В очереди за счастьем (СИ) - Лав Натали - Страница 32

Не знаю, что мной движет, но делаю шаг к нему.

-Эй, не плачь, малой. Мужчины не плачут.

Он поднимает на меня серые глаза,такие знакомые, что диву даешься, и отвечает, недоумевая:

-Так ведь больно же?!

Не успеваю ничего ответить, потому что дверь за моей спиной распахивается, и на пороге появляется их мать. Двое мужчин, сопровождавших детей, тоже подтягиваются к нам. Мне это не нравится. Они должны были сразу пресечь всякое общение.

Наташа оглядывает всю картину, хмыкает и обращается ко мне первому:

-Заходи, Марк.Ты поговорить же хотел. Только, извини, придется подождать. Я редко бываю свободной.

Глава 35

Глава 35

Марк

Смотрю на эту провокаторшу. В её глазах - вызов. Да и вся поза такая. Она ждет, что я сейчас развернусь и уйду. Но она не угадала. Смело делаю шаг вперед. Неужели она рассчитывает напугать меня своими детьми? Я, когда сюда ехал, прекрасно был осведомлен о том, что они у нее есть. И, как взрослый человек, не жду, что она бросит свою жизнь и станет носиться за мной. Или вокруг меня. Я знаю цену времени. Исходя из моих собственных интересов, эта поездка - дурость. Но это смотря что ставить во главу угла. Если дела, то - да. Если мой интерес к этой женщине, то - нет.

Делаю несколько шагов вглубь коридора.

-У нас в обуви не ходят, - летит мне в спину.

Оборачиваюсь. Наташина дочь неприязненно оглядывает меня и с негодованием посматривает на мать. Та ее игнорирует. Как и замечание, которая ее дочь сделала взрослому человеку.

Легко не будет. Возвращаюсь, демонстративно снимаю ботинки и интересуюсь:

-Теперь пойдет?

Девочка закусывает губу и ничего не отвечает.

-Марк - кухня там,- указывает мне направление сама Наташа.

Дети уже зашли в прихожую.

-Арс, что у тебя с ногой? - женщина обращается к ребенку. И меняется до неузнаваемости. Исчезает показная воинственность. Сейчас она - воплощение женственности.

-Мам, я на самокате электрическом попробовал покататься... И упал... - голос мальчика чуть дрожит, но он очень старается не расплакаться.

-На большом? - уточняет Наташа.

-Угу. Мне мальчик на площадке дал.

-Сонь, ты куда смотрела? Ты же знаешь, что я не разрешаю!

-А что я-то? - сразу ощетинивается девочка, - Я ему сказала, что нельзя. А он всё равно! И вообще... Могла бы сама с ним сходить погулять, а не с друзьями встречаться! Это же твой друг, да?

Обстановка накаляется. Это еще разговор не затронул охранников. Которых необходимо менять, потому что эти - конкретные бездари.

-Соня, ты переходишь границу, - Наташа не повышает голос, но он звучит сейчас, как хорошая такая оплеуха.

Оказывается, она так тоже умеет?

Девочка поджимает губы, зло сверкает глазами, но не возражает. Хотя, тут я ее понимаю. Я бы и сам сейчас не нарывался.

-Ты ведь не думаешь, что я стану перед тобой отчитываться и спрашивать у тебя на что-то разрешения? - следующая фраза звучит еще более хлестко.

-Я к себе пойду, -говорит девочка, быстро разувается и уходит.

Возможно, мне стоит уйти, но это будет означать, что выводы Наты правильные, а я зря лезу. В любой семье конфликты обычное дело. И я сам пришел. Бежать теперь - не выход.

-Пойдем на кухню, я обработаю тебе ногу, - говорит она сыну, - Арс, и Марка проводи на кухню. Я сейчас приду.

Мальчик показывает мне дорогу, с любопытством и детской непосредственностью меня рассматривая.

Наташа остается с сотрудниками охраны. Их разговор проходит тихо, поэтому о чем он, я не расслышал. Догадываюсь только, что он вряд ли был для мужчин приятным. Эта женщина ни разу не ласковая кошечка. Скорее, тигрица.

-Чай, кофе? - Ната спрашивает у меня, включая чайник. Попутно достает аптечку.

Её сын садится на стул, горестно вздыхает и покаянно произносит:

-Прости, пожалуйста, мамочка. Я больше так не буду. Но я думал, у меня получится.

-Арсений мне, конечно, тебя жалко. Но ты, надеюсь, помнишь, что случилось с индюком, который думал неправильно, - усмехается его мать, ловко обрабатывая разбитую коленку.

-Да, из него суп сварили... Я всё понял, мам.

-Хорошо, если так.

В этот момент на кухню заходит молодой парень, встречается со мной глазами. Я его узнаю. Он меня - тоже. Это становится ясно по изменившемуся выражению лица и по взглядам, которыми он одаривает нас со своей матерью. Это его я видел в то утро перед дверью номера, где мы с Натой впервые занимались сексом. Мне нужно было рано утром уезжать. Я шел к ней, чтобы узнать ее номер телефона. Либо оставить свою визитку. Она меня зацепила с того момента, когда мы остались наедине в лифте. Выходит, это ее старший сын? Хорошо, что я тогда не полез нахрапом.

-Егор, это Марк. Марк, это мой старший сын Егор.

-Здравствуйте! - Егор протягивает мне руку. Он больше на Макара похож.

Держится ровно, не высказывает никаких неуместных замечаний, не задает неудобных вопросов.

Жму протянутую руку.

Где-то звонит сотовый.

-Извини, мне нужно ответить на звонок, - Наташа быстро скрывается из кухню, Арсений исчезает следом.

-Узнал меня? - пожалуй, теперь настал неудобный момент.

-Узнал. Да и Вы меня - тоже. Но то, что вижу Вас снова - удивляет.

-Почему?

-Можно для развлечений найти менее проблемный вариант.

-А если не для развлечений? - разговор становится интересней и интересней.

В глазах парня открыто читается удивление и невысказанный вопрос: "Зачем тебе это надо, мужик?"

Вслух же произносит другое:

-Слушайте, я понимаю, что каждый человек думает прежде всего о себе. Но может, не надо к ней лезть? Ей уже досталось...

Не успеваю ответить, как на кухню возвращается Наташа, поглядывает на нас. Она без младшего сына.

-Так, что ты будешь, Марк? Чай, кофе? Ты не ответил...

Тебя... Такой ответ был бы самым правильным, но абсолютно неуместным. Здесь нам поговорить явно не удастся. Не говоря уже о чем-то другом.

-Чай. Черный. Без сахара. Если есть, то лучше с бергамотом.

-Сливки, сахар, пожелания по сервировке? - звучит неожиданно и насмешливо.

Как она быстро переключается...

Мы пересекаемся взглядами. И мой резко уходить за порог 18+. Наташа почему-то этого не ждет и мешается, отворачивается, занимая руки чайными пакетиками. Егор заваривает себе чай и, безукоризненно вежливо попрощавшись, оставляет нас наедине.

Передо мной ставят белую фарфоровую чашку с ароматным чаем. Кстати, с бергамотом.

-Я не высказал пожелания по сервировке, - произношу глухо.

-Марк... - слетает тихо с ее губ.

Воздух между нами тяжелеет. Сексуальное напряжение пропитывает каждый миллиметр между нами.

-Наташ, ты же понимаешь, тут мы не поговорим?

-Да. Я это знала с того момента, как ты зашел в квартиру. Думала, что через пять минут ты уже не захочешь разговаривать.

О, если бы я хотел только разговаривать, милая... Да и ты хочешь вовсе не разговоров. Я это вижу. Чувствую...

-Придешь ко мне вечером в гостиницу? Думаю, встречаться сейчас в людном месте -не лучшая идея.

-А идти к тебе?

-Придешь или нет? - напираю, - Я сообщу, где остановлюсь.

Резко встает, подходит к окну, опирается на подоконник. Думает.

-Приду, - звучит очень неуверенно.

-Я буду ждать. Пока, - тоже встаю с места.

Хочется подойти, прижаться губами к губам хотя бы на секунду, но вместо этого прошу:

-Закрой за мной, - и направляюсь в прихожую.

Наташа приходит спустя пару минут, на меня смотрит урывками. Её щеки пылают лихорадочным румянцем.

Придет? Или не осмелится? И что буду делать, если не придет?

-Пока, - зачем-то говорю еще раз.

И выйдя уже на лестничную площадку, слышу в спину ответное прощание.

Спускаюсь на лифте, выхожу из подъезда, сажусь в салон машины. Откидываюсь на спинку. Нужно обдумать все, что творю. Но не получается. Вместо этого звоню Якову.