Кот и кореец - Фуллер Ася - Страница 7

– А, это ты, – хмуро сказала Кира, подняв голову. – Стильный парень. Шорты в полоску, трусы тоже в полоску.

– Сегодня белые, – прошептал Пак.

– Вот это новости.

– Ты права, это я, – весело сказал он, будто они были если не друзьями, то хорошими приятелями.

Неужели великодушно простил разорванные штаны и больше не обижается?

– Да, ты, Пак, – ответила Кира. – Пак-тетрапак.

Рифма про «тетрапак» вышла случайной и, на Кирин взгляд, довольно удачной.

– Тетрапак? – Улыбка с лица Пака тут же сползла. – Почему… тетрапак?

– А я не знаю, – с вызовом ответила Кира. – Может, у тебя настоящая фамилия Пакетов… Или…

И тут Пак захохотал. Да так громко, что несколько ребят обернулись, и так заразительно, что Кира начала смеяться вместе с ним, ругая себя за эту слабость. Она должна была оставаться королевой сарказма, а теперь… ржёт.

– Да нет, – сказал Пак. – Я не Пакетов. Я и правда Пак. Обычная корейская фамилия. Боксёр такой был – Пак Сихун. Не знаешь?

– Пакьяо знаю. Пака не знаю, – ответила Кира, а сама подумала: «Вот, точно же – боксёр. И как я забыла».

– Вообще я Паша.

– Паша? То есть всё-таки русский? – уточнила Кира, разглядывая его лицо.

И как она не заметила, что нос у него вздёрнут на кончике – такой типичный славянский нос?

– Мои бабушка и дед по папе – советские корейцы. И папа, значит, кореец. А мама русская, – объяснил Пак.

Про советских корейцев Кира ничего не знала. Хотя… Кого только в Советском Союзе не было, могли быть и корейцы.

– А зачем иностранцем прикинулся?

– Слушай, не обижайся. – Пак почему-то перешёл на шёпот. – Тут просто ужасно скучно. На каждой тренировке одно и то же. Один защищается, другой атакует, потом наоборот… Раньше тренер другой был… Молодой.

– Да, мне Лис рассказывал, – кивнула Кира. – А сейчас он где?

– В фитнес-клуб ушёл какой-то. – Пак закусил губу. – Жалко, он хороший был… И на соревнования мы гоняли…

– Что ж… – Кира выдавила улыбку.

– Ну что, хочешь со мной боксировать? – Пак усмехнулся, видимо, решив, что разговор отлично складывается.

Почему-то фраза прозвучала даже не как вопрос, а как утверждение.

Кира вскипела: да не хотела она с ним боксировать! Это тренер в прошлый раз их вместе поставил, а Пак не дал ей отработать ни одной комбинации. Разумеется, она больше не будет с ним боксировать. Опять всю тренировку испортит.

– Не хочу, – ответила она спокойно.

– Это ещё почему?

Мальчишки отвлеклись от разговоров и теперь поглядывали на Киру и Пака.

Кира вздохнула. Хочется, конечно, ответить как-нибудь резко. «Я не обязана перед тобой отчитываться» – что-то в этом духе. Или: «Тоже нашёлся мне тут, думаешь, что все хотят с тобой боксировать». Но не стоит грубить, мы ведь всё-таки теперь в одной секции, в одной команде, напомнила себе Кира.

– Извини, – произнесла она спокойным голосом. – Просто… Ты мешаешь мне работать.

– Работать?! – переспросил Пак, быстро взглянув на Никиту и Платоху. Те непонимающе пожали плечами.

– Да, я пыталась отработать комбинации на прошлой тренировке. Ты это видел и специально мешал, – объяснила Кира. – В этот раз я с тобой боксировать не буду. Мне важны… Мои тренировки.

– Разумеется, – сказал Пак с улыбкой, но Кира заметила, что он задет. – Но вообще… Я всё делал правильно. В ринге же под тебя никто не будет подстраиваться и давать отрабатывать твои любимые комбинации.

– В ринге я буду боксировать с человеком своего веса. И слушать тренера. А ты в прошлый раз его вообще не слушал.

– Да я тебе говорю, тут тоска. – Пак закатил глаза. – Вот мой прошлый тренер… Не из этого зала, другой, – ездил на сборы в Мексику… Научил меня нескольким комбинациям. Я мог бы и тебя научить. Ты точно таких ещё не знаешь.

Кира хмыкнула. Ну почему, почему девчонок так часто хотят чему-то научить? Даже когда они сами об этом вообще не просят. Особенно такие вот – парни чуть симпатичнее среднего, которые уверены, что любая девушка будет слушать их открыв рот и бесконечно восхищаться? Кто сказал, что девушкам на боксе в принципе нужна помощь? Он ведь даже не знает, сколько лет Кира занимается… Сколько травм и соревнований она прошла. Сколько раз рыдала в раздевалке после паршивых спаррингов, пока никто не видит. Сколько раз доказывала, что она занимается боксом не ради парней. Особенно таких, как Пак.

– Ты пришёл тренироваться. Так вот и тренируйся. Сам. А если мне нужна будет помощь, я о ней попрошу. Или ты меня попросишь. Вдруг мне тоже есть чему тебя научить, – спокойно произнесла Кира, глядя Паку в глаза, и поднялась.

Он коротко кивнул.

В этот момент в зал влетел Лис, за ним зашёл тренер Чапаев, а следом – незнакомая девочка, с виду лет шестнадцати. Она была в синих лосинах и цветастой майке, будто пришла на тренировку по пилатесу, а не на бокс. Русые локоны незнакомка решила оставить распущенными – явно ещё не знает, как мерзко бывает, когда волос попадает в глаз во время раунда. И золотые украшения тоже не сняла – на пальце виднелось кольцо, а на шее – толстая цепочка.

– Я в первый раз, – произнесла она негромко и хихикнула.

– Ну давай, скакалку бери. – Чапаев указал на дальний угол зала. – И вы тоже, товарищи боксёры, начинайте тренировку.

Спортсмены, не обращая внимания на новенькую, лениво начали разминаться. Прыгая на скакалке, Кира заметила, что Пак недовольно поглядывает в её сторону. Обиделся, наверное. Ну и пусть.

Сама же Кира во все глаза смотрела на новенькую. За десять минут та от силы сделала прыжков пятьдесят – волосы закрывали ей обзор, скакалка путалась, дыхание сбивалось. Кира вздыхала сочувственно: сегодня эту бедолагу ждёт самое скучное занятие на свете. Тренер поставит её к зеркалу и заставит отрабатывать один-единственный удар и боксёрские шаги в стойке – шаг вперёд, шаг назад, влево, вправо. И так полтора часа. Да, невесело, но другого способа научиться боксировать просто нет.

Когда разминка закончилась, Кира снова села на ринг – намотать бинты.

– Так, товарищи боксёры. – Чапаев хлопнул в ладоши. – Давайте по парам – один защищается, другой атакует…

«Но в чём-то русский кореец прав. Тут реально одно и то же», – думала Кира, надевая перчатки.

– Лис, я с тобой, – махнула она другу.

– Извините! – подала вдруг голос новенькая. – А как же я? Мне что, тоже стоять в паре с мальчиком? Меня будут бить?

– Нет. – Кира постаралась улыбнуться как можно дружелюбнее. – Ты ведь совсем в первый раз? – Девчонка кивнула. – Тогда тебе ещё рано в пары. Ты постоишь у зеркала, выучишь основные удары, встанешь в стойку… Тренер тебе подскажет.

В этот момент лицо Чапаева стало тоскливым, будто бы даже кончики усов опустились. Возиться с новенькой ему явно не хотелось.

– Нет, давайте так. Лисовский будет в паре с Пыжиковым, а вы, девочки, вставайте вместе… – произнёс он.

– Тренер, но мне бы хотелось… – стала возражать Кира.

– Давайте, давайте в пару, девочки.

– Отработать свои комбинации для будущих соревнований и спаррингов, – закончила Кира.

– А ей с кем стоять? – Чапаев скрестил руки на груди. Новенькая согласно закивала.

Кире захотелось крикнуть: ей вообще всё равно, с кем эта девчонка будет стоять. Она, Кира, тоже ученица, она тоже пришла на тренировку! Да, кое-что умеет, в отличие от новенькой, но она ведь пока ещё не тренер!

– Тренер, я могу пару раундов, но мне самой надо…

– Так, ну почему девочкам всё время всё не так? – покачал головой тренер. – Вот у меня жена точно такая же – вечно недовольна… Давайте, начали. – Он отвернулся, показывая всем видом, что разговор закончен.

– Я Гела, – радостно сказала новенькая, расставив ноги по ширине плеч и выставив перед грудью руки в перчатках. Бинты она не надела.

– Гела? Интересное имя…

– Вообще Ангелина, – добавила новенькая, поджав пухлые, накрашенные блеском губы.

«Гела, блин. Вот, сама же хотела быть тренером – тренируй теперь», – со злостью подумала Кира.