Месть богов. Ч 1. Путь к себе - Семитут Ирина Владимировна - Страница 9

— Знаете, мне это уже стало надоедать, после каждого моего слова, вы все делаете удивленные лица, впадаете в ступор или чуть ли не падаете в обморок. Да я за всю свою жизнь удивленных взоров, обращенных в мою сторону, видела меньше, чем за один этот идиотский день.

— Ты НАМ предложила пойти с тобой!

— И что с того?

Оба смотрели на нее с прежним изумлением, и непонимание явственно читалось на их лицах. Анна решила сдаться:

— Ладно, объясните мне, Кинар, пожалуйста, что ВЫ нашли в этом такого предосудительного?

— Ты предложила пойти с ТОБОЙ на озеро!

— И?!

— Ты же собралась там купаться!

— И?!

Но их односторонний диалог был прерван опомнившимся Заигом.

— Я же говорил, что она шенка! — каждое слово, он выплевывал со злостью и отвращением.

— Это так? Ты, действительно, шенка?

— А вам не составит труда объяснить мне, что такое это ваше ШЕНКА?

Хоть она и задала свой вопрос, но была уже точно уверена, что ответ ей не понравится, и что бить Заига за это, так называемое СЛОВО, она будет больно и ногами. У Кинара лицо приобрело звериный вид, теперь Анна поняла, почему он у них главный, ведь зрелище было устрашающее. Любой увидевший такое не останется равнодушным. Неудивительно, что группа мужчин беспрекословно выполняет его команды.

«Так, час от часу не легче, то удивляются почем зря, а теперь и вообще решили взбеситься. Нет, по мне уж пусть лучше удивляются. Да и вообще, что я им бесплатный аттракцион, на-до-е-ло, пусть, что хотят, то и делают, а я пошла купаться».

Не обращая внимания на перемену в поведении Кинара, продолжила, как ни в чем не бывало:

— Давайте закроем эту тему. Она на Вас плохо влияет, и если вы так не хотите идти, то не ходите, я пойду одна, обещаю, что не сбегу. Только покажите, в какую сторону идти.

— Даже если бы ты захотела, ты все равно не смогла бы, как ты выразилась сбежать — мы далеко от Катан-су, и ты не знаешь этих мест.

Анна не удивилась, услышав нотки иронии и собственного превосходства в словах Заига.

«Да это, конечно, „большой“ аргумент против побега».

— Тем более — просто покажите мне направление, ведь вы не боитесь, что такая слабая и беззащитная девушка, как я, сбежит от ВАС.

— Хорошо, озеро в той стороне, но ты все равно не сможешь пройти — тебя туда не пустят. Ты не знаешь, что такое Лан-до?!

— Это не имеет значения.

Анна развернулась и направилась в сторону, куда указал Заиг. Она чувствовала, что Кинар продолжает буравить ей спину хмурыми и прищуренными глазами. Подойдя ближе к зарослям, она разглядела тропинку, которая очень плохо проглядывалась между зарослями и настолько заросла травой, что если не искать специально, то ее никогда и не заметишь. Складывалось впечатление, что этой тропинкой уже много лет не пользовались. Сзади слышалось сопение, но она не стала обращать внимание и шла, как ни в чем не бывало. Анна остановилась и стала рассматривать кусты, которые обрамляли дорожку, и заросли, тесно переплетавшиеся между собой. Они напоминали шиповник, высотой не больше метра, весь усеянный цветами, запах которых разносился на всю поляну. Анна очень любила запах роз, но этот запах был намного приятней, хотя у них был свой недостаток: шипы, которые торчали между цветами, были длиннее раза в четыре, чем у роз, и это существенней отпугивало, как будто они говорили: «Смотри, но не подходи!». Анна стояла и никак не могла заставить себя сделать первый шаг.

— Я говорил, что тебя не пустят.

Ехидный голос Заига вывел Анну из состояния ступора, в котором она находилась, сама того не замечая. Развернувшись, Анна бросила уничтожающий взгляд в сторону Заига. Анна сделала первые шаги неуверенно, боясь, что эти шипы просто порвут ее одежду и расцарапают кожу, но на удивление ни боли, ни треска материи, она не слышала, и было такое чувство, что она идет между одуванчиков, на которые подуешь и они разлетятся в разные стороны маленькими парашутиками, а не между цветов с шипами, на которые посмотришь, и уже страшно. Она решительно направилась дальше, не обращая никакого внимания на то, что ей кричат сзади: просто шла и упивалась чувством легкости от соприкосновения с кустами, упивалась их запахом. Деревья расступались перед ней, и она наслаждалась этой извилистой дорогой. Было чувство, что она обретает что-то давно потерянное и эта потеря была очень горькой. Ей казалось, что нет ничего прекрасней этой дороги. Но все дороги когда-нибудь заканчиваются, и эта была не исключением. Она вывела на небольшой спуск к воде, и когда Анна спустилась по нему, то основательно потеряла дар речи и впала в прекрасное блаженство от созерцания прекрасного.

Ведь смотреть было на что: озеро со всех сторон окружали могучие деревья, их высоту невозможно передать, и ветви этих гигантов соединялись между собой над центром озера в форме короны. Озеро казалось черной гладью без единой ряби, словно зеркало громадных размеров, которое лежало на земле, чтобы отражать небесное полотно, а там было на что посмотреть. Все небо было усыпано звездами, а в центре висела луна, не просто луна, а Луна с большой буквы и светила бледно голубым светом, а края мягким оттенком серебра, и от нее тянулась по водной глади к спуску озера лунная серебряная дорожка. И все вокруг отливало серебром. Казалось, что кто-то просто осыпал это место серебряной пылью.

От центра озера пошла рябь и постепенно дюйм за дюймом стала появляться огромная змея, которая как и все вокруг, отливала серебром.

«ВЫ ВЕРНУЛИСЬ, ГОСПОЖА, Я ЖДАЛА И ХРАНИЛА ЕГО ДЛЯ ВАС».

— Спасибо тебе, Серо, — слова пришли сами по себе, но удивления не было. Анна поняла, что воспринимает происходящее, как единственно верное.

«ВАМ ПОРА ЕГО ВЕРНУТЬ?»

— Нет, пока нет, но осталось ждать совсем немного времени.

Анна развернулась и пошла обратно. Когда она вышла на поляну, воины смотрели на нее во все глаза.

— Нам пора — время не ждет.

Анна не узнала свой голос, но войны после ее слов стали собирать лагерь и укладывать поклажу на коней. Только Кинар стоял в стороне и смотрел на нее, но стоило Анне посмотреть на него, и он опустил глаза, не сказав ни слова, и присоединился к остальным.