Вкус невинности - Лоуренс Стефани - Страница 59

Догнав свою госпожу, Хиллз перехватил поводья Мулатки. Его лицо было пепельного цвета.

– Нет! – превозмогая острую боль, крикнула Сара. – Нам нельзя останавливаться! В нас стреляют!

Если бы Сара в момент выстрела не наклонилась вперед, ее могли бы убить.

Она пригнулась к шее лошади.

– Отпустите Мулатку, – приказала она. – Лошадь сама домчит меня до знакомого дома. Чувствуя, что слабеет, Сара закрыла глаза и изо всех сил, вцепилась в гриву лошади. Она знала, что Мулатка найдет дорогу туда, где жила много лет, – в поместье ее родителей, находившееся поблизости.

Сара очнулась, когда Мулатка уже остановилась во дворе у конюшни. Вокруг слышались испуганные голоса встревоженных слуг. Чьи-то сильные руки осторожно подхватили Сару. Вздохнув, она лишилась чувств.

Развалившись в кресле, стоявшем у камина, Чарли с досадой смотрел на Малькольма, просматривавшего доставленные графу из Лондона газеты с сообщениями о банковских инвестициях. Чарли хотелось, чтобы гость поскорее ознакомился с ними и уехал. Впрочем, теперь уже Сара, наверное, возвращалась назад из приюта.

Чарли взглянул в окно. Солнце уже низко стояло над горизонтом. Сара явно задерживалась, и Чарли озабоченно нахмурился.

Может быть, в приюте снова что-то случилось? Чарли заерзал в кресле. Было уже около четырех часов. Возможно, Сара уже вернулась, но решила не заглядывать в библиотеку, чтобы не мешать мужчинам.

Но тут Чарли пришло в голову, что Сара обязательно захотела бы успокоить его и рассказать о своей поездке в приют. Чарли забеспокоился. Если бы не Малькольм, то он сейчас вскочил бы на ноги и бросился искать жену. Но Синклер был его гостем, к тому же он являлся важным источником информации, касающейся инвестиций и финансовой сферы.

Прошло еще несколько минут. Беспокойство Чарли нарастало. В конце концов он решил извиниться перед гостем и сказать, что ему необходимо узнать, вернулась ли Сара домой. Но тут в коридоре, ведущем к библиотеке, раздался громкий топот.

Чарли и Малькольм, как по команде, повернули голову л сторону двери, и через мгновение она распахнулась. В комнату вбежал взволнованный Крисп.

– Милорд, с леди Сарой беда, – выпалил он. – Только что в усадьбу прискакал Хиллз. Он сообщил, что в графиню стреляли.

У Чарли сжалось сердце от ужаса.

– Стреляли?! – вскочив на ноги, воскликнул он и бросился к двери.

Крисп последовал за ним.

– Хиллз говорит, что это была стрела, – на ходу рассказывал дворецкий. – Она вонзилась графине в спину, конюх сам видел это. Несчастье произошло на обратном пути, неподалеку от поместья родителей графини. Хиллз говорит, что она находится без чувств, милорд. Но отец графини утверждает, что рана не представляет угрозы для жизни.

Чарли быстро шагал по коридору. Вспомнив вдруг о госте, он остановился и, обернувшись, увидел, что Малькольм следует за ним. Выражение его лица было таким же мрачным, как и у Чарли. Поймав на себе взгляд хозяина дома, Малькольм махнуk рукой:

– Езжайте к жене! Не беспокойтесь обо мне! Сейчас не до церемоний.

Чарли не стал возражать гостю. Повернувшись, он побежал на конюшню за лошадью.

Сара очнулась от легкого нежного прикосновения руки матери, убравшей с ее лба прядку волос. Жгучая боль в спине успокоилась, стала более приглушенной. Теперь рана ныла и покалывала. Открыв глаза, Сара заморгала. Она лежала на спине, ее голова покоилась на коленях матери. Сара слегка приподняла голову.

– Осторожно, моя дорогая, – сказала леди Коннем, помогая дочери приподняться и сесть на диване. – Вот так, хорошо.

Взглянув на стоявшую у двери старую гувернантку, она распорядилась принести Саре куриного бульона. Оглядевшись вокруг, Сара поняла, что находится в одной из задних комнат в доме родителей. Она сидела вместе с матерью на стоявшем у окна диване. Неподалеку от них стояли ее сестры: Клэри и Глория, и во все глаза смотрели на Сару. Судя но всему, их распирало от любопытства и они готовы были засыпать Сару вопросами, но сдерживали себя, опасаясь нагоняя от матери.

– В меня действительно пустили стрелу? – спросила Сара.

Леди Коннингем кивнула:

– Да, из арбалета. Твой отец утверждает, что с таким оружием в это время года никто не выезжает на охоту.

Сара неловко повернулась и вскрикнула от боли.

– Осторожнее, дитя мое. Нам повезло, доктор Калибурн как раз приехал по делу к твоему отцу и находился в усадьбе в вот момент, когда тебя, бесчувственную, принесла лошадь. Он обработал рану и сказал, чтобы мы не волновались. Стрела прошла по касательной… Это просто глубокая царапина. – Леди Коннингем похлопала дочь по руке. – А еще доктор сказал, что ты родилась в рубашке.

Голос матери дрогнул, и Сара, улыбнувшись, сжала ее руку.

– Я действительно хорошо себя чувствую, не переживай. Все обошлось.

Сейчас Сару беспокоила не ноющая боль в спине, а мысли о муже. Взглянув в окно, она увидела, что уже смеркается.

– Который теперь час?

– Начало пятого. Мы послали твоего конюха в Моруэллан-Парк. Он расскажет Чарли обо всем, что случилось. – Леди Коннингем показала на лежавшие рядом с ней на диване жакет и разорванную блузку в пятнах крови.

В этот момент вошла Твиттерс с куриным бульоном для Сары.

– Вам надо подкрепиться, – сказала гувернантка, ставя поднос с тарелкой на маленький столик. – Скоро приедет граф. Надеюсь, вы не хотите на его глазах снова лишиться чувств.

Сару всегда удивляло, что Твиттерс безошибочно находила самые веские аргументы для своих подопечных, заставляя их выполнять ее распоряжения. Послушно взяв ложку, она стала есть.

Сара никогда прежде не падала в обморок. Ей не хотелось представать перед Чарли слабой и больной.

Не успела она доесть бульон, как во дворе раздался стук копыт. Взглянув в окно, Сара увидела Чарли. Спрыгнув на землю, он стремительно зашагал к крыльцу.

Мать с тревогой взглянула на Сару:

– Ты в состоянии встать?

Сара осторожно поднялась на ноги. Твиттерс поспешно убрала посуду со столика. Кроме ноющей боли в спине, Сари не испытывала никаких недомоганий. Голова перестала кружиться. Куриный бульон пошел ей на пользу.

– Я прекрасно себя чувствую, – заявила она.

Ей хотелось поскорее вернуться домой в Моруэллан-Парк. Ее несколько нервировали суета и хлопоты матери, старания Твиттерс угодить ей, назойливое любопытство младших сестер. Сегодня она поняла, что Конникгем-Мэнор больше не является ее домом.

Дверь рывком распахнулась, едва не задев Клэри, которая с испуганным криком отпрянула от нее, и в комнату ворвался Чарли. Замерев на мгновение, он окинул Сару с ног до головы горящим взглядом, и на его лице отразилось выражение облегчения.

– Как вы себя чувствуете? – заботливо спросил он. Сара была потрясена тем, что Чарли, вопреки своему обыкновению, не скрывал эмоций и его не смущало присутствие о родственников.

– Прекрасно, если не считать незначительной боли в спине. Но доктор сказал, что у меня не рана, а всего лишь глубокая царапина.

Чарли что-то пробормотал себе под нос и быстрым широким шагом пересек комнату. Подойдя к жене, он осторожно обнял ее, стараясь не дотрагиваться до раны.

– Хиллз сказал, что стрела вонзилась вам под лопатку, – прошептал он прижавшись губами к ее волосам.

Сара, замер в объятиях мужа, наслаждалась исходившим от него теплом и ощущением силы.

Пауза затягивалась, и родственники Сары начали сдержанно покашливать. Чарли поднял голову, возвращаясь к действительности, но не выпустил жену из объятий. Он больше не хотел скрывать своих чувств.

– Может быть, перейдем в гостиную? – предложила леди Коннингем.

Чарли ничего не ответил, и Сара дернула его за рукав. Взглянув на нее сверху вниз, он нежно улыбнулся.

– Вообще-то я хотел, чтобы мы сразу же отправились в путь и добрались домой до темноты, – промолвил он.

– Но ведь Сара еще слаба… – попыталась возразить леди Коннингем.