Обещаю, ты не узнаешь о сыне (СИ) - Мар Ясмин - Страница 11

— Они желтые, — снова шепот.

— Мне еще никто не дарил желтые розы, — я сделала вид, что нюхаю охапку листьев.

Малыш снова склонился к моему уху:

— Мам, ты знаешь, что я могу цвет букета менять? По секретику скажу…

Я подошла к лавочке и забрала вещи сына. Затем мы попрощались с воспитательницей, которая нервно набирала номер родителей девочки - ее до сих пор никто не забрал. Бледная, она лишь махнула нам рукой. Отчего-то никто из родителей не отвечал на звонки, из-за чего девушка волновалась сильнее. Во-первых, у нее закончился рабочий день полчаса назад. Во-вторых, было жаль девочку, которая целый день ждала отца. К тому же Ольга Сергеевна даже не знала, как быть, если в ближайшее время никто не свяжется с ней по поводу Юли.

— Представляешь, Юля себя плохо вела дома, и папа за ней не пришел, — вдруг сказал Марик, когда мы уже шли по дороге.

— Это она сама тебе сказала? — спросила я, несколько удивленная.

— Да, сама. Она без разрешения съела конфету перед обедом, — очень серьезно продолжил он. — Папа, наверное, посчитал конфеты и понял, что Юля не послушалась его. Он теперь ее навсегда в садике оставит?

Последний вопрос был задан очень грустным тоном.

Очень часто Марк своими словами вгонял меня в тупик. Хоть я и мама уже три года, но в такие моменты мне бывает сложно даже слова подобрать.

— Нет, конечно, — я потрепала его мягкие волосы цвета молочного шоколада. — Вот увидишь, за Юлей придут, просто у папы наверняка были важные дела, и он опаздывает. Вот как я сегодня. Я так спешила к тебе, милый.

— Я тебя очень ждал. Сильнее тети Леси, но ты ей только это не говори, а то она обидится.

— Обещаю, не скажу,— с улыбкой заверила я, чувствуя, как тепло обволакивает грудь.

Марик, несмотря на возраст, очень красноречивый и эти его невинные фразочки просто разрывали мне сердце. Мой маленький мужчина.

У нас с Марком небольшая традиция - когда я его забираю, то мы обязательно идем куда-то за вкусняшками. То за свежим мармеладом на развес, то в пиццерию, то пить молочные коктейли.

Сегодняшний день не стал исключением. Мы шли, держась за руки, по улице и заметили кафе с большой сверкающей вывеской «Миндаль». Марик сразу же начал заинтересованно изучать вывеску, а я, помня, что днем мне не дали попить кофе, решила исправить это.

Зал был большой, красиво оформленный в теплых оттенках. Пахло свежей выпечкой и ванилью. Едва мы устроились за угловым столиком, который был ближе всего к игровой зоне, к нам подошел официант с меню.

— Марик, есть хочешь? — спросила у сына.

Он рассеянно кивнул, не отрывая взгляда от игрушек… У меня в голове в подобные моменты всплывает строчки песни «потеряли пацана», потому что в такие моменты у него притупляется все чувства, кроме любопытства. Он хочет изучить игрушки, которые ранее никогда не видел, и лучше на его пути не становиться.

— Тогда выбери себе что-нибудь и потом беги играть, — с улыбкой пододвинула страничку с детским меню, который состоял из красочных картинок.

Но из всего обилия блюд сын выбрал одно и ткнул пальчиком в картинку:

— Хочу сырники! И чтобы как тут с малиной.

И сразу же убежал в сторону вожделенных игрушек. Я добавила к заказу раф с соленой карамелью, маленькое пирожное с воздушным сливочным кремом и какао для Марика.

Кофе и десерт мне принеси спустя пять минут. И я с наслаждением сделала первый глоток, сев лицом к игровой зоне, чтобы следить за Марком. Он там сразу же подружился с мальчиком, и теперь они собирали Лего.

Все было прекрасно, пока я не почувствовала спиной жгучий взгляд. Я несколько раз повернулась, но никого не заметив позади, спустила это противное ощущение на паранойю. Я просто распереживалась сегодня. Бывает.

Но ложечка выскользнула из пальцев, когда за мой столик совершенно спокойно уселся… Кирилл.

— Мира, почему из всех заведений ты выбрала это? — его вопрос меня огорошил.

Да и очередное эффектное появление совершенно меня не порадовало! У меня от паники мурашки по коже пошли, а пальцы мелко задрожали.

Стоит Марку только заметить, что за наш столик кто-то сел, и он прискачет проверять, знакомый ли это. И обязательно поздороваться.

Это был провал. Полный. Потому что я не смогу взять в охапку ребенка и убежать прочь. Желательно - в другой город, гораздо больше этого, раз здесь на каждом шагу мы сталкиваемся с Никольским.

— Долго собираешься молчать? — голос Кирилл был холодный и безжизненный. Будто бы вовсе не он сегодня эмоционально убеждал меня начать все сначала.

— Если бы где-то стояла пометка, что ты находишься здесь, я это место за несколько километров обходила, — устало ответила я.

Метаться поздно - рано или поздно Кирилл все же увидел бы Марка. И если он такой же смышленый и головой сильно не бился, то сделает соответствующие выводы. А если не сделает… Я ничего не потеряю, так даже будет лучше.

— Тогда тебе самое время уйти, — сказал он с совершенно каменным лицом.

— С чего это? — я наоборот откинулась на спинку кресла. — Я никуда не собираюсь. И пожалуйста, дай мне хоть сейчас насладиться кофе. Пересмотри свои привычки и перестань бесцеремонно садиться за чужие столы.

Он сощурился.

— Мира…

Больше он ничего не успел сказать. Потому что Марик все же заметил незваного гостя и с широкой улыбкой подбежал к нам.

— Мам, хочешь, познакомлю тебя с Никитой? Мы с ним теперь лучшие друзья! — а потом повернулся к напрягшемуся Кириллу: — Здравствуйте, дядя! Вы кто? Встаньте с моего места.

Потом кинул на меня взгляд и запоздало добавил:

— Пожалуйста.

Мне страшно было смотреть на Кирилла. Потому что я ждала и боялась одновременно одного и того же - что он все поймет. И до последнего мой взгляд гулял везде - на чашке с кофе, на десерте, который я так и не попробовала. И только потом, спустя несколько секунд, которые тянулись невыносимо медленно, я подняла голову.

И посмотрела прямо в растерянные и злые зеленые глаза Кира.

А он неотрывно смотрел на меня, и его красивое лицо застыло маской. Только желваки ходили ходуном под кожей с легким загаром.

— Ваш заказ, — к нам подошел официант, и его голос звучал для меня приглушенно из-за напряжения, которое буквально повисло в воздухе. Парень ловко устроил на столе тарелку с сырниками и стакан с какао. Затем поднял упавшую ложечку с пола и спросил: — Принести новую ложку?

— Будьте добры… — выдохнула я, чувствуя, что мне становится тяжело дышать от волнения.

— Садись на свое место, Марк, — Кирилл поднялся, но остался стоять рядом. — Извини, я не знал, что ты тут сидишь.

Сын тут же ловко запрыгнул на стул, а Кир, словно бы делал это тысячи раз, придвинул его ближе к столу.

— Мама, кто это дядя? — сын взял в руки вилку, с восторгом наколол на нее малину и съел. Потом заметил стакан с какао. Его зеленые глаза блеснули. Скинув кроссовки, Марик встал на кресло, чтобы удобнее было пить из высокого стакана.

— Мама сейчас нас познакомит, — мягко произнес Никольский, пока я безуспешно пыталась что-то придумать. Но именно сейчас все здравые мысли слепились в кашу, которую понять было невозможно. А когда он обратился ко мне, его голос звенел от еле сдерживаемого гнева: — Мира, отойдем на минутку.

Я кивнула. Повернула голову к сыну, с интересом смотрящего на нас:

— Марик, ты пока ешь, я сейчас приду.

Конечно, мы не отошли далеко - лишь отошли на безопасное расстояние, чтобы нас не слышал ребёнок, но при этом я его могла четко видеть.

Несколько посетителей с лениво посматривали в нашу сторону… а потом я снова почувствовала это зудящее чувство, будто кто-то непрерывно смотрит на тебя.

И тут же увидела, кто это был - девушка сидела у окна и неотрывно смотрела на нас. Очень красивая хрупкая брюнетка в милом платьице…

Видимо, у кого-то сегодня было свидание. А все внимание досталось мне.

— Быстро ты передумал начинать все сначала, — едко прокомментировала я, усмехнувшись. — Или ты не изменяешь своим традициям и работаешь на два фронта? Одна для души, другая для тела?