в беседке по ночам. Теперь Сара была женой Чарли, она навеки принадлежала ему.

Пройдя в комнату, Сара огляделась вокруг. По шуму за своей спиной она поняла, что Чарли закрыл дверь. Внимание Сары привлекла огромная кровать с четырьмя резными столбами, поддерживавшими балдахин из голубого шелка и атласа. Пологи были перехвачены в середине золотой тесьмой с кисточками и привязаны к столбам.

Сара чувствовала на себе взгляд Чарли, но не могла отвести глаз от обстановки спальни. На окнах висели тяжелые портьеры из синего бархата. Вся комната была выдержана в голубовато-синей цветовой гамме. На обоях цвета слоновой кости были изображены синие ирисы. Золотистый цвет дубовых частей кровати, высоких, стоявших вдоль стен шкафов, расположенного в простенке между двумя окнами туалетного столика с овальным зеркалом гармонировал с синевой драпировок и обивки.

Пол был устлан пушистым персидским ковром с синим, золотистым и бежевым узором.

В обстановке не было никакой вычурности, все детали – изящные лампы, стенные бра, декоративные блюда, вазы – были подобраны со вкусом и выглядели элегантно.

Очарованная интерьером спальни, Сара подошла к туалетному столику и увидела на нем свои расчески. Это почему-то взволновало ее.

Окна спальни выходили на юг. Из них была видна часть Лужайки и расположенное за ней живописное искусственное озеро. Вдоль лужайки росли старые деревья. Их кроны были еще голыми, но почки на ветвях уже набухли и готовы были лопнуть.

День подходил к концу. Солнце уже клонилось к закату. Стоявшая у окна Сара почувствовала, что Чарли подошел к ней совсем близко, и обернулась. Он стоял в футе от нее. Его лицо дышало страстью. Чарли так пристально смотрел на Сару, как будто пытался прочитать ее тайные мысли.

Чувства Сары находились в смятении, она не смогла бы выразить их, даже если бы захотела.

– Я представлял вас в комнате сине-голубых тонов, – промолвил Чарли. – Надеюсь, вам здесь нравится. Если нет, вы можете изменить интерьер.

Его голос звучал слегка хрипловато. Сара вдруг поняла, что эту спальню он готовил специально для нее. Она была местом их интимного общения. В этой комнате находилось их супружеское ложе, здесь они должны были исполнять свои обязанности мужа и жены.

Чарли взял руки Сары в свои и поцеловал их.

– Все, что вы видите, отныне принадлежит вам, – добавил он. – Это ваши владения.

Чарли крепко обнял Сару и прижал к себе. Он взял на себя инициативу, и вскоре в их крови вспыхнула страсть. Их поцелуй походил на исполнение вальса. Сердца молодоженов бились в унисон. Ритмом их биения управляла страсть. Поцелуй становился все более пылким. У Сары кружилась голова и захватывало дух так, словно она мчалась с Чарли в стремительном танце.

Они начали снимать друг с друга одежду.

Теперь, в неярком свете заходящего солнца, Сара могла вдоволь налюбоваться сильной мускулистой грудью Чарли, широким разлетом его мощных плеч. Она водила по ним ладонями, наслаждаясь прикосновениями к его теплой гладкой коже. Ей было приятно прикасаться к завиткам жестких каштановых волос, росших посередине груди, и к плоским соскам.

Лицо Чарли напряглось, его черты заострились, стали жестче. На скулах заходили желваки. Но он молча смотрел на жену, не пытаясь остановить ее. Он разрешил ей раздеть его догола.

Когда она увидела его наготу, у нее перехватило дыхание. Он едва сдерживался, и Сара хотела лишить его самообладания, но не сейчас, а немного позже. С замиранием сердца она осторожно провела пальцем по его животу и боку.

Когда ее рука скользнула вверх и дотронулась до его плеча, Сара подняла глаза и посмотрела в лицо Чарли. У него были крепко стиснуты зубы, закрыты глаза и сжаты кулаки. Сара медленно обошла вокруг него, разглядывая его обнаженное тело. Ее восхищали изящные линии его фигуры, рельефные мышцы, крепкие ягодицы, стройные мускулистые ноги.

С него можно было бы делать скульптуры античных богов и героев. Тело Чарли было великолепно.

Сара, остановившись за спиной мужа, дотронулась пальцем до позвоночника и, почувствовав, как его мышцы напряглись, двинулась вниз.

Когда она вновь взглянула ему в лицо, его глаза были уже открыты. Схватив ее за талию, Чарли резко повернул жену спиной к себе, чтобы развязать пояс нижней юбки.

Его стремительные нетерпеливые рывки показались Саре довольно грубыми. Они стояли как раз напротив туалетного столика, и Сара могла видеть, свое отражение в овальном зеркале. Чарли, опустив голову, пытался развязать узел пояса и раздеть Сару.

Сара издала приглушенный смешок, и Чарли, резко подняв голову, посмотрел на нее в зеркало. Их взгляды встретились. Сару бросило в жар, когда она увидела выражение его лица. Чарли рывком разорвал пояс на нижней юбке, и она упала к ногам Сары.

Теперь на ней были только сорочка, чулки, подвязки и белые атласные туфельки. Однако ткань сорочки была тонкой и прозрачной, как паутинка, и когда Чарли положил руку на талию Сары, она не почувствовала, что между ладонью Чарли и ее кожей есть какая-то преграда.