Убежище в горах (ЛП) - Джеймс Никки - Страница 46

Эти гнетущие мысли упорно засели в моей голове, пока я следовал по проторенной дороге, ведущей в город, перекинув сумку с бельем, которое нужно постирать, через плечо. С тех пор, как я виделся с Аспеном, прошла уже неделя. Семь дней с момента нашего жаркого контакта в ручье и общения, последующего за ним.

Аспен не пытался скрывать, что не станет перечить моей матери, если она примет решение обратиться к властям, чтобы вернуть меня домой. Ранее она говорила ему о том, что ей не хотелось бы этого делать, но если я не вернусь самостоятельно, то у нее просто не останется другого выбора.

По полицейской базе я числился пропавшим без вести, и они не раздумывая отправились бы на поиски меня, если бы моя мать заявила, что владеет определенной информацией о моем местоположении. К тому же Аспен потрудился объяснить мне, какие последствия могут меня ожидать, когда обнаружится, что я завладел собственностью, не принадлежавшей мне.

Бесконечная какофония и гул в моей голове практически сводили меня с ума. Я не мог сделать никакого выбора. Меньше всего было нужно, чтобы общественность узнала, что я вернулся в Крикстоун. Даже если люди Россена действительно отступили, как только до них донесутся слухи, опасность снова станет столь же ощутимой, как и вначале. Или все же мне будет спокойнее по возвращению домой.

А может, мне стоит бежать. Отправиться куда-то в другое место и попытаться выжить.

Но мои сбережения таяли с каждым днем. Деньги, которые я обналичил пять лет назад, были на исходе, и даже если бы я имел возможность остаться в своей хижине, очень скоро я бы лишился возможности получать элементарные услуги, которые помогали мне существовать все это время.

И что будет с Аспеном? Будет ли он в безопасности? Если вдруг всплывет, что он нашел меня или имеет сведения о моем местонахождении, это автоматически сделает его мишенью. Люди Россена могут навредить ему ради того, чтобы добыть информацию.

Лишь от одной мысли об этом по моей спине пробежал холодок, и я сильнее вцепился в лямку сумки. Нет, этого не будет.

На подходе к городу я свернул с дороги, спускаясь вниз по скалистому уклону. Солнце уже клонилось к закату и, судя по его положению, приближалось время ужина. Выйдя из-за заправочной станции, я осмотрелся по сторонам и, опустив голову, направился к входу в прачечную.

Загрузив свои вещи в машинку, я закинул на плечо пустой рюкзак, чтобы отправиться в магазин за продуктами. Как только я вывернул из-за угла, до моего уха донесся знакомый смех, и я поднял глаза и увидел Аспена, который взъерошивает небольшой хохолок на голове какого-то молодого парнишки. Вскоре я признал его, как и рыжеволосого парня и брюнетку, которые загружали коробки и бутыли с водой в багажник джипа Аспена.

— Ты мелкий засранец, — сказал Аспен, отталкивая парня, когда тот сложил губы для поцелуя, практически достигнув лица Аспена.

Этот маневр пробудил во мне ревность, и я, нахмурившись, замедлил шаг, чтобы понаблюдать за ними.

Парнишка усмехнулся, уворачиваясь от руки Аспена. Именно в этот момент воздух разрезал пронзительный свист, заставивший меня насторожиться. Все, включая меня, посмотрели в сторону рыжеволосого, который ткнул подбородком в том направлении, где стоял я.

Я напрягся и отступил назад, когда Аспен и мистер Хохолок переключили внимание на меня. Парень заметно удивился, а затем снова посмотрел на Аспена, скорчив умилительную гримасу.

— Перестань, — произнес Аспен, ткнув в него указательным пальцем.

Затем, приняв серьезный вид, Аспен жестом показал парню, чтобы тот помог товарищам с погрузкой. Когда Аспен двинулся в мою сторону, мистер Хохолок должно быть отпустил какую-то шутку, которую я не расслышал, так как Аспен замахнулся в его сторону, но промахнувшись, просто подтолкнул того к остальным.

— Мелкий придурок!

Аспен направился ко мне, мотая головой и широко улыбаясь. Он выглядел расслабленным и довольным. Его футболка плотно облегала тело, подчеркивая мускулы. Однако мой взгляд тут же зацепился за его оголенные колени, выглядывающие из-под шорт. Левую коленную чашечку украшал приличных размеров пурпурно-желтый синяк, а на правой виднелись ссадины.

— Приветствую, дикарь, — заявил он. — Странно видеть тебя посреди цивилизации.

Я нахмурился, не сводя глаз с его коленок.

— Что с тобой случилось? — спросил я, указав на его повреждения.

Аспен ухмыльнулся, и я пристально посмотрел ему в глаза, когда он подошел совсем близко.

— Сексуальная травма. И я хочу, чтобы ты понимал, что не проходит ни одной гребаной минуты, чтобы эти сопляки не пытались меня подколоть по этому поводу, — прошептал он.

Я бросил взгляд на паренька с хохолком, который тут же отвернулся в другую сторону. Ярость, которая бушевала во мне с тех пор, как я увидел двусмысленные жесты, оказываемые им в сторону Аспена, рвалась на свободу. Сексуальная травма?

— В следующий раз, — продолжил Аспен, не улавливая моего внутреннего кипения, — не могли бы мы, если это возможно, избегать каменистых поверхностей? Особенно, если ты хочешь, чтобы я стоял на коленях. У тебя же имеется вполне подходящая для таких занятий кровать, которую мы почему-то избегаем.

Я снова посмотрел на Аспена, пытаясь переварить его слова, затем вновь скользнул взглядом на мистера Хохолок и снова на колени Аспена.

— Я травмирован по твоей вине, но жить буду. Мне же уже не двадцать лет.

По моей вине? Каменистые поверхности?

— Оу, прости.

Он ухмыльнулся и пожал плечами.

— Ерунда. Так что ты забыл в городе?

— Зашел в прачечную. И нужно кое-что прикупить, — я потер рукой подбородок.

— А ты?

Молодежь закончила с погрузкой, захлопнув багажник джипа, и стала болтать о чем-то, беспрестанно посматривая в нашу сторону.

— Финальная закупка продовольствия. У нас осталось всего четыре объекта, с которыми мы должны поработать уже завтра. А потом, через неделю, мы соберем образцы, и рабочее лето будет закончено.

Он говорил об этом с расстановкой, и в его глазах я смог прочесть, как он незаметно намекает мне, что у меня остается все меньше и меньше времени для принятия решения.

— Когда вы уезжаете?

— Двадцать седьмого августа.

Это заявление снова выбило меня из колеи, и я снова судорожно пытался найти ответы. Аспен схватил меня за руку и потащил за угол магазина. Когда мы сбежали от людских глаз, он прижал меня к кирпичной кладке и крепко вцепился в мой подбородок.

— Услышь меня, Хаксли. Тебе не хуже меня известно, что если ты останешься тут, тебе грозит гораздо больше неприятностей, нежели если ты уйдешь. Перестань сопротивляться и просто доверься мне.

Я подался вперед, пытаясь освободиться от его хватки, но, неожиданно для меня, Аспен быстро вернул меня на место и улыбнулся, когда прочел удивление на моем лице.

— Да, Большой парень, я тоже в состоянии контролировать ситуацию. Если ты будешь сопротивляться, я смогу дать тебе отпор. То, что я позволил тебе поставить меня на колени и делать то, что тебе вздумается, совсем не значит, что я не могу взять инициативу в свои руки.

Его лицо было в сантиметрах от моего, его дыхание ласкало мои губы, мятное, словно он только что пожевал жевательную резинку.

— Ты никогда не позволял делать мне то, что вздумается, — возразил я. — Так как если бы я это сделал, ты бы точно об этом узнал. Твоя задница помнила бы об этом несколько дней.

Улыбка на его лице стала еще шире. Он сжал мой подбородок еще сильнее, другой рукой роясь у себя в кармане. Затем он вложил что-то в мою ладонь, побудив зажать это в кулаке.

— Возьми это с собой домой. Они могут нам пригодиться.

Только на ощупь я понял, что это была связка из трех презервативов. По моей коже разлилось покалывающее тепло, посылая сигнал вниз моего живота. Зрачки Аспена расширились, когда он подался вперед, буквально касаясь своими губами моих.

— Если ты не собираешься поехать вместе со мной домой, то позаботься хотя бы о том, чтобы моя задница запомнила это лето.