"Фантастика 2024-14". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Яманов Александр - Страница 840

Лиз обняла мать. Кассандра заплакала.

— Ну, ничего… — прошептала Лиз.

Рэд отвёл глаза, Майк же при виде слёз матери растерялся. Он никогда не видел, чтобы она плакала.

— Ничего страшного, мам, он справится, поверь.

Майк подошёл и тоже обнял Кассандру.

— Он, как обычно, полез в самую гущу, будто ему это надо… — прошептала Кассандра, роняя слёзы. — Всегда идёт туда, где бьют больнее. Сколько раз говорила, не вмешивайся.

Она заплакала ещё горше.

— Десяток дилетантов, половина из которых даже не имеет при себе оружия, ничего ему не сделает, — неожиданно заявил Рэд.

— Так вы смотрели?! — Лиз обвела мужчин гневным взглядом.

— Да, — признался Майк. Увиливать было бессмысленно.

Кассандра не обращала на это внимания, она, будто заведённая, говорила:

— Всегда… Всегда… Всегда… Когда он был маленький, ты очень ревновал, Майки, — она улыбнулась сквозь слёзы. — А потом ты пошёл в школу и весь год приходил с синяками. Когда в школу пошёл Джек, ты возвращался целым.

Майк смутился.

— Меня колотил маленький уродец Хамви, толстожопый иранец без тормозов, — признался он.

— Теперь вы не дети и он уже не маленький, — заметила Кассандра, от разговора ей полегчало.

— Но всё ещё уродец, — Майк улыбнулся.

— Что тогда произошло? — спросила Кассандра. — Отец запретил мне вмешиваться. Сказал, что мужчина должен уметь за себя постоять.

Майк мельком глянул на отца, который делал вид, что его подобные беседы не интересуют.

— Джек, это всё Джек, — признался Майк. — Когда он появился, то увидел, как Хамви бросил мне в затылок мяч в спортзале. Я упал и разбил нос. Тогда Джек к нему и подошёл. Все сразу заржали, первоклашка встал на защиту второклассника…

Майк замолчал, ему вдруг стало грустно.

— И что? — подтолкнула Лиз.

— Джек взял мяч, Хамви стоял у стены, Джек кинул мяч, Хамви увернулся, — Майк изобразил бросок, взгляд его затуманился, он был далеко. — Но когда Хамви выпрямился, мяч отскочил от стены и прилетел смеющемуся уродцу в затылок. Он упал на колени. Тогда Джек пнул его в лицо, разбивал ему нос и сказал: “Один-один”.

Повисла тишина.

— Ты никогда не рассказывал, — произнёс Рэд, всматриваясь Майку в глаза.

— Это не то, чем я горжусь.

— Разве надо рассказывать только о том, чем гордишься? — спросил Рэд.

— Тебе? Да, — вдруг признался Майк. — Я всегда так хотел заработать твоё одобрение, что рассказать подобное было страшнее смертной казни.

— Сынок, — Кассандра обняла Майка, — ты никогда не рассказывал.

— Как-то не представилось случая, — пожал плечами он.

— Когда меня вызывали в школу, я не пошёл, — сказал Рэд. — Мне передали, что мой сын надрал задницу какому-то эмигранту. Я сразу понял, о чём речь. После этого ты больше не возвращался побитый. Я не связал это с Джеком. Но у меня всегда было чувство, что он что-то скрывает.

Рэд вздохнул и отхлебнул пива.

— Я хочу посмотреть, как он там, — Майк потянулся к пульту, собираясь включить трансляцию.

Глава 20. В которой герой закладывает первый кирпич

Имя: Ворон

Раса: человек

Класс: Гравитон

Уровень: 10

Эссенция души: 43/1000

Сила: 0

Выносливость: 0

Ловкость: 0

Мана: 300

Жизненная энергия: 747/1000

Способности: Сжатие 3 уровень, Левитация, Баланс, Маркер

Вместе с уровнем восстановилась и мана. Это любопытно. Значит, мана напрямую связана с эссенциями, другого объяснения нет.

Магия мне понадобится, если я хочу выбраться отсюда живым.

Главная цель выполнена, десятый уровень получен. Но почему бы не задержаться?

Оттаскиваю тело ловкача в сторону и выхожу из комнатушки охраны.

Короткий переход по коридору и поворот. Оказываюсь в уже знакомой зале с шторками-перегородками.

Прохожу сквозь неё и натыкаюсь на ту самую дверь, ведущую в кабинет лысого. Если мне не изменяет память, за ней прихожая, где стоит один из охранников.

Взгляд падает на пистолет. Глушителя, к сожалению, нет, а жаль, всё было бы куда проще.

Убираю ствол в разгрузку, достаю нож. Открываю дверь и заваливаюсь внутрь, изображая подвыпившего гуляку.

— Эй! Сюда нельзя! — тут же останавливает меня охранник.

— Чувак, я всего-то искал, где отлить… — бормочу себе под нос.

— Нет, здесь нет туалета, иди назад, — он подходит, рассматривая моё лицо в свете тусклых ламп. — А я тебя знаю…

— Неправильный ответ.

Он приблизился на необходимое расстояние. Нож входит ему в шею, свободной рукой хватаю его за горло, чтобы он не успел позвать на помощь. Впрочем, с такими ранениями трудно кричать. Охранник пытается, но из его рта вырываются только клокочущие звуки, словно он полощет горло.

— Минус четыре, — тихо шепчу сам себе.

И этот меньше десятого, плюс сто эсок.

Останавливаюсь перед следующей дверью, прислушиваюсь.

За ней тишина — возможно, лысый один или его вовсе нет.

Резко распахиваю дверь, быстро осматриваю кабинет. Лысый здесь, сидит за столом и что-то пишет. Не знал, что эта туша умеет писать. А вот то, что у Лысого есть компания, сбивает меня с толку, но лишь на долю секунды.

Он расположился у единственного свободного от танцовщиц окна, покачиваясь на стуле. Афроамериканец, здоровенный, под два метра. Если сойтись с таким в рукопашной, оторвёт мне башку голыми руками и забьёт ею трёхочковый. Видимо, ещё один охранник.

Нож летит в него.

— Кто пожаловал! — довольно произносит Лысый.

Афроамериканец ловит мой нож, заинтересованно рассматривает его, а затем начинает чистить им ногти.

— Не ожидал, да? — Лысый расплывается в улыбке, отчего его лицо становится ещё более мерзким. — По глазам вижу, не ожидал. Думал, припрёшься сюда и почикаешь меня? Не на того напал. Забуэ, разбей этому придурку голову, хочу получить немного опыта. С паршивой овцы, как говорится…

Забуэ поднимается, похрустывая кулаками.

— Ого, какая здесь высота потолков? Два с половиной? — нервно отшучиваюсь. — Ему же явно тесно! Лысый, ты живодёр, я позвоню в “Гринпис”.

— При чём здесь “Гринпис”? — Лысый поднимает руку, останавливая подопечного. Или он тупой, или из меня херовый стендап-комик.

— Да потому что ты держишь у себя грёбаную гориллу!

— А-а-а-а, — Лысый улыбается. — Забавно. Может, сломать тебе руки и ноги и оставить в качестве клоуна?

— Не сегодня.

Достаю из-под разгрузки пистолет, направляю его на Лысого.

— А теперь быстро говори, сколько тут людей, — Забуэ делает шаг вперёд. — Скажи своему питомцу остановиться, иначе я сделаю в тебе новое отверстие.

— Сколько ты уже тут? — внезапно спрашивает Лысый.

— Это так важно? Заткнись…

— Ещё скажи что-то в стиле “вопросы здесь задаю я”, — хохочет он. — Видимо, не так давно, но уже набрал десятый и шастаешь с этой сучкой Воронессой. Прости, конечно, но она и правда редкостная дрянь…

— Вот тут я согласен, — бормочу я.

— И при всём этом, ты тупой, раз решил, что можешь угрожать мне пушкой. Забуэ, убей его.

Понимаю, что ничего не добьюсь, и решаю поступить иначе. Лысый мне не соперник, в отличие от Нетфликсовской версии Маугли. Он нужен как источник информации, поэтому перевожу прицел на рвущегося в последний бой охранника и стреляю.

В момент, когда решил первым делом убрать Забуэ, я не подозревал, как ошибаюсь.

Его тело вмиг посерело, за секунду до выстрела. Я не сразу понял, что произошло, и успел выпустить три пули, прежде чем в меня влетел поезд.

Он выбил из меня весь воздух. Казалось, что в районе груди теперь болтается смузи из внутренних органов.

В глазах потемнело, но это был не конец. Я врезался в дверь, которую так предусмотрительно закрыл. Выбив её, вылетел в коридор и упал на лежащего тут бандоса. Хоть что-то этим чудесным днём идёт мне на пользу.