Невинная для Варвара (СИ) - Лэнг Лили - Страница 37

Грубо отталкиваю и, схватив документы, поднимаюсь.

— Если бы я тебя не знала, предположила бы, что неотёсанный варвар влюбился! — истерично смеётся Лана. — Вот бред какой!

Не вижу смысла спорить с глупой бабой. В ярости вылетаю из помещения. Проношусь мимо секретарши и закрываюсь в кабинете.

— Кофе мне сделай! — немного остыв, рявкаю в коммутатор.

Валерия ставит передо мной чашку крепкого обжигающего напитка и привлекает внимание, постукивая носком туфли.

— Чего тебе? — рычу раздражённо.

— Просто интересно, это тебя жена так за две минуты до бешенства довела? — выгибает бровь женщина. Непонимающе поднимаю голову и хмурюсь. Что несёт эта женщина? — У тебя Альцгеймер, шеф? Она полчаса назад приходила.

— Жасмин была в офисе?

— Ну да, я её отправила на кухню, — недоумевает Лерка.

— И? Где она сейчас?

— Ушла очень быстро. И очень бледная.

Цензурных слов просто не остаётся. Сопоставив все факты, я срываюсь с места. Валерия понятливо отпрыгивает в сторону и обещает перенести все мои встречи. Не слушаю. Лечу домой.

Не знаю, каким местом, но, зайдя в квартиру, я чувствую, что жены нет. Она ушла. Оставила всё на своих местах. На банкетке ключи, телефон, пластиковая карта.

Медленно направляюсь в нашу спальню. Обвожу взглядом комнату. Постель заправлена, хотя я с утра так спешил, что оставил развороченной. Дверцы шкафа открыты, но одежда на своих местах висит. Разве что её оставшееся старьё пропало. Хотя большинство я выбросил. Нужно было от всего избавляться.

По дороге на кухню вынимаю пачку сигарет. Ноутбук лежит на столе. Ничего не взяла, кроме своих учебников и тетрадей. Закуриваю, мысленно представляя, куда могла пойти Жасмин. Скорее всего, в общежитие. Больше некуда. Замечаю небрежно лежащие листы бумаги. Ближе подхожу.

Копия брачного договора, подписанного и заверенного нотариусом. Её экземпляр. Своё я порвал, а она сохранила. Интересно зачем? Среди документов нахожу неровный клочок бумаги.

«В пункте 3.1. Я обязуюсь сопровождать вас на все мероприятия. Пожалуйста, заранее высылайте график ваших выходов на электронную почту. По истечении брачного договора я подам на развод. По другим вопросам не беспокойте меня и не ищите встреч, Натан Артурович».

У Мышонка таки отрасли зубки. Комкаю записку и швыряю на стол. График ей высылать. Такой график покажу. Двадцать четыре на семь будет рядом. Никуда не отпущу!

Потушив бычок, сгребаю договор и выхожу из дома. Пусть злится, пусть обижается. Главное, до темна найти её и вернуть.

В пробках застреваю, и железное самообладание просто в крошево разлетается с каждой минутой. Нервы в узел скручиваются, и меня знатно потряхивает. По дороге выкуриваю всю пачку. Все звонки игнорирую.

Как назло, погода ухудшается, и тяжелые хлопья снега покрывают серый Петербург. Добираюсь до общежития. Только нет моей жены в блоке. Зато меня встречают холодной ненавистью её подруги.

— Где она?! — нетерпеливо рявкаю, некогда мне слушать нотации и укоры.

— Здесь не появлялась, — сухо замечает брюнеточка. — Тебе лучше уйти, пока мы не позвали коменданта.

— Уже вечер, Алина. Жасмин ушла из дома не в лучшем состоянии, и тебе лучше сказать мне, где она, — цежу сквозь зубы, сдерживая себя. — Что бы она тебе ни сказала, что бы ни увидела, я не предавал её.

Подруга губы поджимает, к окну отворачивается. Хмурит брови. Если это проверка моей выдержки, то хреновая. Я на грани.

— Жасмин вправду не приходила, — нехотя отвечает. — Она собиралась к тебе на работу, после этого мы не общались.

— Если позвонит или придёт. Просто набери меня, — вынимаю из внутреннего кармана визитку. Алина забирает карточку и кивает.

А я вновь кружу по городу. Просто не представляю, куда могла поехать Жасмин. В её любимые кофейни заглядываю. Вокруг дома катаюсь. Может, передумала и вернулась? Или сидит где-нибудь во дворе. Упрямая ведь.

Чем сильнее темнеет на улице, тем тревожнее мне становится. Страх сковывает. Я думать не могу, телефон в руке верчу, не зная, кому набрать. Нет ведь у неё больше друзей…

— Блядь! — со всей силы бью ладонями по рулю и резко выкручиваю её, разворачиваясь прямо на двойной сплошной.

Давлю на газ и еду к дому Валиева.

Паркуюсь и, вскинув голову, смотрю на горящие окна квартиры. Заведенная страхом пружина медленно отпускает меня. Жасмин в безопасности и в тепле. Не совершила глупость. Хотя нет, совершила, когда решила, что я её просто так отпущу. Моя она. На всю жизнь.

Глава 34. Натан

Поднимаясь по лестнице на нужный этаж, я мысленно выстраивал наш диалог. Приблизительно предугадывал её обвинения и вопросы. Возле двери, остановившись, поймал себя на мысли, что веду себя как чёртов адвокат на суде. Защиту выстраиваю, контраргументы выдумываю. Это ведь моя невинная девочка, плевать ей на факты и доводы. Она обижена и расстроена. Какой бы ни была правда, не примет. Потому что чувствами и эмоциями живёт.

Закрываю глазок и нажимаю на звонок. Секунды отсчитываю и прислушиваюсь.

— Кто там? — дребезжит тихо.

— Сосед снизу, вы меня топите! — меняю голос.

Минутная тишина, а после торопливо щелкает замок, и дверь распахивается. Жасмин испуганно округляет глаза и смотрит на меня в замешательстве. Чем я и пользуюсь, шагаю через порог и дверью хлопаю.

— Зачем вы пришли? — скрещивает руки на груди и пятится.

— Забрать тебя домой, — ближе подхожу, но вижу, малышка ещё сильнее злится.

— Я дома!

— Не дашь даже оправдаться? — выставив обе руки, запираю её возле стены.

— Вам не за что оправдываться. В договоре не указаны внебрачные взаимоотношения. Прошу вас, уходите, мне завтра рано вставать, — губа дрожит, Жасмин тяжело даётся этот разговор, но упрямо держится.

— Мышонок, — со вздохом тянусь к лицу.

— Нет! — вскидывает руки и отталкивает. Извернувшись, ныряет между мной и стеной и отступает. Голос срывается и кричит: — Я не мышонок и не цветочек, и не малышка! Уходите!

Красивые глаза девушки слезами наполняются. И её боль грудину пробивает. Ловлю малышку, к себе прижимаю. Не обращаю внимания на трепыхания. Обнимаю крепко.

— Ты моя жена, Жасмин. Навсегда. Я не отпущу тебя. И это суке не дам испортить нашу жизнь. Единственная, кто мне нужен, — это ты. Слышишь? — тихо, но твёрдо говорю. Пытаюсь донести.

— Я всё видела, — пыхтит, локтями отпихивая меня.

— Так для тебя всё это и было сделано, разве не понимаешь? — сползаю вместе с ней на пол, так как Жасмин ускользает, словно угорь вертится. Вытянув ноги вперёд, облокачиваюсь об стену и, перехватив под грудью, к себе сильнее прижимаю.

— Угу. И ночью ты к ней поехал по первому зову тоже ради меня. И засосы на твоей шее тоже ради меня, — обиженно бурчит и всхлипывает.

— Лана бухала с бывшими однокурсниками, и один из них позвонил мне. Ей плохо стало, не знал, что делать. А мы в те годы встречались. Вот он по старой памяти и позвонил мне. Думал, я знаю, где она живёт, — прижимаюсь губами к виску и тихо пересказываю ночные приключения. — Я её на заднее сиденье уложил и повёз домой. На полпути очухалась, дура, и со спины обняла. Благодарить начала, прошлое вспомнила и целоваться полезла. Вцепилась в меня мёртвой хваткой. Из-за неё чуть со столбом не столкнулся. Пока машину остановил, пока вырвал конечности, облапала всего.

Жасмин затихает и даже не трепыхается. Кажется, верит. Подтянув, разворачиваю её. Упирается в плечи, медовыми глазами злые молнии метает.

— Я видела вас сегодня, Натан. Я слышала ваш разговор. Слышала, как она предлагала повторить.

— Задержалась бы немного, увидела бы и окончание этого разговора.

— Отлично! Стой, Жасмин, и слушай, как тебя обливают помоями. Мне унижения хватило с головой! — огрызается, опять отталкивает. — Я всю жизнь была зависима от кого-то, терпела унижения и пренебрежение. И только с тобой его не было. Только тебе я безгранично доверяла. Как оказалось, это было ошибкой. Я не хочу больше проходить через это. Не хочу быть зависимой и ждать удара. Мне пора самой строить свою жизнь, потому что именно ради этого я вырвалась из своего мира.