Снегурочка для Дровосека - Андерсон Диана - Страница 4

Потому что бежать бесполезно. Я несусь по заснеженной земле, теряюсь по колено в сугробах в глухом лесу. Вокруг ни души. Лишь луна на небе, хруст снега под ногами и мой разбитый автомобиль. Вижу фигуру бывшего парня на горизонте, пытаюсь сбежать и падаю в снег.

– Хватит уже! – Роман поднимает мое тело с земли, подхватывает на руки.

Я кричу, ругаюсь отвязным матом, «искупанная» в снегу по уши. Мокрая, зареванная, да еще и грязная.

Он вносит меня в дом, захлопывает дверь ногой. Ведет куда-то вглубь хижины. Понимаю, что в спальню, в которой выключен свет. Укладывает на кровать и включает прикроватный ночник.

– Пошел вон! – кричу прямо перед его лицом.

– Блять! – вздыхает от гневно, впечатывая мои запястья в постель своей хваткой. Иначе меня не успокоить. – Лана! Ты же заболеешь. У тебя машина сломана, одежда насквозь промокла.

– Не твое дело! – шиплю злобно, пытаясь вырвать свои руки из его хватки.

И спустя секунду он делает то, чего я отчаянно желала избежать. Нависает надо мной и страстно целует. Медведь. Зверь. Хищник из леса. Затыкает своими полными, горячими губами мне рот. Как и раньше, когда я вела себя неадекватно. Один поцелуй – и я снова оказывалась в его объятиях. Под ним или же, на нем. По-разному. Как ему хотелось.

Нет, нет, только не это. Стону в его рот от злости, но какие-то забытые механизмы в организме уже дают о себе знать, включаясь по щелчку. Тело начинает таять под жаром его обжигающей груди. Рома уже отпускает мои руки, а мне совсем не хочется от него бежать.

Я всхлипываю, цепляясь пальцами за его плечи, но потом… уступаю. Опускаю слабые руки на простыни. Принимаю поражение. Рома удовлетворённо вздыхает, его стон отдается легким колебанием в моем рту. Властные ладони стремятся плавно под свитер, задевают кружево нижнего белья.

– Нет… – пищу безнадёжно.

– Еще как да, – парирует он, возвращаясь к моим губам.

Глава 5

Лана

Мамочки, он целует. И его огромные руки скользят по моей чувствительной груди, задевают бретельки белья, умело ныряют за спину и отцепляют застёжку лифчика. Все как в тумане: Роман тянется за край моего пушистого свитера, поднимает его рывком вверх и стаскивает с моего тела. То же самое происходит и бюстгальтером, который летит следом за моим свитером на пол. Инстинктивно прикрываю грудь ладонями от чернеющих, наглых глаз.

– Рома, – шепчу ему прямо в губы. С диким отчаянием. – Давай, прекратим.

– Нет, – отрезает он строго.

Тянет мои губы за собой. Кусает их, облизывает и снова целует. Водит своим горячим, шершавым языком по створкам и врывается в мой рот, углубляя поцелуй. Так было только с ним. Похвастаться опытом я не могу, в моей жизни было мало мужчин. Тем не менее, никто не умел целоваться так, как этот мерзавец Вольный.

Будто испивал всю мою душу. Выворачивал внутренности наизнанку. Одного поцелуя бывало достаточно, чтобы потерять сознание.

Не прекращая громко постанывать, я сдаюсь. Это бесполезно. Я его хочу. Убираю руки со своей груди и опускаю их на рельефную, обнаженную, мускулистую спину мужчины. Прижимаю Романа к себе. Мое тело покрывается мурашками, острые соски ощущают прикосновение к его крепкой, волосатой груди.

Это сильнее меня. Влечение к нему неумолимо выбивается сквозь пространство этой хижины, меня тянет к нему магнитом. Судьба посмеялась надо мной, вновь столкнув меня с опасным прошлым.

Он поднимается на локтях, заглядывает в мои глаза, часто дыша. На лбу выступает испарина, мужчина сглатывает, бросая жадный взгляд на мою грудь.

А мне не хочется прикрываться. Нравоучения в голове становятся все тише и тише, а затем и вовсе умолкают. Завтра я об этом обязательно пожалею. Но не сейчас.

С громким вздохом, Роман набрасывается на мою шею, трется об нее своей густой, длинной бородой и вдыхает мой запах.

– Я соскучился, – шепчет он отчаянно. – Очень.

Теплой ладонью обхватывает грудь, перекатывает соски между пальцами и стремится ниже. К джинсам. Мое тело бьет разрядами тока от желанных прикосновений. Это похоже на сон. Пусть сном и остается.

Он избавляет нас обоих от джинсов. С минуты я испытываю кусачее волнение вперемешку со стыдом, но быстро от него избавляюсь. Как и от кружевных трусиков, правда не сама, а с помощью Ромы.

Сладкий поцелуй растворяется у меня во рту. Мужчина гладит мое тело нежно, будто боится повредить. Чутко, до мурашек. Я не могу воспротивиться желанию, которое заполняет меня изнутри. Его твердая, мужская плоть трется о мои бедра и меня начинает колотить от страха.

– Нужно прекращать, – всхлипываю, возвращая себе свои губы.

Он что-то бубнит себе под нос и снова целует. Хватает запястья, чтобы я прекратила выставлять руки перед собой, прибивает к кровати и раздвигает коленом мои ноги.

– Я не… – замолкаю, когда он входит в меня.

«Я не готова», – застывает у меня на губах, потому что я вспоминаю не сразу, насколько ненасытен он бывал в постели. Даже в наш первый раз, он делал это долго, с небольшими перерывами, чтобы я, юная девственница, совсем не потеряла сознание от его напора.

Кирилл мне этого не простит. Не рассказать ему – грязное предательство с моей стороны. Хотя я сейчас, в данную секунду, именно это и делаю. Предаю его.

Но стоит Роме толкнуться глубоко во мне и заглушить мои вопли своими губами, как я обо всем забываю, выгибаясь под ним дугой. Он вторгается в меня быстрыми и яростными толчками. Не переставая целоваться дико, жадно. Неистово. Сердце за грудиной делает сальто от переизбытка окситоцина. Этот мужчина пробуждает во мне что-то особенное, с ним я становлюсь другой. И он идеально мне подходит.

Мне так хочется сказать, что это – неправильно. Чтобы он прекратил доставлять мне удовольствие.

– Пожалуйста… – предательски вылетает из моих уст, когда я ощущаю приближение финала и шире раздвигаю ноги под мужчиной. – Пожалуйста…

Я пью таблетки, но почему-то сомневаюсь, что в этот раз они смогут меня спасти от беременности.

«Господи, только бы не залететь. Не залететь», – прокручивается мантра в моей голове.

Стону в его рот от удовольствия, головокружительного оргазма, который накрывает меня с головой после финального толчка мужчины во мне. Рома нахально изливается во мне, хотя, это было неизбежно. Целует в подбородок: от его крепкого тела исходит жар. Выдыхает от усталости и перемещается на свою половину кровати.

Тяжело дышит, а затем резко хватает меня за руку и прижимает к себе. Гладит по спине, волосам, спутавшимся после нашей близости, наматывает локоны на палец. Еще одна его давняя привычка. Мне до сих пор не по себе, от сладкой истомы в теле начинает приятно покалывать.

Рома тянет одеяло, накрывает нас и прикрывает глаза.

– Хочешь есть? – спрашивает он, поглядывая на часы на стене.

Уже давно перевалило за полночь. Боже, мой телефон, кажется, еще полчаса назад разрывался в гостиной. Семья может объявить меня в розыск, если уже не объявила.

В Сочи меня ожидает грандиозный скандал…

– Пошли, – он тянет меня за собой, вставая с кровати. – Поедим.

– Я не хочу есть, – словно вернувшись в реальность, я начинаю искать свою одежду, разбросанную по полу. – Мне нужно уехать отсюда.

За окном метель, моя машина сломана, мысленно я уже разревелась, а в реальности у меня заплетается язык. Роме не нравится моя суетливость, мужчина злобно щелкает языком, а затем хватает за руки.

– Успокойся, – рычит он, обнимая меня против моей воли. – Утром я сам тебя отвезу.

Глава 6

Лана

– Я прямо сейчас поеду! – рявкаю, вырывая свою руки из его лапищи.

Ноги меня не держат, и, споткнувшись, падаю на кровать. Причём, одеяло благополучно слетает с моего тела, оставляя меня абсолютно голой перед наглым, стальным взором этого упрямого нахала. Который в миг наваливается сверху и покрывает мое тело поцелуями.

– Не отпущу, – шепчет он, водя носом по ложбинке меж грудей. Одаривая полчищем мурашек.