Весь Пол Андерсон в одном томе. Компиляция (СИ) - Андерсон Пол Уильям - Страница 377

— Здесь жили мои матери со времен основания города, — говорила она гостю. — Здесь в старину пировала Чупа. По этим ступеням лилась кровь в День Ущелья. Слишком здесь много призраков, чтобы я могла их покинуть. — И она издала глубокий горловой смешок, оглядев каменные стены, меха, ковры, мебель, книги, оружие, бронзовые вазы и канделябры, стеклянные кубки, морские раковины и все, что было добыто на доброй четверти планеты. — И слишком много вещей пришлось бы перевозить.

Флэндри посмотрел в окно с третьего этажа, где они сидели. Извилистый мощеный проулок шел между высокими доходными домами, которые при случае превращались в настоящие крепости. По нему крались двое мужчин в шлемах, с мечами наголо; где-то бил барабан; послышались звуки короткой, на бурной перебранки: крики, топот и звон металла о металл.

— А как же разбойники? — спросил он.

— Они слишком умны, чтобы лезть сюда, — осклабился Ферок.

Боцман возлежал на кушетке, напоминающей очертаниями корабль, так же как Драгойка и Игурац, дородный седой управитель Торгового Замка. В полумраке комнаты светились их глаза и украшения. День был ясный, но холодный. Флэндри порадовался, что выбрал для визита теплый комбинезон — терранскую парадную форму они бы все равно не оценили.

— Не понимаю я вас, — сказала Драгойка, вдыхая из курильницы дым легкого наркотика. — Я рада видеть тебя вновь, Домманик, но я вас не понимаю. Что плохого в том, чтобы иногда подраться? И это ты, одержавший такую победу над шираво, приходишь сюда и мямлишь что-то о примирении с ними!

Флэндри повернулся к ней. Ему показалось, что шум воздушного насоса стал громче.

— Я получил такой приказ — поговорить с вами об этом, — ответил он.

— Но тебе самому это не по душе? — уточнил Игурац. — Зачем же ты тогда, во имя неба, говоришь это?

— Разве вы одобряете неповиновение?

— В море — нет, — признала Драгойка. — Но на суше дело иное.

— Ну так вот — не говоря обо всем остальном, мы, терране, здесь в таком же положении, как моряки на корабле. — Флэндри начал прохаживаться взад-вперед, чтобы успокоить нервы. Ботинки тяжело стучали.

— Почему бы вам просто не истребить всех шираво, и дело с концом? — спросил Ферок. — Это вам не составило бы труда, если вы столь могучи, как говорите.

Однако Драгойка, к удивлению Флэндри, опустила бахрому на глаза и сказала:

— Что это еще за речи? Нельзя же губить целый мир. — И объяснила гостю: — Сестры не питают против них большого зла. Их надо держать на расстоянии, как и всех прочих опасных зверей, но, если бы они оставили нас в покое, мы не стали бы с ними сражаться.

— Они, возможно, думают так же, — сказал Флэндри. — Вы беспокоите их с тех самых пор, как стали выходить в море.

— Океан велик. Пусть держатся подальше от наших островов.

— Они не могут. Солнечный свет рождает жизнь и под водой — им нужны отмели, чтобы прокормиться. А вы заходите далеко в открытое море, чтобы охотиться на крупных животных и собирать водоросли. Им ведь тоже нужно все это. — Флэндри хотел запустить руку в волосы, но наткнулся на шлем. — Я тоже не возражаю против мира в Злетоваре. Хотя бы потому, что это досадило бы мерсейцам. Это ведь они первые начали вооружать один народ против другого. И явно готовятся что-то здесь предпринять. Какой нам вред от разговора с ваз-шираво?

— Да как же с ними говорить? — недоумевал Игурац. — Любую тоборко, которая спустится вниз, тут же убьют, если вы не вооружите ее так, чтобы она сама могла убивать.

— Тихо, — скомандовала Драгойка. — Я позвала тебя потому, что у тебя записано, какие корабли приходят в гавань, а Ферока — потому, что он друг Домманика. Но это женский разговор.

Тигране приняли выговор как должное, и Флэндри объяснил:

— Переговоры будем вести мы. Нам не хочется понапрасну тревожить морских жителей, приходя к ним на своих судах. Но нам нужна какая-то база, поэтому мы и просим у вас корабли — достаточно большой флот, чтобы на него не стали нападать. Конечно, Сестры должны будут утвердить все условия, о которых мы договоримся.

— Это не так-то просто, — сказала Драгойка. — Орден Янъ-евар ва-Радовик простирается далеко за курсовикские воды.

И общее для всех соглашение затронуло бы также интересы самых разных шираво. — Она потерла свой треугольный подбородок. — Однако договор местного значения… об этом стоило бы подумать…

И тут в замке запел рог.

Огромный, медный, приводимый в движение мехами, он ревел над городом. Холмы ответили эхом. С деревьев взвились птицы. Гу-гу! Пожар, наводнение, враг! К оружию, к оружию! Гу, гу-гу, гу-у!

— Что стряслось? — Ферок вскочил на ноги, срывая со стены меч и щит, не успел Флэндри и глазом моргнуть. Игурац схватил свой увесистый боевой топор. Драгойка, заворчав, подобралась. Бронза и хрусталь дребезжали.

— Нападение? — выкрикнул Флэндри между завываниями рога. — Нет, не может быть!

Он представил себе всю картину. Устье Золотого залива охраняют стоящие на якоре заградительные суда. Пловцы-подводники могли бы подобраться к ним незаметно, но миновать их уж никак не могли. И даже если бы им это удалось, остается еще несколько километров до гавани, которая вместе с Торговым Замком полностью заслоняет Уянку с моря. Они могли бы, конечно, высадиться где-нибудь в стороне, например на Белых Песках, и совершить марш по суше на своих механических ногах. Город не огражден стенами. Но каждый дом на окраине — это маленький укрепленный пункт, и навстречу им из города высыпали бы тысячи тигран…

Терране опасались за колонии, расположенные на архипелагах. Но на Уянку никто не нападал вот уже несколько веков, да и тогда это были другие тигранские племена… Гу, гу!

— Сейчас поглядим. — Роскошный мех Драгойки встал дыбом, хвост напрягся, уши поднялись торчком; но говорила она спокойно, точно к обеду приглашала, и поднялась с кушетки плавно, будто не спеша. Мимоходом она перекинула через плечо мех.

С бластером в руке Флэндри последовал за ней в холл, украшенный причудливой каменной фигурой с Ледовых островов, трехметровой высоты. За аркой шла вверх винтовая лестница. Флэндри задевал плечами за стены. В бойницы сочился свет. Позади мягко топотал Ферок, за ним отдувался Игурац.

Им оставалось полпути до верха, когда весь мир раскололся и камни задрожали. Драгойку швырнуло на Флэндри. Он поймал ее. Она была точно сталь и каучук в бархатной оболочке. В уши сквозь шлем ударил грохот рушащихся стен. Слышались слабые, далекие крики.

— Что случилось? — жалобно вопрошал Игурац. Ферок ругался. Несмотря на остроту момента, Флэндри запомнил несколько выражений на будущее. Если оно будет, будущее.

— Спасибо. — Драгойка погладила человека по руке и снова помчалась вверх.

Они вышли на башню, когда раздался второй взрыв — на этот раз подальше. Но его грохот в старкадском воздухе прозвучал оглушительно. Флэндри подбежал к парапету и стал смотреть за красные черепичные крыши, чьи острые верхушки венчали цветы и головы чудовищ. К северу, над серыми стенами старого города, блистал изумрудной зеленью и пышными особняками Высокий квартал. Колонна Состязаний вздымалась в том месте, где встречались Дорога Гордости, Верхняя Дорога, Большая Восточная Дорога, улица Солнца и Лун. Столб дыма делал колонну еще выше.

— Вон там! — крикнул Ферок, указывая на море. Драгойка бросилась к подзорной трубе, установленной под навесом.

Флэндри прищурился — блеск воды слепил глаза. За Длинными Молами он различил заградительные корабли. Они горели. А чуть ближе… Драгойка мрачно кивнула головой и уступила ему подзорную трубу.

Там, где залив расширялся, между Белыми Песками на западе и Скалой Горя на востоке, лениво покоилась китообразная громада, поблескивая мокрой металлической шкурой. Посредине торчала боевая рубка; Флэндри видел только, что она открыта и в ней движутся несколько фигур, напоминающие человеческие. На носу и на корме были башенки пониже, плоские, и из них торчали дула. Как раз в этот момент одна из этих драконьих морд изрыгнула огонь. Миг спустя над высокой стеной Торгового Замка возникло облачко дыма, и камни хлынули лавиной на причал внизу, погребая под собой стоящий там корабль. Его мачта закачалась и рухнула, корпус просел. Шум, докатившийся до самых холмов, эхом отскочил обратно.