Обещаю, ты не узнаешь о сыне (СИ) - Мар Ясмин - Страница 20

— Задолжал, Мир. Это не обсуждается, просто посмотри варианты, — Кир потянулся, открыл бардачок и извлек оттуда папку. Бросил мне на колени.

Я открыла папку не потому, что согласилась с доводами Кирилла, а потому что стало интересно, что подыскал Кирилл. У его отца ведь строительная компания, и он должен разбираться в этом всем. Он подобрал из того, что построил «НортВест» или нет?

— Ты серьезно? — из горла непроизвольно вырвался смешок, когда я увидела квартиры.

Все не меньше ста квадратов, с несколькими санузлами, гардеробом, балконами, в жилых комплексах бизнес-класса. Один из них как раз реализуется под лейблом дочерней компании «НортВест», и я даже знаю примерную стоимость этой недвижимости.

— Тебе не понравилось?

— Столько алиментов не накопится даже за все восемнадцать лет, Кирилл. Это слишком.

— Не слишком, потому что я покупаю ее Марку, а не тебе.

Я полистала и убрала папку обратно в бардачок.

— Мой ответ нет, — категорично заявила я.

У меня были планы - я собиралась брать в ипотеку похожую на нынешнее жилье небольшую квартирку. Да, не в центре, не с дизайнерским ремонтом. Но свою собственную.

— Мира, скажу лишь раз: тебе стоит смириться с тем, что в жизни Марка появился я, и теперь не только ты решаешь, где ему жить, — от жесткого тона Никольского у меня по спине прошелся холодок. В этот момент он очень походил на своего отца - собранный, ледяной и жестокий.

— Ты мне угрожаешь? — вскинув подбородок, спросила я.

В груди поднимались ярость, горечь и тошнота. Потому что это все было ужасно несправедливо. Я столько лет старалась, давала Марку свою любовь, выжимала из себя максимум, чтобы у него все было - кроватка, коляски, игрушки, одежда. Но даже когда я из кожи вон лезла, я все равно не дотягивала до уровня Кирилла. Он за один день отцовства с барского плеча решил подарить сыну квартиру, засыпать того подарками. Потому что мог.

Глаза жгли злые слезы, которые я с трудом сдержала.

— Нет, я просто констатирую факты, — спокойно отозвался Кир. — Ты не единственный родитель.

— Ты хочешь подкупить Марка масштабными подарками? — сделав несколько коротких вдохов и выдохов, чтобы успокоиться, задала следующий вопрос я. — Не удастся, ему три года, он просто не поймет.

— Черт, Мира, — Кирилл усмехнулся. — Что в твоей голове? Я просто хочу участвовать в жизни своего сына. И кстати, мы приехали. Продолжим общение или пойдем за Марком?

Посмотрев в окошко, осознала, что Никольский уже успел припарковаться у здания детского сада. А я, погруженная в свои мысли и взвинченная, этого не заметила.

— Пойдем за Марком, — выбрала я, совершенно не желая попусту тратить время на разговоры. С Киром тем более.

Первым делом я расстегнула ремень безопасности, стараясь не замечать, что Кир наблюдает за моими действиями.

— Но тема не закрыта, Мира. Мы обязательно к ней вернемся.

Я первая выскочила из автомобиля и почти побежала к воротам. Но очень быстро Кирилл меня догнал, и в здание мы вошли вместе… И тут же к нам прицепились несколько десятков взглядов. Даже охранник - женщина примерно пятидесяти лет, уставилась на Кира, а молодые мамочки и воспитатели и вовсе не отрывали от него взгляды. На меня смотрели вскользь, мимолетом, словно бы я не шла рядом с ним.

Меня всегда напрягало тяга женщин к плохим парням. Видимо, у нас нюх на такие экземпляры, потому что даже я повелась когда-то на Кирилла, хотя считала себя всегда разумной девочкой.

— Кирилл! Ты пришел! — радостно кинулся к нему сын, едва мы оказались в небольшой раздевалке.

У Марика искрились от счастья глаза, когда Кирилл подхватил его на руки, слегка подкинул и сразу же поймал.

И только потом сын заметил меня.

— Мамочка, привет, — с улыбкой произнес он, все так же находясь в кольце рук… отца.

Я сглотнула колючий ком, который царапал горло, и тепло улыбнулась ему.

— Привет, солнышко.

Не желая привлекать еще больше внимания, я быстро достала вещи Марка и одела его. Затем мы попрощались с любопытством смотрящей на нас Ольгой Сергеевной, воспитательницей, и покинули здание садика.

Марк шел впереди, держа за руки Кирилла. Они о чем-то весело переговаривались, а я… Я снова чувствовала себя раздраженной, а горечь подкатила вместе с тошнотой к горлу. Наверное, стоило просто подключиться к их разговору, стало бы куда легче воспринимать их отношения. Но тогда бы я словно давала шанс на то, что мы можем быть семьёй.

Но такого никогда не будет. Мы с Кириллом чужие люди и нас связывает лишь одно звено - общий ребенок.

— Стой тут, Марик, — распорядился Кир, улыбнувшись.

Из его образа исчезла строгость. Он общался мягко и осторожно, но при этом так легко и непринужденно, будто они с Марком познакомились не вчера.

— Я сейчас установлю автокресло, и мы поедем в парк.

— Снова будем кататься на твоей машине? — с восторгом спросил сын. Повернулся ко мне, нетерпеливо подпрыгнув на месте. — Мама, мы поедем в парк!

Я с улыбкой погладила его по мягким волосам, а сама неотрывно наблюдала за действиями Кирилла. Как он открывает багажник, извлекает оттуда детское кресло и затем устанавливает на заднем сиденье. И учитывая, что он до сих пор был в стильном темном костюме и опять без галстука, смотрелось непривычно. Но очень притягательно.

— Вот и все, Марик, — заключил он и подозвал ребенка: — Идем.

Кирилл сам посадил его в автокресло и пристегнул. Затем проверил все ремни.

После родов я стала очень сентиментальной и меня вывести на слезы довольно легко… Может, еще не пришли в норму гормоны? И я поняла, что плачу, когда одна слезинка попала мне на губу. Я слизала соленую каплю, пальцем стерла ее след на щеке.

Когда я собралась сесть рядом с сыном, Кирилл вдруг закрыл дверцу прямо перед моим носом. У меня волосы на затылке зашевелились от страха, что он сейчас уедет без меня и заберет моего ребенка.

— Садись вперед, Мира, — потянув меня за ладонь, велел он.

Глава 14

Глава 14. Мира

Если бы не моя большая растерянность, я бы не села. Но так как мое сердце уже успело разогнаться до предела после того, как дверца закрылась, отрезав меня от сына, я просто выдохнула. Сначала села, а потом только с негодованием выдохнула воздух и повернулась к довольному Кириллу.

— Знаешь, что! — прошипела я сквозь стиснутые зубы.

— Что? — повернулся ко мне он, вскинув бровь.

— Не смей больше так делать! — едва сдерживая рвущуюся наружу злость, воскликнула я.

Несколько секунд Никольский с некоторой долей удивления смотрел на меня, а затем задал вопрос:

— Ты подумала, что я заберу ребенка и уеду? — окинул меня испытывающим взглядом, но видимо понял ответ по моему выражению лица. — Черт, Мира…

Потер подбородок и выдохнул:

— Я же не подонок какой-нибудь. Тебе стоит научиться мне хоть немного доверять. Я просто хотел, чтобы ты села впереди и ничего более. Честное словно.

Доверять? Это была очень сложная тема, но в остальном - его слова меня немного успокоили. Я наверное, действительно себя накрутила.

Но тут раздался голос Марка, который напомнил, что мы в салоне не одни:

— А я чертика умею рисовать. Могу показать. Но подьенок… — малыш нахмурился. — Кто такой подьенок, мама?

Из моего горла вырвался истеричный смешок. Посмотрев с возмущением на Кирилла, я снова повернулась к Марику и ответила:

— Так называют нехороших людей, милый.

— Тогда Кирилл не подьенок! — с широчайшей улыбкой заявил сын.

Мне захотелось стукнуть себя по лбу.

— Спасибо, Марк, — посмеиваясь, произнес Кир. — Теперь я точно в этом уверен, только осталось убедить твою маму в этом.

— Мама, Кирилл не подьенок! Честно! — приняв слова отца всерьез, начал уверять меня Марик.

Я кинула в веселого Кирилла злой взгляд. Конечно, весело, пока Марик не явится в садик и не начнет обучать новому слову своих друзей. А по нашему опыту он мог это сделать. Как-то от бабули он услышал слово “упырь”, а от Леси “утырок”. И вскоре просветил всех дворовых детей и всю свою группу. А Ольге Сергеевне, воспитательнице, сын и вовсе заявил, что нянечка Инна Петровна ведет себя как настоящий упырь.