Непредсказуемый граф - Брайант Аннабел - Страница 5

Наконец с улыбкой на губах она обвела взглядом зал. Взгляды их встретились, и улыбка разом сошла с ее губ.

Глава 3

Он упорно продолжал смотреть на нее. Кэролайн с трудом удерживала нить разговора. Зачем он так на нее смотрит? Разве ему мало того унижения, что он заставил ее испытать? Граф Линдси не давал забыть о себе. Он касался ее взглядом, словно рукой, взгляд его дразнил, согревал, обжигал, даром что они находились в противоположных концах зала. И это ее раздражало.

Кэролайн явилась на бал к Альбертсонам вооруженная знаниями, полученными от всеведущих кузин, которые щедро делились с ней бесценной информацией за едва ли не ежедневными чаепитиями. Она пришла на этот бал с совершенно конкретной целью – определиться с выбором перспективных кандидатов в мужья. И в ее задачи никак не входило привлечение внимания самого отъявленного негодяя лондонского света. Кэролайн понимала, что найти джентльмена, который согласился бы взять в жены женщину с ее недостатком, а лучше сказать, дефектом, – дело трудное, но до этого еще далеко.

Кэролайн стрельнула в графа глазами из-под полуопущенных ресниц, одновременно отвечая на очередной вопрос матери, машинально произнося какие-то слова и не слишком заботясь о том, чтобы они были к месту. Сейчас, в ярком свете множества свечей, он предстал перед ней во всем своем великолепии – рост выше среднего, гордая осанка, иссиня-черные волосы, несколько длиннее, чем того требовала мода, в идеальном порядке и, главное, глаза – завораживающие, темные, в обрамлении густых, чуть загнутых кверху ресниц. Кэролайн поспешила напомнить себе, что внешность графа Линдси и вообще его персона не представляют для нее никакого интереса, но заметила она и благородство черт: прямой нос, четко очерченные скулы и начинающую отрастать щетину.

Сейчас он, к счастью, не смотрел на нее – говорил с другим джентльменом. Вечерний наряд его был выше всяких похвал – очевидно, он пользовался услугами лучшего в столице портного. Отчего она прежде не заметила, какие у него широкие плечи, какая узкая талия? В отличие от прочих джентльменов, граф Линдси не был обладателем мягкого брюшка. Даже лорд Тайлер сильно проигрывал ему по части фигуры.

Взгляд ее скользнул по руке, державшей стакан с бренди. Это была та же рука, что сжимала ворох юбок леди Дженкин. Кэролайн почувствовала, что краснеет от нахлынувших воспоминаний. Она гнала непрошеные воспоминания прочь, но те возвращались. Вот он целует леди Дженкин, а вот она требует новых ласк… Каково это – быть обласканной вниманием такого мужчины, как граф Линдси? Мозг подавал сигналы тревоги. Такие мужчины, как он, опасны. Очень опасны. Стоит ему захотеть, и он в два счета очарует любую из присутствующих здесь дам. Или всех сразу. Кэролайн стала замечать, что не она одна избрала графа Линдси объектом своего внимания. Многие девицы смотрели на него с обожанием, многие замужние дамы бросали на него похотливые взгляды.

Вновь встретившись глазами с графом, Кэролайн судорожно сглотнула и отвернулась.

– Ты согласна со мной, детка? – услышала она вопрос леди Дерби.

Кэролайн давно потеряла нить разговора, но правильный ответ был всегда под рукой:

– Да, конечно, мама.

– Когда джентльмен предлагает тему разговора, какой бы скучной она ни была, ты должна с энтузиазмом поддержать беседу, и тот предмет, что наиболее интересен твоему собеседнику, должен и у тебя вызывать интерес, пусть даже только на словах. И не задавай слишком много вопросов. Один, от силы два. И, когда он говорит о своих привычках, старайся под него подстраиваться. Это пригодится и в дальнейшем, когда на деле, а не на словах придется подстраиваться под привычки супруга.

Давать советы романтического свойства дочери, наверное, так же мучительно неловко, как их выслушивать. Если бы ее мать знала, чему недавно стала свидетельницей Кэролайн, то, наверное, остереглась бы советовать подстраиваться под привычки джентльмена. Впрочем, никто – ни ее мать, ни отец, ни она сама – не стал бы рассматривать графа Линдси в качестве подходящего жениха. При мысли об этом Кэролайн захотелось рассмеяться, но леди Дерби рассеянность дочери не смущала. Она продолжала гнуть свою линию:

– Лорд Фелмор – большой любитель наблюдать за птицами. В этом наряде он так импозантен! Я буду искать возможность, чтобы вас друг другу представили.

Кэролайн отыскала взглядом лорда Фелмора. Тот стоял у окна в темно-синем вечернем фраке. Темный жилет украшал белый узорчатый позумент. Шеи у него не было совсем – она утонула в накрахмаленном кружевном шейном платке, напоминавшем жабо. Ему бы перо в петлицу – и он был бы точь-в-точь похож на какую-нибудь диковинную птицу, из тех, за которыми так любил наблюдать. Он не пригласил ее на танец, и Кэролайн испытала немалое облегчение. Лорд Тайлер – вот с кем ей хотелось станцевать вальс, однако он тоже ее не пригласил.

– Нет, мама, спасибо, но не стоит.

Кэролайн скосила взгляд в ту сторону, где стоял граф Линдси, – так, из чистого любопытства. На прежнем месте его не оказалось. Ну что же, это к лучшему. Нечего отвлекаться на всяких там повес с широкими плечами, тонкой талией и ресницами, которые украсили бы любую девушку. «Тоже мне, ошибка природы». Хорошо еще, он не стал тратить на нее свою знаменитую ухмылку, от которой, говорят, дамы сразу падают в обморок. Не хотелось бы из-за него помять новое платье. Кэролайн повернулась лицом к матери и чуть не упала.

– Леди Дерби, я очарован.

Граф Линдси поцеловал руку ее матери, а вдовствующая графиня Грандвил продолжила представление:

– Леди Кэролайн Николсон, дочь лорда и леди Дерби, милорд. – Вдовствующая графиня указала на графа. – Позвольте представить вам лорда Кромфорда, графа Линдси.

Онемев от изумления, Кэролайн машинально протянула руку для поцелуя.

– Леди Николсон, сердечно рад знакомству. Хотя у меня такое чувство, что я вас где-то видел.

– Лорд и леди Дерби недавно переехали в Лондон из Италии, и леди Николсон, разумеется, жила в Италии с ними, – сказала свое веское слово вдовствующая графиня. – Вы не могли видеться с леди Николсон в Англии. Разве что вы случайно встретились в Риме. Вы тоже недавно оттуда?

– Я понял, что ошибся, – с готовностью согласился граф Линдси, – леди такой редкой красоты, увидев однажды, невозможно забыть. Если бы мы встречались, я бы запомнил все обстоятельства нашей встречи.

Может, ей следовало бы поблагодарить его за комплимент, но Кэролайн подозревала, что он ее дразнит, прозрачно намекая на пикантные обстоятельства их первой встречи.

И тут он одарил ее улыбкой, вернее, своей знаменитой ухмылкой, и сердце ее радостно забилось, и голова закружилась, и появилась вдруг слабость в коленях.

– Могу я ангажировать следующий танец, леди Николсон?

Увидев насмешливый блеск в его глазах, Кэролайн подумала было отказаться, но мать слегка подтолкнула ее локтем в бок, и, дабы не перечить воле родительницы, да и собственным тайным желаниям, Кэролайн приняла приглашение. Леди Дерби, как видно, ничего не знала о пятнах на репутации графа Линдси. Что Кэролайн вполне устраивало.

Линдси, взяв леди Николсон под руку, повел ее к сверкающему мрамором острову в центре зала. Он застал ее врасплох, однако отчего-то был уверен в том, что она ему подыграет и не станет раскрывать их, теперь уже общей, маленькой тайны. Он должен был убедиться в том, что разоблачение ему не грозит, и, если получится, привлечь леди Николсон на свою сторону. Все так, но, признаться, он просто хотел потанцевать с прелестной дебютанткой. В конце концов, он имел право ненадолго забыть о проблемах, омрачавших его жизнь.

Верно и то, что в завещании было указано и второе условие, которое придется выполнять. Впрочем, не стоит думать об этом сейчас. Сейчас надо танцевать кадриль с леди Николсон. Произвести наследника, танцуя кадриль на балу, еще никому не удавалось. Вначале они двигались в полном молчании, словно оба находились в каком-то удивительном трансе.