"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 685

Эльф призадумался, а привратник обратился уже к Аггрху.

– Вам, паладинчик, тоже пора исправить свое поведение. Искупить, так сказать.

– Это кого он назвал паладином? – переспросил орк, но тоже сразу погрузился в раздумья.

Что-то в словах хранителя тронуло в его душе одну давно бережно хранимую от посторонних струну.

Михель открыл было рот, но хранитель заговорил первым.

– Путь вернет тебя к истокам. Помни об этом. Не сворачивай с пути исправления, каким бы извилистым он ни казался.

У Каввеля на языке вертелось множество вопросов к такому всезнающему мудрецу, но привратник опередил и его.

– Тебя, бычок, напрасные клятвы до добра не доведут. Будь с ними осторожнее и подбирай слова правильно. Я знаю, что ты умеешь.

Минотавр от этих слов впал в глубокую задумчивость.

– Так что, куда нам теперь? – спросил Гарб.

– Идите своим Путем через врата, – напутствовал страж. – Помните, что Путь приведет вас не туда, куда бы вам хотелось, а туда, где вы нужнее. Или даже вам нужнее.

– Так ведь… – хотел возразить гоблин, но не успел.

– Все, ухожу, – трубным гласом прогремел хранитель. – Вернусь только прибраться. Чтоб через пять минут вас тут не было – потом врата закрою навсегда. Этим Путем можно пройти лишь единожды.

Больше привратник не отзывался, и Гарб заторопился.

– Как всех собрать и врата эти найти? – обратился он к Гобмобому.

– Остальных я сейчас приведу, – откликнулся посох и умчался в туман.

Через несколько мгновений все духи сгрудились возле шамана. Для них он сейчас был почти богом. Среди них находился и Рэкс. Аггрх заметил сына и всхлипнул.

– Сынок! – тихо позвал он.

– Я люблю тебя, папа, – сказал дух полуорка и приложил палец к губам, – и все прощаю.

Густой туман не позволял разглядеть его хорошо, но Аггрху показалось, что глаза сына сказали куда больше, чем слова.

– Я тоже тебя люблю, – одними губами прошептал зеленокожий воин.

– Всем стоять тут и не шевелиться! – предупредил Гобмобом. – Нам с носителем нужно посовещаться.

Посох потащил Гарба за собой в туман. Посчитав расстояние достаточным, чар остановился.

– Слушай внимательно и запоминай, – сказал он. – Меня нельзя больше применять, если твоей жизни не угрожает опасность. Пока не добавлена хотя бы еще одна часть, каждый удар отнимает ее силы. Если не хочешь ее убить, собери меня, пока не стало поздно! После вашего ритуала хозяйка слабеет с каждым мгновением. Идите! Вряд ли мы сможем потом поболтать, но точно поработаем на славу еще не раз. Удачи тебе смертный с божественной искрой! Она в тебе все еще тлеет. Раздуй ее в яркое пламя!

С этими словами посох увлек растерянного хранителя обратно к друзьям.

Прямо перед ними туман рассеялся, и все увидели обычные деревянные ворота высотой с минотавра. Резные створки в причудливых цветочных узорах приветливо распахнулись, приглашая сделать шаг. По ту сторону непрозрачная завеса казалась еще гуще, но каждый знал, что какие бы опасности там ни подстерегали, родной мир стоит любых новых приключений.

Гарб скомандовал духам идти первыми, и они, впервые полностью доверяя сородичу, отправились вперед, распевая нетрезвыми голосами гоблинские частушки не слишком пристойного содержания. За ними последовал и Рэкс, радостно улыбнувшись отцу на прощание.

– Пора и нам, – сообщил шаман. – Врата вот-вот закроются.

– Пошли, – безрадостно сказал Михель.

– Погоди.

Гарб долго обдумывал, стоит ли так делать, но в итоге решился. Смотреть на страдания друга было слишком невыносимо, чтобы оставить его состояние без внимания. Гоблин дотронулся посохом до головы монаха и что-то прошептал, стирая несчастливые воспоминания. Человек зажмурился, а после спокойно шагнул вперед. Остальные не заставили себя ждать.

***

Бледный молодой человек с удивительной для его возраста проседью в темных волосах в потрепанном монашеском одеянии сидел со скрещенными ногами на песке и удивленно рассматривал медальон, внутри которого обнаружился локон рыжих волос и портрет невозможно красивой девушки с такими же рыжими волосами и маленькими рожками на лбу. Безделушка нашлась во внутреннем кармане робы, и больше там ничего не было. Голова раскалывалась, как будто по ней недавно лупили орочьим боевым молотом.

Соленые волны лениво набегали на берег, выбрасывая комья молочно-белой пены. Вода немного не доставала до молодого человека, но он все равно отодвинулся от нее. Почему-то теперь он не любил воду, хотя раньше за собой такого не замечал.

– Кто же ты? – спросил он вслух. – И где все?

Только крики чаек раздались в ответ. Остальных компаньонов поблизости видно не было.

Монах сделал глубокий вдох. Свежий морской воздух наполнил легкие и заставил человека поперхнуться. Так легко давно не дышалось. Человек нервно рассмеялся. Последнее, что он помнил – какая-то карта с двигающимися картинками, в которую утянуло троу и еще смутно какие-то ворота. Кто же все-таки эта демоница? Почему он уверен, что знает ее? Почему при взгляде на портрет в груди возникает какое-то щемящее чувство?

На горизонте показался трехмачтовый корабль незнакомой ему конструкции. Человек встал, приложил ладонь к глазам и вытянул шею, пытаясь рассмотреть флаг. На мачте реяло полотнище с черным минотавром в короне на золотом поле.

***

Мучительно хотелось сделать вдох, но что-то мешало. Глаза открылись, чтобы увидеть повсюду воду. Обжигающе холодную ледяную воду и силуэт где-то сверху.

Кто-то схватил за волосы и потащил. Больно же! Зато теперь можно дышать. Дышать так здорово, особенно если раньше долго не получалось… сейчас, только нужно выплюнуть лишнее изо рта. Так, кажется, берег. Проморгаться после воды все никак не получается. Рядом кто-то теплый и родной. Он согревает своим телом и дыханием. Руки сами тянутся обнять его за шею. Конечно, это он! Кто же еще? Только волосы почему-то слишком жесткие.

– Любимый? – и тихое ржание в ответ.

Огненно-рыжеволосая тивада открыла глаза и увидела перед собой рог, приставленный к ее груди. Неяркое сияние передавалось от него в тело девушки. Огромный крылатый жеребец настороженно замер, пытаясь понять, ожила ли Хиенна окончательно.

– Спасибо тебе, мой хороший, – поблагодарила девушка единорога.

Тот сделал шаг назад, громко заржал, склонил голову и взмыл в небо. Тивада в белых одеждах из совершенно сухой, кажущейся воздушной ткани поднялась на ноги и потянулась, чтобы выжать волосы. Сами собой за плечами распахнулись белоснежные крылья с легкой рыжиной по краям.

– Михель! – позвала она. – Ты здесь? Ты должен это увидеть!

Он так и не отозвался.

Андрей Болтов

История одного гоблина 3: Плоды мести

Часть 1: Бухта семи ветров. Глава 1

Если вы пожелаете пересечь Лунное море на корабле, но пожалеете денег на охрану, приготовьтесь к неминуемому абордажу. Во время нападения не сопротивляйтесь и просто отдайте все ценности.

Гномий путеводитель

Кадзи приходит в начале лета и дует без остановки почти неделю. Он ерошит волосы, раздувает паруса, струнами натягивает нервы и крепежные канаты. Кожа от него нестерпимо чешется. Если матросы в такие дни затевают тайком от боцмана и старпома игру в карты, то она почти непременно заканчивается мордобоем, а то и поножовщиной. Название его восходит к народу, известному только из легенд. Местные жители знают, что с Кадзи шутки плохи. Он не только может сжечь своим горячим дыханием посевы на корню, но и приносит с собой лихорадку, от которой не каждый может оправиться.

Другой ветер называется Шимун. Он несет с собой обездвиживающую духоту и пыль цвета охры, застилающую небо до самого горизонта. Это нагретый воздух вместе с песком пустыни, находящейся в глубине материка на южном побережье Лунного моря. Рот и глотка пересыхают мгновенно, и утолить возникающую жажду практически невозможно. Такой ветер отравлен, и нет от него спасения. Душегубка может длиться часами или даже днями. Дня через три он выпадает кровавым дождем, и жара прекращается, как по мановению волшебной палочки.