Аристократ на отдыхе. Том седьмой (СИ) - Рудин Алекс - Страница 16

— Николай Андреевич, ты хочешь заказать у меня магические мечи. А зачем они тебе?

— Чтобы вооружить гвардию, — кивнул Голицын.

— Тебе кто-то угрожает? — поинтересовался я.

— Нет, но…

Голицын замолчал и отвел глаза. А я спокойно ждал, когда он договорит.

— Мы с Зябликом решили иногда ходить в аномалии, — через силу произнес Голицын.

— Так я и думал, — кивнул я.

— Поймите, Никита Васильевич! Зяблик — демон! Он не может все время находиться в нашем мире. Ему нужно дышать воздухом аномалий, нужно чувствовать их магическую силу. Без этого он заболевает!

— Это правда, Ник, — подтвердил Умник. — Демонам надо время от времени бывать в аномалиях. Там мы чувствуем себя дома. Понимаешь, что это значит?

— Понимаю, — согласился я.

Голицын не слышал нашего разговора с Умником и решил, что я отвечаю ему.

— Если бы вы знали, как мы с Зябликом завидуем другим Одержимым! — с горечью воскликнул он. — У всех Одержимых есть собственные аномалии, они могут ходить в них без всякого страха. А мы сидим в этом мире, словно прикованные!

— Этот мир не так уж мал, — заметил я. — И лучше быть живым здесь, чем мертвым где-то еще.

— Не знаю, — упрямо покачал головой Голицын. — Я чувствую, что долго мы так не выдержим.

— И вы надеетесь, что гвардия, вооруженная магическими мечами, защитит вас от иномирного ликтора, если он появится?

— Надеемся, — кивнул Голицын. — А что нам еще делать?

Я задумчиво потер переносицу. Разговор складывался неплохо, можно было переходить к тому, зачем я приехал.

— Ты очень удивишься, князь, — сказал я Голицыну. — Но я приехал именно затем, чтобы предложить тебе и твоему демону поход в аномалию.

— Вы, все-таки, решили отыскать этого иномирного ликтора? — побледнев, спросил Голицын.

— Да, — не стал отрицать я.

— Вы хотите его убить?

Мне показалось, или в голосе князя прозвучала надежда?

— Нет, я собираюсь с ним договориться. У меня есть к нему важное дело. Заодно попробую уговорить его отстать от тебя и твоего демона. Но для этого ликтора придется выманить, за этим-то ты мне и нужен.

Я ожидал, что мне придется долго уговаривать князя рискнуть жизнью. Одно дело — тайком пробраться в безопасную аномалию в сопровождении гвардейцев и надеяться, что иномирный ликтор тебя не заметит. И совсем другое дело — самому выманить его.

Но Голицын меня удивил.

— Мы согласны, — твердо заявил он.

— Так быстро? — удивился я.

— Да. Мы с Зябликом уже обсуждали эту возможность. И надеялись, что рано или поздно она появится. Нельзя вечно жить в страхе.

— Скажи-ка, князь, а не потому ли ты решил заказать у меня мечи? — спросил я, пристально глядя в лицо Голицына. — Хотел напомнить о себе?

— Так и есть, — кивнул Голицын. — Вы правильно догадались. Мы с Зябликом вконец измучились из-за нависшей над ним опасности. Пора что-то с этим делать.

— Хорошо, — усмехнулся я. — Завтра я возвращаюсь в свое поместье и буду ждать тебя там.

— Я прилечу, как только улажу свои дела, — твердо ответил Голицын. — Мне нужен день или два. Это необходимо на случай…

Князь не договорил и замолк.

— Все будет хорошо, — сказал я, чтобы его подбодрить. — Спасибо за завтрак, Николай Андреевич.

Выйдя от Голицына, я позвонил Илье.

— Здорово, Илюха! — обрадовал я старого друга. — Я в Столице, и нам надо поговорить.

— Барон? — удивился Илья. — Что-то случилось?

Я не стал испытывать терпение Ильи.

— Случилось, но это при встрече.

— Приезжай в кофейню Вольфа на Невском, — сориентировался Илья. — Когда тебя ждать?

— Минут через двадцать, — прикинул я. — Мне здесь недалеко.

Над Невой завывал холодный октябрьский ветер. Поэтому я не пошел пешком через мост, а вызвал извозчика.

Илья сидел за столиком в углу кофейни и торопливо тыкал вилкой в готовый салат.

— Ты же важная персона, — с улыбкой сказал я другу, усаживаясь напротив. — Мог бы обедать в хорошем ресторане.

— Барон, ты же знаешь, как долго там готовят, — пробурчал Илья. — А у меня каждая минута на счету. Вообще-то, обычно я обедаю в своем кабинете. Только сегодня ради тебя выбрался. Так что случилось?

— Я сам пока не знаю, — признался я. — Но у меня стойкое ощущение, что где-то неподалеку снова появился наивысший демон. И у него очень необычные способности.

Я коротко рассказал Илье историю пропажи Авессалома. Упомянул и про нотную тетрадь, которую нашел на месте пожара в доме учителя музыки.

— Говоришь, этот блаженный скрылся в темной аномалии? — переспросил Илья. — И что ты собираешься делать?

Вот и подошел самый трудный момент нашего разговора.

— Я собираюсь привести в эту аномалию князя Голицына. Приманю иномирного ликтора и попрошу его открыть портал по следу Авессалома. Если он, конечно, это умеет.

— Барон, ты рехнулся? — заорал Илья, забыв о том, что находится в кофейне.

Посетители начали оглядываться. Но Илюха окинул их таким свирепым взглядом, что все любопытные тут же отвернулись и поспешно занялись своими делами. Один даже подавился шоколадным пирожным.

— Ты рехнулся, Барон, — гораздо тише повторил Илья. — Князь Голицын — помощник министра! А ты собираешься отвести его на смерть.

— Князь Голицын — Одержимый, — спокойно возразил я. — Он воплотил в себя демона добровольно, никто его не заставлял. Кстати, пойти со мной в аномалию он тоже согласился добровольно. У него нет другого выхода, иначе он рискует снова оказаться в лечебнице. И не выйдет оттуда до конца жизни.

Илья устало покачал головой.

— И все-таки, это слишком, Барон. Кстати, зачем ты мне это все рассказал? Я ведь правильно понимаю, что от помощи ты откажешься?

Я пожал плечами.

— А ты и не сможешь мне помочь. Темная аномалия не пропустит никого, кроме меня и Голицына. Даже если ты разместишь всех имперских ликторов и гвардейцев рядом с порталом — толку-то? Внутри будем только мы с князем.

— Тогда чего ты хочешь? — напрямик спросил Илья.

— Чтобы ты узнал — не было ли в других частях Империи похожих случаев. Не случалось ли чего странного с демонами в аномалиях?

— Я узнаю, — кивнул Илья. — Сегодня же распоряжусь, чтобы уездные комиссары отправили срочные доклады. Ох, и прибавил ты мне работы, Барон!

Илья устало потер лоб ладонью.

— Сам-то как? Как Кира?

— Все хорошо, — улыбнулся я.

Вечером мы с Кирой успели на «Волшебную флейту». Оперу давали в Императорском театре, и режиссер оказался сильным магом-менталистом. Ожившие декорации-иллюзии завораживали, а волшебная музыка Моцарта тронула даже моих демонов.

— Это настоящая магия, — шепнул мне Умник, когда волшебник низким басом пел свою арию.

— Так и есть, — согласился я. — Только не вздумай вмешаться и сорвать спектакль.

В антракте Ксантипп уговорил меня пойти в буфет.

— Великое искусство трудно воспринимать на трезвую голову, — уверял меня демон. — Ты видел змею на сцене? Совсем как настоящая!

После представления мы с Кирой поехали в наш столичный дом. Семен Евграфович с радостной улыбкой открыл дверь и исчез в своей комнате — сказал, что у него завтра важный зачет по демонологии, и ему надо зубрить до утра.

— Как тебе? — спросил я Киру, когда мы поднялись на второй этаж.

— Здесь очень уютно, — улыбнулась Кира. — Ой, смотри — какая ванна!

Огромная белоснежная ванна на львиных лапах стояла у окна, а из окна открывался вид на вечернюю Фонтанку. Магические фонари отражались в темной воде. Из-за домов на другом берегу выглядывал подсвеченный магией золотой шпиль Адмиралтейства.

Я открыл бронзовый кран. Струя воды с шипением ударила в чугунное дно ванны.

— Полежи и полюбуйся городом, — предложил я Кире. — А я пока приготовлю ужин.

Основная посуда хранилась внизу, на кухне. Но я не стал мешать Семену Евграфовичу заниматься. Нашел несколько тарелок в резном буфете и удобный столик на колесиках.