Мой Демон (СИ) - Сухарева Елена - Страница 13

Обернувшись, я увидела, что дорога исчезла, словно вывела меня в город и растворилась. Сейчас позади стояли дома, и десятки тропинок и дорог вели в разные стороны.

Я осторожно шла и старалась не привлекать к себе внимание. Хотя как его не привлекать? Все оборачивались и смотрели на меня с интересом.

— Конечно, как я могу не привлекать внимание? Я же выгляжу абсолютно иначе!

С каждым шагом становилось страшнее. Мне уже начало казаться, что они набросятся на меня и сожрут. Мои волосы бросались всем в глаза, не говоря уже про внешний вид. Бежевое платье было слишком светлым для этого города. Жители были одеты в чёрные мантии или чёрные кожаные костюмы; некоторые женщины были, как и во дворце, полуголые.

«Ну почему всё вокруг погружено в черноту, и в пламени мерцает золото? Здесь отчаянно не хватает ярких красок».

Я пересекла одну улицу и свернула за фонтан на другую. Тьма здесь оказалась еще более зловещей: мрачная паутина обвивала стены домов, зелёные огоньки плясали на крышах. С каждым шагом улица, казалось, сужалась, словно стремясь меня сжать и не позволить продвинуться дальше.

Сердце бешено колотилось. Я уже сожалела об этом рискованном предприятии. Оно может стоить мне жизни. Ведь куда идти и что здесь делать — совершенно непонятно.

* * *

Демид уже прибыл во дворец и шагами, полными ярости, направился в тронный зал. Там Рудольф сразу доложил ему о случившемся у выхода в сад между наложницей и Мирой, после чего смертная девушка сбежала.

Демон уселся на трон, а огненные языки пламени бушевали и искрились зловеще вокруг него.

— Рудольф, — прошипел он, — как ты допустил это?

Рудольф лежал у ног и боялся пошевелиться. Он знал, что за такую ошибку мог лишиться жизни, особенно учитывая, каким свирепым становился повелитель в гневе. Слегка приподняв голову, он ответил:

— Повелитель, — дрожащим голосом начал слуга, — вы позволили ей выходить из покоев. Я не препятствовал. Не знаю, как она прошла через врата! Это невозможно было предугадать!

Лёгким взмахом руки Демид поднял Рудольфа в воздух.

— Я разрешил ей покидать покои! Но ты должен был следить за каждым её шагом! — Демид вспыхнул от злости. — И что из этого получилось?

Он сжал руку в кулак, и слугу окутало огненное пламя, которое сжигало не плоть, а внутренности, принося немыслимую боль и адские страдания. Рудольф корчился в муках, но не смел произнести ни слова: Демид лишил его голоса, чтобы тот изрядно помучался.

Двери тронного зала распахнулись, и вошла Руна, его наложница. Увидев, как повелитель карает Рудольфа, она задрожала от страха, но не осмелилась перечить и пошла к нему, верно склонив голову.

— Повелитель, — упала она в ноги, — я готова отдать за вас жизнь! Можете меня убить, если я разгневала вас!

Демид сверкнул кровавым взглядом. В одно движение руки невидимая сила притянула девушку к нему, и он сжал её за горло.

— Что мне твоя никчёмная жизнь! Ты всего лишь шлюха, которой повезло стать моей наложницей! — кричал он, сжимая её тонкую шею сильнее. — Как шлюха посмела возомнить себя кем-то большим? Отвечай!

— Повелитель, пожалуйста, простите! — слезно молила она.

Демид разомкнул руку, и Руна с Рудольфом упали к его ногам.

— Убирайтесь вон с глаз моих!

От его грозного вопля слуги немедля поднялись и быстрее убрались, боясь, что Демид передумает и подвергнет их немыслимым адским пыткам.

Зловещая аура накрыла весь дворец, проникая в каждый его уголок. Любой житель ощущал этот ужас, пробирающий до костей.

Демид облокотился на спинку кресла, в его руке из пустоты появился бокал с красным вином. Сделав несколько глотков, он увидел, как двери снова распахнулись, и вошёл Годрик.

Демон подошёл ближе к повелителю и склонил голову в приветствии.

— Повелитель, приветствую тебя!

Демид молчал, нахмурив брови. Он был невероятно зол и сжал бокал с такой силой, что тот расплавился — раскаленный металл стек по его руке на пол.

— Демид, — продолжил Годрик, — ты ведь знаешь, где она. Почему не переместишь её обратно во дворец?

— Пусть прогуляется за пределами города.

Годрик не понимал повелителя, но знал, что тот мог что-то задумать.

— А зачем тогда срывать злость на слугах?

— Они должны были следить за ней. И как выяснилось, они не способны справиться со смертной! Человек сбежал от дьявола, подумать только! — усмехнулся он.

Годрик облокотился спиной на золотую колонну и отчаянно вздохнул.

— Ты же сам вчера напугал её. К тому же, она необычный человек, наверное, поэтому врата открылись перед ней.

Демид задумался. Её страх не был таким, как у всех, и ему вовсе не нравилось, когда она его боялась: это злило его ещё больше. Но такой проступок не мог оставаться безнаказанным, и он уже придумал для нее соответствующее наказание.

— Она получит должное наказание, а пока пусть насладится адским воздухом свободы.

Повелитель встал с трона и направился в свои покои, а Годрик, склонив голову, проводил его взглядом, полным непонимания.

Глава 8. Наказание

Уже вероятно несколько часов я блуждала по тёмной улице, погружённой во мрак. Демоны, проходящие мимо, кидали на меня недобрые взгляды, и я украдкой старалась обходить их, не смотря в их лица. Сгущавшаяся темнота и гнетущий мрак города начинали потрясать меня. Мысли о возвращении во дворец мелькали в моей голове, но я пресекала их, понимая, что и там меня не ждёт ничего хорошего.

— Стоп! Если я сейчас вернусь, — размышляла я, — повелитель преисподней меня просто убьёт за побег! А может быть, — задумалась я, — он ещё не вернулся во дворец?

Я замотала головой, понимая, что нельзя так быстро сдаваться. Зловещая тьма сгущалась, и вдоль улицы начали виднеться деревья. Кажется, я прошла город и приближалась к его выходу. Сделав ещё несколько шагов, я оказалась на тропе, окружённой кустарниками, ведущей вглубь леса. Остановившись и обернувшись, я увидела, как стены города начали зарастать деревьями, а крыши домов испарялись в дыму, словно город был иллюзией. Через пару минут он и вовсе исчез.

Меня начинала охватывать паника. Я боялась, что совершила ошибку. В городе среди демонов было жутко, но их было много, чего не скажешь про лес. Обернувшись обратно к лесу, я почувствовала мурашки на коже. Идти туда было страшно, но возвращаться — ещё страшнее. Собрав волю в кулак, я пошла по ночной тропинке. Удивительно, как быстро настала ночь, ведь должен быть обед, или, в крайнем случае, вечер. А может, это в лесу так темно?

Пройдя ещё несколько метров, я оказалась в самой чаще леса. Тёмный туман искрился во мраке, окутывая землю, смешанную с красным песком, из которого росли алые папоротники. Их листья шевелились, словно живые, протягивая ко мне свои ростки. Деревья взмывали высоко вверх, раскинув огромные чёрные листья.

— Боже, куда я иду? Страшно-то как!

Мне стало невероятно страшно и холодно. Пройдя ещё немного, я решила развернуться и пойти обратно, пока ничего плохого не случилось.

— Хотя я и так в Аду! Что может быть ужаснее?

Обернувшись, я заметила тени, мелькающие из-за стволов деревьев. Я сразу отступила назад, схватившись за сердце, которое бешено забилось. Ноги побежали сами.

Пока я бежала, тени преследовали меня, как будто стремясь поглотить. Они окружали со всех сторон, и я, не глядя под ноги, споткнулась обо что-то, падая коленями на землю.

— Как больно!

Позади послышался шелест листвы. Я осторожно обернулась и присела на землю, затаив дыхание от ужаса. Передо мной предстали чёрные волосатые существа невероятных размеров. Вокруг них клубилась тьма, а глаза сияли кроваво-красным светом. Они обнажили острые, как сталь, зубы и начали приближаться.

Я сидела, лишённая сил пошевелиться, зная, что убежать не получится: их становилось всё больше. Каждая секунда растягивалась в вечность, и я уже отсчитывала мгновения, оставшиеся до конца моей жизни. Внезапно они все бросились на меня, не давая и крика издать. Я крепко зажмурила глаза, готовясь к неминуемой смерти. Но вместо боли и ужаса услышала дикий вопль и увидела яркую вспышку, заставившую меня открыть глаза.