Подмена: тёмный близнец мужа (СИ) - Жукова Анна Вадимовна - Страница 5

— Нет, — кротко отвечаю я, — по тебе скучала, Стас… Сам знаешь…

— Было что с… — он больно сжимает мою ладонь.

— Нет! — выкрикиваю я.

— Тогда решайся, Настя. Ты не представляешь, что я сделал, чтобы сегодня попасть сюда.

Я порывисто поворачиваю голову к выходу, затем смотрю в его карие, бархатные глаза. И киваю. На свой страх и риск. В голове бьёт набатом мысль, что возможно это самая большая ошибка в моей жизни. Ну и пусть. Я всегда была послушной и хорошей девочкой для моих родителей. Отлично училась, меня миновали все проблемы мажористых детей. Не маловажным этому, конечно, явилось моё воспитание и пример их отношения друг к другу, но и своих заслуг я не отбрасываю. Я всегда слушалась. Теперь хватит. Родители поступились моими чувствами.

Но сомнения всё равно заполоняют мои мысли. И я оказываюсь как будто между молотом и наковальней.

Стас тянет меня в сторону противоположного выхода, а я всё никак не могу решиться. Всё же правильность у меня прописана в генетическом коде. Я жена. И что скажут родители? Мотаю головой желая выкинуть из головы моральные установки.

Пока я медлю, в проходе появляется он. Степан Орлов. Мужчина приподнимает левую бровь и с презрением смотрит на Стаса. Недолго. Потом стремительно приближается к нам. Я не ожидаю того, что произойдёт в следующую секунду. Хотя Стас и становится в оборонительную позицию, Степан легко её прорывает. Удар кулаком по щеке и мой парень распластывается на полу. Орлов нокаутирует его. Зевс шумно переступает с ноги на ногу.

Я ошеломлена и бросаюсь к Стасу. Степан предугадывает моё действие, и встряхивает меня, прижимая к себе, смотрит на меня как на шлюху.

— Я… — дрожащим голосом проговариваю, пытаясь унять страх, всколыхнувшийся при его виде, я не чувствую его запаха как, к примеру, в саду, так словно он был пустой картинкой.

— Не здесь, — произносит он равнодушно, так словно я надоедливое насекомое.

— Никуда я не уйду, — всхлипываю я, смотря на Стаса, вновь дёрнувшись к нему, но Орлов держит крепко.

Давлюсь слезами, но они всё равно стекают.

— Как миленькая пойдёшь. Разговор есть. И надеюсь он последний. Потому что если ты не усвоишь из него ничего, то тебе крайне трудно придётся, — его взгляд устрашающе горит.

А тем временем в конюшню вбегают мордовороты Орлова. Стас приходит в себя, а я вновь рвусь к нему. Орлов встряхивает меня и утаскивает к выходу. За спиной слышу приглушённые удары и стон боли Стаса.

— Мы сейчас поговорим, — и тащит меня через сад, — ты видимо не все мои слова усвоила или не понимаешь всего масштаба сделки.

Я хочу обернуться, вырваться, но Орлов не даёт. Мы продвигаемся к дому, спугнув по дороге страстно трахающую парочку возле небольшой статуи. От стремительного бега едва успеваю не подхватить полы платья и чудом умудряюсь не наступить на фоту. Вечерний воздух упоительно хорош, но я едва ли осознаю это. Мне страшно.

Степан стремительно проходит в кабинет моего отца и толкает меня на середину, запирая дверь. Он неотвратимо надвигается на меня. Его взгляд суров, его брови сведены. Я же отхожу, пока мои ягодицы не упираются в деревянную столешницу стола. Мне точно конец…

Глава 7

Орлов неотвратимо надвигается на меня. Я отступаю, мечтая стать незаметной. Я ужасно боюсь его. И не представляю себя с ним не только в постели, а вообще даже просто как человека рядом.

Я упираюсь ягодицами в столешницу и едва сдерживаю в себе крик отчаяния.

— Снова ударишь? — спрашиваю я, от отчаяния, видимо, окончательно спятив.

Он слегка склоняет голову на бок и пристально смотрит. Его взгляд беспорядочно шарит по моему лицу, неожиданно соскальзывая к груди, что вызывает у меня отвращение.

— Тебе хочется? — спрашивает Степан, его голос меняется, — ты теперь моя жена. Могу. И не только это.

Он придвигается ещё ближе. Выставляю руки вперёд, ладонями упираясь в его грудь.

— Убежать хотела?

Риторический вопрос. Молчу. Что я на это могу ответить, если он застал меня со Стасом, убеждающим меня последовать за ним.

— Зря. Или ты думаешь мне нужна эта женитьба, — продолжает разговор.

С этого момента мне становится интересно. Я опускаю руки и жду что он ещё скажет, одновременно пытаясь успокоиться, но дыхание всё равно рванное, пульс зашкаливает, бьёт в виски, как будто я пробежала стометровку.

Он молчит, не отступает от меня, но теперь его взгляд не такой суровый, в нём что-то появляется, что-то похожее на если не на сочувствие, но понимание.

— Тогда почему мы так себя ведём? — осторожно спрашиваю я, — да, мы муж и жена, но это не означает, чтобы ты так ко мне относился. Я выполнила все условия.

Степан усмехается, во взгляде снова сталь.

— Я только что застал тебя в объятиях чужого мужчины, — отчеканивает он, повышая градус раздражения, — вы же договаривались о побеге? Я правильно понял? — затем орёт так, что внутри меня обрывается надежда на спокойное будущее и на счастье, — и не лги мне! Я предупреждал тебя, чтобы вокруг тебя не было мужиков! Ты никогда не уничтожишь моей репутации. Я тебе не позволю. А теперь будь добра объясни-ка мне, жёнушка, какого хрена вообще происходит?! Я просто не знаю, что мне делать дальше с тем парнем. Убить или просто покалечить?

— Чего? — шепчу я и дёргаюсь к выходу.

Степан толкает меня к столешнице и я вскрикиваю от болезненного удара. Его крепкая, широкая ладонь ложится на мою длинную шею и сжимает ей, не сильно, но ощутимо.

— Отпусти его. Он ошибся. Я говорила ему, что он зря пришёл за мной. Я объяснила ему, что замужем. Мы прощались, — вру я, а слёзы бесшумно катятся из глаз.

Пытаюсь отодрать его руку от себя. Чувствую от него запах винных паров. Степан не выглядит пьяным, но в нём алкоголя достаточно, чтобы его действия менее контролировались трезвым разумом.

Я всё пытаюсь уловить его запах, что был с ним утром в саду. Чтобы памятью зацепиться за то, что мне действительно в нём понравилось. Бесполезно. Пытаюсь уловить хитрый прищур, когда только встретила его, обозвав конюхом. Тщетно. Я ведь знаю, что может произойти сейчас. Что может потребовать от меня Степан…

— Ладони на стол! — командует он, потом насмешливо продолжает, — выгородить хочешь любовника?

— Я говорю правду! — в отчаянии вскрикиваю я и смыкаю пальцы на краю столешницы, — отпусти его… Степан, отпусти. Он просто… Он в отчаянии. Он любит меня. Его чувства ещё не остыли. Он ошибается, я всё ему сказала. Сказала, что замужем и между нами больше ничего не может быть. Прошу тебя, Степан, прошу…

Он улыбается и его ладонь смыкается на моём горле сильнее. Мужской взгляд загорается интересом и он рассматривает моё лицо, грудь. Мне до тошноты противно. Отвожу свой от него.

— Ты красавица, Настя, — хрипло проговаривает он — и почему я должен верить тебе?

— Не должен, — отвечаю я, всхлипывая, — но это правда. Отпусти Стаса, я прошу.

— И я должен простить тебя? — насмешливо, — А что я получу взамен?

Если я расскажу родителям о том, что здесь происходит, они всё равно примут сторону Степана. Стас здесь, мы хотели бежать. Немыслимо. Отце будет в ярости. Мама примет его сторону. Мне никто не поможет. Из золотой клетки нет выхода и она только что замкнулась за мной. Я почти услышала этот звон.

— А что ты хочешь? Сделка интересна нашим семьям. Нашими подписями на брачном контракте мы её подтвердили. Больше нас ничего не связывает, — собираюсь с мыслями, ладонь на шее давит, а я боюсь отпустить пальцы со столешницы.

— Пока, — усмехается Орлов, не отводя своего взгляда от моего.

Сжимаюсь внутри вся как пружина и замолкаю. Незанятая его рука поднимает подол пышного платья невесты. Моё тело начинают сотрясать безмолвные рыдания, по позвоночнику прокатывается холодная волна ужаса. Мужская грубая ладонь сжимает моё бедро и двигается к трусикам. Я сжимаю бёдра между собой и забываюсь, пытаясь оттолкнуть его. Но против такого мускулистого мужчины я — слабая женщина просто бессильна.