Ведуньи из Житковой - Тучкова Катержина - Страница 51

Уходя из архива, Дора была убеждена, что в слухах о дремавшем в Магдалке зле что-то было. Мало того: она не могла отделаться от ощущения, что это зло касается и ее.

ЧАСТЬ III

СИНЯЯ ПАПКА

С тех пор как в пардубицком архиве Дора попросила скопировать для нее содержимое синей папки — тощей части тома с делом Сурмены, вложенной в самый конец этого тома, — прошел почти год. И уже почти год она знала: то, чему она верила больше двадцати лет, было неправдой.

К документам из синей папки она в течение этого года возвращалась не раз и не два. Внимательно в них вчитывалась и искала доступную в Чехии литературу, которая хоть немного объяснила бы ей контекст. Как ни странно, источников оказалось немного. Только отрывочные сообщения, из которых не складывалась полная картина.

Чуть больше она нашла в Интернете. Сведения о публикациях в немецких научных периодических изданиях, таких, как Historische Zeitschrift или Zeitschrift fur historische Forschung[21], номера которых она смогла заказать и полистать затем в читальном зале Немецкой национальной библиотеки в Лейпциге, пару бульварных статей, ссылающихся на архив процессов над ведьмами в польской Познани, краткую информацию на сайте этого же архива на польском языке — вот и все. В познаньском Государственном архиве было собрано довольно много материалов, но спустя несколько дней, в течение которых Дора изучала каталоги его фондов, она поняла, что ответа на интересующие ее вопросы она не находит. Прекратив бесплодные поиски, она решила просто написать на контактный адрес [email protected], указанный на сайте, и стала ждать.

Только сейчас, после многих месяцев вялотекущей переписки, она по достоинству оценила оперативность чешских архивов и внимательность их сотрудников. Вспоминая пана Бергмана из архива в Угерском Градиште, до ночи помогавшего ей разбираться в грудах томов с протоколами, которые он привез в восьми доверху нагруженных тележках, или пани Боровую из Валашского музея, которая несколько раз посылала ей фотографии документов конца восемнадцатого века о процессе над ведуньей родом из Житковой, Дора осознала высочайший уровень чешских архивов. Или, может, в ее случае сказался человеческий фактор, который был приведен в действие ее интересом к житковским ведуньям? Так, например, было, когда она позвонила в один из региональных музеев. У нее тогда возникло чувство, будто она произнесла слова заклинания.

— Ну, как правило, мы этого не делаем, но если вы говорите, что исследуете эту тему, я посмотрю… Понимаете, мне о них рассказывала бабушка, когда я была маленькая, и их способности казались мне потрясающими! А вы дадите нам знать, когда закончите вашу работу? — рассыпалась в любезностях архивная работница на другом конце провода.

А вот ответа из познаньского архива Дора ждала ровно столько, сколько было написано на сайте: месяц. Только через четыре недели неопределенности, когда Дора уже задавалась вопросом, не написала ли она по адресу, который давно не действует, пришел первый ответ, и переписка началась. Теперь распечатки писем лежали у нее на коленях, как и все копии содержимого синей папки из дела Сурмены. Она сидела в ночном автобусе, в котором ей предстояло девять часов трястись по дорогам, ведущим из Брно на север, в Познань, и в очередной раз просматривала документы из папки.

Дряхлый драндулет, отличавшийся от внутренних чешских автобусов только тем, что здесь можно было опустить сиденье, еле полз по неширокому шоссе, минуя Свитавы и Лито-мышль, а в горах поднимался вверх по совсем уж запущенному серпантину, время от времени подпрыгивая так, что у Доры откидывалась голова и глаза съезжали с дрожащих строк.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Заверенный перевод сопроводительного письма, найденного в отделении гестапо в Злине, картотека D.

Оригинал в деле «ВЕДУНЬИ».

Мой рейхсфюрер!

С депешей направляю имеющиеся результаты исследований, проведенных на местности в моравско-словацком пограничье, которые всецело подтверждают первоначальную посылку о существовании здесь как анклава автохтонного германского населения, так и мистических практик местных уроженок, которые, по-видимому, действительно являются воплощением реликтов древнегерманского природного знания. Ритуалы, которые они совершают, представляются (хотя сами женщины не отдают себе в этом отчета) лишь слегка трансформированным и модернизированным продолжением ариогерманских обычаев и магических обрядов, как нам их позволяют реконструировать тевтонские саги «Эдды» и как их охарактеризовал в своих работах о вотани-стическом жречестве Гвидо фон Лист. Ряд ритуалов, какие во время своих магических обрядов практикуют так называемые ведуньи, совпадает с теми, которые описал фон Лист в своем новаторском труде Die Rita der Ario-Germanen[22], что далее развивали Ланц фон Либенфельс и другие ариософы.

Мой рейхсфюрер! Перед нами исключительное, вследствие неблагоприятных природных и социальных условий прекрасно сохранившееся и вполне жизнеспособное свидетельство праисторической эпохи. Эти женщины, возможно, являют собой девальвированное наследие арманизма: само место их обитания обнаруживает все признаки священного места Хальгадом, и, кроме того, в здешнем наречии прослеживаются некоторые немецкие черты. Если наше предположение верно, то мы стоим на пороге головокружительного и переломного открытия, которое продемонстрирует правильность нашего курса, докажет силу тевтонской стихии, не сломленной в течение веков подрывным юдохристианским элементом, подтвердит автохтонность нашей расы на самых широких просторах Европы и прольет свет на целый ряд неизвестных страниц истории ее исконного арио-германского населения!

Все доказательства анатомического соответствия живущих здесь лиц, включая результаты краниологического освидетельствования, Вы найдете в документации, которую составил штурмбанфюрер СС Ф. Ф. Норфолк. Он продолжает вести наблюдения на местности для более тщательного изучения обследуемых Hexenwesen[23]. Начатая им работа позволит в перспективе дать определение и познакомиться со структурой практик, к которым эти существа прибегают в ходе своей провидческой и врачевательской деятельности. Моя работа, которая также находится в стадии написания, будет содержать документацию, составленную на основе архивных разысканий в источниках о процессах над ведьмами (включая статистику) на территории Протектората Богемия и Моравия. В других частях Рейха аналогичные исследования проводят остальные члены подразделения особого назначения по сбору данных о ведьмах. С их результатами я ознакомлю Вас в предварительном отчете, который мы рассчитываем подготовить к концу этого года.

Ввиду серьезности открытия нами Hexenwesen и его значимости для Рейха рекомендую и в дальнейшем сохранить исследовательскую группу в составе как минимум двух человек на участке Альт Грозенкау с целью подробного изучения наблюдаемых субъектов (Hexenwese Фуксена и женщины из рода Магдалов, Сурмена, Краснячка по прозвищу Полька и Стру-гарка по прозвищу Волосатая). О текущих результатах работы этой группы я могу лично отчитаться в следующем месяце, когда буду в штаб-квартире «Аненербе» в Берлине.

Вечная слава Рейху! Хайль!

Оберштурмбанфюрер СС д-р Рудольф Левин

Местный отдел СД Злин, Протекторат Богемия и Моравия

Альт Грозенкау, 11 июля 1942

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Оригинал в деле «ВЕДУНЬИ».

Составили: доц. д-р Венцеслав Розмазал, кандидат наук; проф. Рудольф Вейроста, кандидат наук Отдел этнографии и Отдел истории Моравского краевого музея, Брно, 12 ноября 1949 г.