Обещаю, ты не узнаешь о сыне (СИ) - Мар Ясмин - Страница 16

С медицинским персоналом мне тоже не повезло.

— Школьница залетная, вместо уроков видать по парням шастала, — с пренебрежением обсуждала меня акушерка с медсестрой.

— Да у вас хотя бы совершеннолетняя, Рита Пална, а вот недавно в соседней палате рожала шестнадцатилетка. И родила как по маслу! Ужас, что творится в школах, разврат, страшно внучку теперь отпускать!

— А кто принимал ее? — кинув взгляд на обессиленную меня, которую опустила очередная схватка, спросила акушерка. — Ольга Ивановна?

— Она самая. Но ору, конечно, было… — медсестра быстро начала вводить в мою капельницу какие-то препараты. — Терпеть не могут боль, молодежь, вот я четверых родила и без анестезии этой.

— Мне больно… Пожалуйста, когда это закончится? Я хочу встать, пожалуйста… — я молилась, стенала, просила, плакала.

— Что ты ноешь? Ты как думала, рожать так же легко, как и ноги раздвигать? — безразличным тоном отвечала Маргарита Павловна и снова уходила куда-то.

— Мама-ма-мочка, — шептала я, когда схватка снова отпускала.

Рано утром я все же родила своего самого прекрасного мальчика. И тогда вся боль словно бы притупилась. Вот еще секунду назад я тужилась из последних сил, испытывая колоссальную боль, а сейчас - все прошло или просто потеряло смысл. Мой Марк. Три килограмма семьсот восемь грамм, пятьдесят четыре сантиметра.

Конечно, я поведала Кириллу все в общих чертах - сухо и по фактам. Обещала прислать фотографии. Рассказала пару интересных случаев и намекнула, что ему уже пора идти.

— Завтра заберем Марка вместе, — поднявшись со стула, поставил перед фактом Кир.

— У меня работа, — напомнила я. — Леся обычно…

— Я тебя отпущу пораньше. Под свою ответственность, — Кир слегка улыбнулся. — Завтра по пути обсудим, когда займемся процедурой установления отцовства.

Я сжала зубы до отчетливого скрежета. Во мне снова взыграла ревность - я выносила, вырастила, а Кир придет и даст свое отчество. Потому что это его право по закону. А фамилия у нас общая на двоих, иначе Кир и ее бы сменил Марку.

— Ладно, — только богу известно, какое я усилие приложила, чтобы просто произнести это слово. — Только… Не надо сразу Марку говорить правду, хорошо? Надо прийти к этому разговору медленно.

— Хорошо, — с раздражением согласился он. — Но я не готов тянуть с правдой до его совершеннолетия. Месяц максимум, Мира.

— Это зависит от того, сколько времени ты готов проводить с ним, — парировала я.

— Я буду заниматься с сыном наравне с тобой. Буду забирать на выходных…

— Нет. Пока точно нет, — перебила я Кирилла. В моей голове пронеслись ужасные картины того, как Марк сначала на выходные едет к отцу, потом на неделю… А потом воскресной мамой становлюсь я.

—Поканет, — выделив первое слово, произнес Никольский. — Но рано или поздно настанет день, когда Марк ко мне привыкнет и будет оставаться у меня. Разве не так?

Я не определено пожала плечами. А Кир, сощурившись, смотрел на меня. В его зеленых глазах было столько всего, что я потерялась в этом водовороте и ни одну эмоцию не сумела разгадать.

Мрачно пронаблюдала, как Кирилл снимает с полки свои белые кроссовки. Обучается, затем поднимает на меня взгляд. Распрямляется в полный рост и подходит так близко, что мне кажется - услышит мое ужасно быстро бьющееся сердце.

— Я обещаю, что стану настоящим отцом для Марка, — я чувствую его дыхание на своем лице. — Не беспокойся, Мира, ладно?

Я лишь кивнула. А он аккуратно сдвинул меня в сторону, взяв за плечо, а потом открыл входную дверь.

— Закройся на оба ключа, — вдруг скомандовал Кирилл, переступив за порог. — Но дверь стоит поменять - она слишком хлипкая.

Сказав это, он, не дожидаясь ответа, развернулся и ушел. Приподняла удивлённо брови… и заперла дверь по его инструкции. На всякий случай..

Глава 11

Глава 11. Кирилл

Дверь мне открыл дворецкий Джереми.

— Добрый вечер, младший господин, — поприветствовал меня, и я мысленно отметил за эти четыре года он начал говорить куда с меньшим акцентом.

Тут же забрал мою легкую куртку и отнес в шкаф. Обычно я делаю это сам, но сейчас прямо у лестницы стояла мама и пристально наблюдала за нами. Позволил максимально учтиво ухаживать за мной, точно так, как принято по регламенту в аристократических домах, чтобы мужчина прибавил баллов в глазах хозяйки.

А для меня это все - фарс. Дворецкий, лакеи, обязательный традиционный ужин, чай по расписанию - на дворе двадцать первый век, люди собираются освоить другую планету, а мама пытается вернуться в прошлое. И эти ее заморочки с каждым годом сильнее меня напрягали.

— Ты опоздал на ужин, Кирилл, — когда поравнялся с ней, сказала мама и сложила руки на груди. Широкие рукава шелкового глубокого темно-синего цвета халата сползли обнажая ее предплечья.

— Я был занят, — сдержанно ответил и начал подниматься по лестнице, посчитав разговор законченным.

— Интересное занятие - бегать за какой-то малолеткой с прицепом, — неожиданно прилетело мне в спину.

Я остановился. Повернулся к ней и с усмешкой заметил:

— Тебе уже Нелли пожаловалась. Ясно. Впрочем, что-то такое я предполагал, но не так же… нагло, мам. Повторю и тебе - моя личная жизнь ни тебя, ни Нелли не касается.

— Не пожаловалась, а рассказала, как прошло долгожданное свидание, — на лице мамы не дрогнул ни один мускул.

Она смотрела на меня снизу вверх, при этом холодная и сдержанная… как всегда, впрочем. Все ее показные улыбки и скупые ласки были только на публику. И как только ее “театр” пустел, с нее слетала эта доброжелательная маска. Я уже давно с этим смирился и старался на людях тоже играть в ее спектакль.

— Я не позволю, чтобы моего сына использовала какая-то мелкая вертихвостка, — продолжила она, спокойно глядя на меня.

— Стоп, — остановил ее, начиная раздражаться. Эта сцена походила на выговор подростку, а не разговор со взрослым сыном. — Во-первых, выбирай выражения. Во-вторых, Мира моя ровесница. Давай закончим этот бессмысленный разговор. Я устал и хочу лечь спать.

— Мира? — мама будто из всех моих слов услышала только ее имя. Повторила, задумчиво покрутив прядь волос на палец. — Ты не про ту ли Миру, которая была твоей одноклассницей? Ты еще с ней… хм… дружил.

— Про нее. И что? — я облокотился перилла.

Место, конечно, для скандала очень неподходящее - кто ругается на лестнице? Я предпочитал и это делать с удобством, а родители никогда не парились по этому поводу и выясняли отношения везде. Только без криков. Но честно, лучше нахрен сметать всю посуду, орать друг на друга, чем сраться с такой пустотой и ненавистью, когда каждое слово - будто яд.

— Я же говорила, что она хваткая девушка. И ведь не прогадала. И от кого же она родила?

— От меня, — честно сказал я. — Это мой сын, мама.

— Наверное, переключилась на другого твоего одноклассника в надежде выйти замуж по залету, но не вышло, да?.. — продолжала мама, словно бы не улышав мои слова. Но затем замерла, приподняла бровь и переспросила: — Что ты только что сказал?

— Ребенок Миры от меня, — я вообще поражаюсь сегодня своему терпению.

Мама растянула губы в улыбке, но она вышла кривоватой. Затем рассмеялась, поднялась на три ступени, которые разделяли нас.

— Ох, шутки у тебя, конечно, очень необычные, — произнесла она с той же улыбкой.

— Я не шучу.

Мама вздохнула, погладила мое плечо и сказала:

— Я не знала, что ты такой наивный, Кир. Где доказательства, что ее ребенок от тебя? Тебя в России не было почти четыре года. Когда ты успел?

Я мягко убрал ее ладонь с себя, и мама снова сложила руки на груди.

— Успел. Мне не нужны доказательства. Марк - моя копия.

— Мы все друг на друга похожи, — с ощутимым раздражением мама вздохнула. — Тебе ли не знать, что войны смешивают народы. А эту шутку я расскажу утром твоему отцу. Вместе посмеемся.