Твой ход, аниран (СИ) - Селютин Алексей Викторович - Страница 36

- Надо детально обсудить всё это на Военном Совете, - вставил пять копеек Трифин.

- Несомненно, - подтвердил король. - Но сначала… Тангвин, ты отправишься в Валензон. Переждёшь самые трескучие морозы где-нибудь по пути. Постоялых дворов у тракта хватает. А как прибудешь, бери всё в свои руки и начинай готовить войска. Пока указания только устно. Чтобы никакой конкретики.

- Сделаю, - кивнул Тангвин сначала брату, а потом мне. Воистину ценный исполнитель.

- А мне что делать? – задал вопрос растерявшийся Трифин.

- Немедленно найди Каталама. Поставь его в известность, что прямо сейчас состоится самый секретный сбор коммандеров… Фелимид – на тебе карты местности. Отправляйся в королевскую канцелярию, загляни в библиотеку и добудь всё необходимое... А вы трое, - Тревин окинул взглядом Сималиона, Иберика и Феилина. – Отыщите Яннаха и Хегарата. И приведите их на собрание.

Его Величество приказы отдавал простые и недвусмысленные. Поэтому никто ничего не стал переспрашивать.

- Больше пока никого не надо привлекать, - сказал я, когда мы с Тревином и Тангвином остались одни. – Пока в курсе должны оставаться только те, кому мы доверяем абсолютно. Кто не предаст, оперативно оповестив Эоанита.

- Обещаю, аниран, в этот Совет войдут лишь самые надёжные люди. Ни слова, ни полслова не просочится.

Я благодарно кивнул. Маховик, кажется, закрутился. Я долго раздумывал, долго откладывал. И вот пришла пора проверить, готова ли армия к тому, к чему её готовили. Готова ли вновь сделать Астризию великой. Готова ли вновь объединить все земли. И готова ли помочь анирану пройти свой путь.

Я хотел верить, что готова...

***

Подготовка к вторжению началась в тот же день. На бумагах, естественно. Взволнованные Каталам, Хегарат и Яннах примчались не позднее, чем через час. А когда каждого из них мы поставили в известность, горячо поддержали мою идею. И им было абсолютно всё равно, что предлог бездоказательный. Все они были из того поколения военных, кто прекрасно помнил предыдущие неудачные попытки высадиться на берега непокорённой Декедды. И каждый из них жаждал более успешного повторения.

Поэтому мы заперлись в Военном Зале до глубокой ночи. Лазили по полу и сверяли правильность очертаний по картам, которые раздобыл Фелимид. Прорабатывали план, где основную скрипку играли сразу три скрипача: Яннах, Хегарат и Тревин. А я, хоть и понабрался уму-разуму в Сторожевом Лагере, предпочитал держать рот на замке и не лезть с советами к профессионалам.

Первым делом мы определились с датой. Нам нужно было время на подготовку, но, в принципе, не так уж много. Армия и так засиделась, как говорил Яннах. Он давно искал повод её применить. Не потому, что руки чесались, а потому что чувствовал в руках силу. Поэтому датой, в широком понимании этого слова, выбрали весну. Приблизительно тогда, когда установится самая благоприятная погода и окончательно высохнут дороги. И хоть никто не собирался перемещать войска на юг во время слишком непредсказуемой зимы, всё же мы решили отправить большую часть гарнизона Обертона на западное побережье, где наместники Шамасса и Мармасса обязаны о них позаботиться. А Тангвин, отбывший сразу после Совета, займётся организацией сухопутных сил на южном направлении.

Но меньше всего нас волновали проблемы передвижение войск и обозов. У нас хватало запасов, хватало живой и тяговой силы. Нам надо было придумать, как грамотнее использовать эти силы, не потерпев очередное унизительное поражение, чем славилась история Астризии.

Все следующие дни, пока государственный маховик действительно крутился, мы пытались найти варианты проникновения на территорию Декедды. Нам нужны были маршруты намного безопаснее, чем прямолинейный прорыв через Расщелину. Конечно, мы могли попытаться по-будёновски воспользоваться конницей, ворваться в укреплённый лагерь на вершине и всё там разметать. Но если не сработает эффект внезапности, если войска Декедды отреагируют оперативно, конница окажется под угрозой окружения, а подкрепления – под угрозой попадания под завал. Ведь обрушившиеся затем камни и за год не вычистит даже Советский стройбат. Расщелину завалят и запечатают наглухо. Не навсегда, но надолго.

Поэтому нужны были обходные пути, коих не существовало, ибо Южные Горы никто никогда не пересекал.

Высадка десанта со стороны океана тоже таила в себе множество опасностей. Десант ведь не раз уже пытались высаживать. И всё время неудачно. Умельцы из Декедды понастроили вдоль береговой линии катапульты, которые врыли в песок. Обслуга дежурила круглосуточно и могла забросать горшками с горящим маслом любой недружественный флот. Ладно, пусть точность этих катапульт оставляла желать лучшего. Но хватало лишь одного точного попадания в борт, чтобы корабль запылал. И никакие пожарные команды его бы не спасли.

Следовательно, как сообщил мастер-коммандер Яннах, вторжение имеет шанс на успех, только если удар будет нанесён сразу с двух направлений – со стороны океана и со стороны Валензона. Действия обязаны быть скоординированы и прописаны до мелочей.

Но и к этому, несомненно, должно быть добавлено количественное превосходство. В пехоте мы далеко впереди, но в силе флота отстаём. Значит, в Мармассе необходимо сосредоточить весь наличный флот Астризии. Отозвать патрули с севера, затребовать каравеллы из Равенфира и Плавина, и оснастить самые устойчивые суда носовыми катапультами, чтобы достойно отвечать противнику.

В общем, работа предстояла серьёзная. Весьма затратная с точки зрения финансов и логистики. И, конечно же, совершенно не тайная, ибо такого размера шило никто и никогда не сможет утаить.

Но мы ничего отменять не собирались. Когда первоначальный план был одобрен всеми сторонами, процесс пошёл.

Практически всё время я проводил с коммандерами, вникал в детали, внимательно выслушивал чужие предложения. Даже раздумывал над постройкой планеров, реально считая, что смогу высадить настоящий десант. Не со стороны океана, а со стороны небес. И хоть идея моя оказалась бестолковой, ведь знаниями подобными я не обладал, всё же она помогла посмотреть на ситуацию под несколько другим углом.

На помощь пришла память, позаимствованная у Джона Казинса. Бедолага, как оказалось, был не просто занудным маркетологом. В молодости у него были свои увлечения – он увлекался скалолазанием. Пусть недолго, пусть никогда не видел гор, ибо не смог пройти даже базовую подготовку, зато это увлечение, затерявшееся в глубине его памяти, заставило меня задать вопрос самому себе: а так ли непроходимы Южные Горы, как о них говорят? И пытался ли кто хотя бы попробовать их пересечь?

С этими вопросами я пришёл на очередной Совет. И в очередной раз убедился, что ответа на него ни у кого нет. Топографических карт в этом мире ещё не существовало. Гряду Южных Гор мало кто видел своими глазами. Фотоаппаратов ещё не придумали, и ориентировались лишь по зарисовкам умелых художников. И таких художников, очевидно, было исчезающе малое количество.

Поэтому моя идея затухла, не разгоревшись. Я, конечно, попросил помочь анирану с этим вопросом. Король отправил в Валензон сирея с приказом как можно быстрее подготовить точные зарисовки Южных Гор, самой Расщелины и Тихого Залива, где располагалась гавань Декедды. Но всё это требовало времени, вследствие чего мы переключились на обсуждение основного плана – удара с двух сторон, одновременного удара со стороны океана и с суши. И чем лучше мы прорабатывали план, тем крепла во мне уверенность, что нам удастся осуществить задуманное. Пусть даже с большими потерями с нашей стороны.

Часть 7. Глава 14.

Большая часть короткой, но суровой местной зимы прошла в стратегическом планировании и в подготовке войск.

Слухи распространились довольно-таки быстро. Но, к моему глубокому удовлетворению, простой люд не бурчал, что очередная ненужная бойня на подходе. Ибо мы, наконец-то, создали собственные средства массовой информации в виде повсеместно расклеенных объявлений для тех, кто умел читать. А для тех, кто умел лишь слушать - в виде молодых глашатаев с громкими голосами, набранных из Университета и посаженных на хорошую зарплату. То есть жители Обертона и окрестных деревень получили доступ к слегка отредактированной правде, где мы обвиняли предательский совет старейшин из мятежной Декедды в убийстве доброго и миролюбивого короля Анфудана Третьего. И грозили этому "совету", как и всей Декедде, справедливым возмездием.