"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 641

– Это тебе за вчерашнее, – нравоучительным тоном изрек парень, явно намереваясь продолжать воспитательную работу и дальше.

Шрам на месте раны все еще побаливал.

Аггрх скрестил клинки сразу с двумя противниками. Орк чувствовал себя в своей стихии. Он легко парировал удары демонов и успевал отпускать шуточки по поводу их внешности.

– Я убью тебя и съем твою печень! – в ярости заревел красавчик с антрацитовой кожей, делая очередной выпад, который орк легко отбил.

– А я тебя еще больше убью, малыш! – оскалил клыки Аггрх, выискивая карими глазами уязвимое место в обороне противника. – Обещаю, это будет не больно, но очень обидно.

Зелье силы позволяло орку не замечать мощи демонических бойцов, каждый из которых был выше орка на голову и шире в плечах. Пууты потихоньку выходили из себя, не в силах достать наглеца.

Красавчик нанес сильный рубящий удар, а нахальный орк просто сделал шаг в сторону. Меч со звоном обрушился на место, где только что стоял смертный.

– Не попал, – показал ему язык Аггрх и тут же уклонился от свистящего клинка еще раз.

Орк поднырнул под удар и сделал выпад. Лезвие скользнуло в опасной близости от голого живота демона и оцарапало кожу на бедре. Густая желтая кровь окропила песок арены.

Второй противник попытался в этот момент пустить в ход свои крылья, сделал мощный взмах всеми четырьмя и взмыл над головой зеленокожего. Аггрх запоздало сообразил, что по всем законам природы с такой тяжестью на спине не то что летать, а даже ходить должно быть тяжко. Демон плевать хотел на такие мелочи и стремительно спикировал на противника.

Орк кувырнулся вбок, одним мечом отвел змеистый клинок, а другим легко срезал кусок правого нижнего крыла у пернатого. Стальные обломки упали на арену с веселым звоном.

– А тебе идет! – насмешливо заметил орк, все больше провоцируя соперника на необдуманные действия. – Остальные подровнять?

От Бурбалки не осталось ничего, кроме следов портальной магии вокруг, изрезавших всю территорию арены вдоль и поперек. В Шеоле, похоже, шло нешуточное сражение.

Карсуны между тем оттеснили еще живых мелэнь к стене, и зрители, уже не стесняясь, начали болеть за побеждающую сторону. Редкие сторонники Мерилит сочли за лучшее держать свои пристрастия в тайне. Все шло к скорой развязке.

Никогда прежде Гарб не нападал первым, только защищался, но сейчас в нем взыграла гордыня. «Я большой, сильный и страшный!» – подбодрил он себя. После этого гоблин заключил, что все явно нуждаются в его помощи, а Аггрх больше других. Орк бился сразу с двумя противниками и мог проиграть. На ум шаману первым пришло заклинание паутины, которое он и принялся старательно выплетать.

– Ой, – огорчился гоблин, когда магия сработала не столько на противниках орка, сколько на нем самом.

Воин негодующе зарычал, и Гарбу пришлось торопливо поправлять колдовство. В результате зеленокожий запутался еще больше, но и его противники завязли в плотных коконах волшебной паутины.

– Все отлично, – крикнул ему Аггрх. – Мы пока полежим, а ты усмиряй остальных.

Противники протестующе задергались, но разорвать заклинание Гарба у них сходу не получилось. Попыток демоны, правда, не оставляли, и орку скоро стало ясно, что путы неминуемо ослабнут через какое-то время.

Гарб переключил внимание на Михеля. Монах зачем-то продолжал пинать ощипанного демона. Тот вяло отмахивался, лежа на камнях, и потухшим взглядом смотрел на вошедшего во вкус мучителя.

– Эй, ты чего? – окрикнул человека Гарб.

Михель и не подумал остановиться. Гоблин заглянул в лицо компаньона и ужаснулся: обычное дружелюбие и безмятежное спокойствие сменилось маской ненависти. Глаза человека налились кровью, изо рта потекла пена.

– Остановись! – закричал шаман, но и это не возымело действия.

Пуут, похоже, собирался испустить дух. Гарбу не испытывал к нему особой жалости, а вот за друга, впавшего в такую ярость, гоблин изрядно испугался.

– Это неспроста, – сказал сам себе ловец духов и наколдовал заклинание паралича.

Михель упал как подкошенный на холодный камень рядом с изувеченным им демоном. Шаман подбежал ближе, стараясь не терять бдительности. Остальные были заняты сражением, но рисковать не стоило.

Голова монаха лежала так, что он видел свою жертву. Глаза задержались на издыхающей твари и наполнились слезами.

– Ты в порядке? – осторожно спросил гоблин, подходя ближе.

– Зачем я так? – с отчаянием в голосе переспросил Михель. – Почему?

– Выясним, – коротко ответил гоблин. – Ты пока полежи немного. Как закончим, будем разбираться.

Гарб прикинул, что сферу вокруг сцепившихся суккуб ему все равно не пробить. Применять посох без крайней необходимости тоже желания не возникло. Гоблин переключил внимание на карсунов. Здесь ситуация складывалась не лучшим образом.

Затиди под шумок отрастила новую голову и присоединилась к сестрам. Слизней было больше, но их плевки не причиняли мелэнь большого вреда, а от бросков их массивных туловищ, юркие жукодемоны уворачивались. В свою очередь мелэнь уже умудрились отгрызть двум карсунам глаза и щупальца. Тела покалеченных таким образом слизней зловонными слизистыми лужицами расползались по булыжнику арены.

– Манку покарает ваш род! – внутри их вожака все клокотало и бурлило.

Гарб приготовился метнуть в гущу схватки молнию. Огонь у него всегда получался лучше, но ловец духов помнил, что пууты в нем просто купаются. Пока гоблин целился, произошло нечто странное. Карсуны и их враги прекратили сражение и...

– Что? – Гарб за время своих приключений успел привыкнуть к неожиданным событиям, но увиденное заставило его застыть на месте в изумлении.

Карсуны начали нежно поглаживать щупальцами панцири мелэнь в приступе какой-то нездоровой симпатии. Мелэнь не остались в долгу. Они высунули из ротовых отверстий длинные хоботки и ласково принялись водить ими по глазам, которые только что пытались отгрызть.

Зрители, похоже, были ошарашены не меньше Гарба.

– Что-что происходит, Сомбун, друг мой? – пропищал где-то высоко в небе зеленый имп.

– Не знаю, – всхлипывая, произнес бармен, – но я чувствую себя очень необычно. Давай обнимемся? Ты мне вдруг так понравился! Почему я раньше не замечал, какой ты хороший?

Имп стремглав подлетел и упал на грудь коллеге. Так они и застыли в объятиях, со стороны могущих показаться даже чуть более, чем дружескими.

Зрители только и успели, что ахнуть. Затем началось форменное безобразие: трибуны с ревом, слезами, соплями и прочими выделениями полезли друг к другу обниматься, брататься, объясняться в любви и просить прощения за предыдущие обиды.

Рядом с Гарбом открылся портал, из которого выпал изрядно потрепанный Бурбалка. В руках он сжимал дудочку, наконечник которой слегка дымился. Портальная воронка с другой стороны от гоблина выплюнула пуута, в котором с некоторым трудом можно было опознать мастера порталов. Крупный кривоногий лысеющий имп с печальными глазами был полупрозрачен, но теперь вокруг него почти не клубился туман. На его уродливой морде застыло выражение крайнего удивления.

– У нас, уф, кажется, ничья, – пытаясь отдышаться, заявил Антонио.

– Мы решили, пусть другие дерутся, – заявил Ченвай, – а нам с коллегой все пути открыты.

– А че тут происходит? – в недоумении осмотрел арену Бурбалка.

– Я бы и сам хотел это знать, – задумчиво сказал Гарб, нервно постукивая посохом. – Вроде бы все неплохо, но меня терзает странное чувство...

Только суккубы продолжали яростно кромсать друг друга, не обращая внимания ни на кого вокруг.

Гоблин вдруг кожей почувствовал странные изменения вокруг. Магия на арене начала рассеиваться сама собой, будто кто-то высасывал ее через огромную незримую воронку.

Часть 3: Тень над Бездной. Глава 23

Из Элизия да в Эльжахим.

Пуутская поговорка