Шажком за монстрами! (СИ) - Харченко Сергей - Страница 47

Когда умник ушёл, я вновь вышел на тренировку в сад. Продолжил урок словесности с Рэмбо, который — к моему удивлению — уже успел проспаться. И конечно, не забыл о Регине. Попробовал найти ключик к её магическому источнику. Хотя мои усилия ни к чему не привели.

Черепашка и сама бы рада поделиться со мной маной, но тоже не понимала, как это сделать.

А к вечеру родители решили заказать доставку из нового ресторана, который открылся неподалёку. Причём — как по мне, тактически правильное решение.

Курьер появился через полчаса.

— Хозяева! — закричал он во двор, когда мы всей семьёй сидели в беседке.

Анна охнула и побежала забирать у него сумки.

Вот он передал ей два больших пакета, и в одном из них звякнули бутылки.

Тут же я услышал, как Рэмбо спорхнул с чердака и, шурша крыльями, направился в сторону Аннушки.

— Ох ты ж, окаянный! — крикнула служанка, неся продукты в сторону беседки.

Ты посмотри на него! Алкаш пернатый!

В общем, я не выдержал. Набрал воздуха в грудь и выпалил:

— Р-рэмбо, а ну стоять, заср-ранец!

— Серёга! — воскликнул батя.

— Серёжка, ты букву эр выговорил⁈ — воскликнула маман, всё ещё не до конца веря в услышанное.

— Заср-ранец! — крикнул я, погрозив Рэмбо кулаком, и птичку это остановило. Попугай повернул, приземляясь на крышу беседки и недовольно начиная цокать языком.

— Ты молодец, малыш, но это ругательное слово, — подметила маман.

— Да, Серёга, мама права, — ухмыльнулся батя. — Главное, в садике такое не ляпни.

— Не, такую хер-рню я точно не скажу. Ой… — я зажал себе рот, а маман гневно посмотрела на батю.

— Я, кажется, знаю, от кого Серёжа таких слов набрался, — ответила она.

— Да ну ты что, это всё попугай, — ухмыльнулся батя. — Я тут ни при чём.

Ну да, батя, конечно. Отмазался ты, конечно, красиво. Главное, есть на кого свалить, ага.

— И, по-моему, нашему попугаю нужен учитель по этикету, — добавил батя. — А то он плохо влияет на нашего мальчика.

— ДА НУ, НА ХУ…! — начал Рэмбо, но я вовремя приказал ему заткнуться.

— Ладно, я пошутил, — специально громко ответил батя, чтоб и попугай слышал. — Нет у нас пока денег на ещё одного учителя. Только нового слугу взяли. А кстати, где он?

— В саду, Иван Александрович, — отозвался копающийся с повреждённой оградой Захарыч. — Где ж ему ещё быть? Порядок наводит, и что меня удивило, даже не матерится.

— Вот Захарыч, учись, — подметил батя и сказал, уже громче: — И ты, Рэмбо тоже!

— Р-РЭМБО ХОР-РОШИЙ… — донеслось сверху, и я поневоле улыбнулся.

После того как мы поужинали в беседке — а вкусного было много чего, включая котлетки на пару и картофельное пюре с подливкой — все дружно отправились в дом.

— Раз так, и на логопеда у нас денег нет, я нашла выход из положения, ответила маман, когда мы зашли в гостиную. — В интернете куча всяких занятий. Серёже точно это поможет.

— Их ведь тоже оплачивать нужно? — спросил батя.

— Вань, ну не столько же, — улыбнулась мама Наташа. — Там вообще копейки…

В итоге с батиного телефона я изучил какое-то вводное занятие, которое вообще было бесполезным.

— А теперь — кто хочет более детальный разбор и упражнения, — ответил довольная розовощёкая барышня, — переходите по этой ссылке.

А далее батя увидел окошко с суммой и вздохнул, категорично взглянув на маман:

— И это, по-твоему, дёшево?

— За все двадцать занятий, Вань, — резко ответила маман. — И да, это дёшево, я считаю. И кстати, этого учителя хвалят. Я читала отзывы.

Батя вздохнул и несколько раз потыкал в экран.

— Всё, можете заниматься, — ответил он. — Оплатил.

В итоге два занятия я прошёл тут же, понимая, что всё-таки польза от них есть. Я начал чётче выговаривать буквы «Ж» и «З». Правда, не всегда. Но всё равно — это был успех, как для меня, так и для родителей.

Чуть позже я приготовился ко сну. Причём лёг самостоятельно. Когда пышка зашла в спальню, она заохала:

— Серёжа, да ты сам улёгся. Какой молодец! Прям самостоятельным становишься.

И в голосе её я чувствовал огорчение. Ну да, отрываюсь от вашей гиперопеки, Лариса Батьковна. Как бы вы ни хотели продлить это время, всё начинает меняться.

И я рад, что эти уси-пуси скоро закончатся. Очень рад.

На этой отличной ноте я и уснул.

Поместье Смирновых, раннее пятничное утро, три недели спустя.

Я хорошо выспался и чувствую себя бодрым. Голова у меня ясная. Я сконцентрирован на своей главной цели.

Именно так и думал, когда собирался в ясли. Точнее, это был последний день, когда я иду в ясельную группу.

Последние три недели пролетели, как и не было. Всё это время я тренировался с умником и с Рэмбо, а затем — на других курсах, которые в очередной раз оплатили родители. Тренировался, тренировался и снова тренировался.

В последние дни уже начинало подташнивать от этих бесконечных упражнений. Но я то, как никто другой, знал — следует отточить свои навыки, отполировать их так, что они будут, мать их, слепить глаза экзаменаторам.

Маман, которая собиралась со мной в садик, будто услышала мои мысли.

— Хоть бы нормальные люди в жюри сидели, — вздохнула она.

— Да не переживай так, Наташ, — ухмыльнулся батя. — Серёга у нас красавец, всех там удивит. Да, Серёга?

— А то, — подмигнул я ему. — Покажу класс.

— Во, это по-нашему, — засмеялся батя, затем обратился к пышке, которая протянула мне сандалии.

Блин, как я их терпеть не мог. Мне бы какие-нибудь туфли лакированные, наподобие батиных, да костюмчик исправный. А то этот тёмно-серый наряд, что на меня напялили, жал под мышками и выглядел убого. Да ещё эта дебильная бабочка.

Я сорвал её с себя.

— Серёжа! — ахнула пышка. Это она была инициатором того, чтобы на меня надели эту хрень.

— Не хачу! — резко ответил я. — Плохо смор-рится.

— Смот-рит-ся, — обратилась ко мне маман.

Я вздохнул, закатив глаза.

— Да, пло-хо смот-рит-ся, — повторил я, уже без ошибок.

— Лариса Михайловна, и правда, лучше без этих излишеств, — ответила маман. — Серёжке только мешать это будет.

— Да я и не настаиваю, — обиженно надула губы пышка. — Хотела, чтобы малыш красивым пошёл на экзамен.

— Он и так у нас красавец, — ответил батя.

— А с бабочкой ещё красивей бы был, — ответила няня.

Но благо, что больше она украсить меня не пыталась.

В общем, мы собрались. А затем батя пригнал автомобиль, и мы благополучно устроились внутри коробки, которая повезла нас в сторону «Сказки».

— Серёжа, запомни, главное не волнуйся, — начала давать мне наставления маман, притом её голос дрожал от напряжения.

Кто ещё волнуется, хе-хе.

— Да он, по-моему, абсолютно спокоен, Наташ, — батя посмотрел на нас через стекло, пришпандоренное у потолка. — В отличие от тебя.

— Ой, ладно, — отмахнулась от него маман. — Сам будто не переживаешь.

— Совсем немного, — хмыкнул батя. — А так я уверен в Серёге.

— И я тоже, — ответила маман, закидывая в себя какую-то пилюлю. — Есть у тебя вода?

— Ага, держи, — передал ей батя бутыль, продолжая смотреть в стекло впереди себя и крутить руль.

В общем, родители не стали, как они обычно делали, общаться на посторонние темы. Будто тем самым, давая мне побыть в тишине, и не отвлечься перед экзаменом.

В тишине мы и доехали до элитного садика, остановившись на стоянке, где уже стояли в ряд несколько автомобилей.

Чуть позже мы прошли через проходную и направились к входу.

— Доброе утро. Вам не сюда нужно, — нас встретила взволнованная Лена. — Пойдёмте, я вас провожу. Надо обойти здание.

Мы направились за воспитательницей и через полминуты вышли на игровую площадку.

Там уже совместили столы, за которыми должны были сидеть три члена жюри.

Я должен сдать этот экзамен. На следующий день мне исполняется год, и перевод в младшую группу будет просто шикарным подарком!