"Фантастика 2024-93". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Кицунэ Миято - Страница 637

Я на мгновение прикрыла глаза, стараясь стоять ровно. Пережидала слабость — и убирала меч в ножны.

— Рисунок разрушен, — негромко сказала я наблюдающему за мной фронде.

Эльф кивнул. Он был задумчив и, кажется, немного грустен.

— Такой же я нашел там, где кто-то осквернил Круг. Такой же — и ту же вещь.

— Осквернил Круг?

— Здесь в лесах жили несколько подобных мне. Но их разум помутился после того, как кто-то сотворил отвратительные чары на Алтарном Камне, камне, что питает Круг и наши земли. Если мы связаны с Кругом, то связанны и с Алтарным Камнем. Некоторые в древности, пытаясь задобрить леса, думали, что мы — духи, и приносили на Камень жертвы. Это глупо. Но все же Камень важен для нас. Если его осквернить… Хранители этого леса лишились разума, обратились в зверей и сбежали прочь. Я сумел развеять чары и уничтожить проклятый предмет, и тогда ощутил еще один — здесь, в этой башне. Он никогда бы не появился здесь, будь жив хоть кто-то из Круга. Как и нежить. Но все же — эта вещь здесь. Была здесь.

— И как давно осквернили Камень?

— Сложно сказать. Но, думаю, не меньше двух месяцев назад.

Вроде как тогда же примерно прокляли и принцессу.

— Это может быть связано со случившимся с наследницей, — заметила очевидное я. — И ты знаешь, что это за магия?

— Не имею не малейшего понятия, — с сожалением ответил фронде. — Думаю, что эти черные сферы могут быть якорем, проводником чего-то темного, что и извратило Камень. Но это лишь догадки.

Интересные такие догадки…

Глава 18

Гослар. Реванш?

Обратно к лагерю у ристалища мы возвращались в задумчивости. Втроем. Милатиэль теперь не на моем плече сидел, а, обернувшись еще до того, как я залезла в седло Ингрид, улетел куда-то. Улетел так улетел, я ему не пастух

Какое-то время Берт молчал, как и Ивер, который все еще выглядел потерянным. Потом, где-то на полпути, рыцарь все же высказался:

— Никогда не видел, чтобы человек птицей обернуться мог. А чем-то большим он может? Ну, в бою что пригодно? И — этому выучиться можно? Я только легенды про оборотней слышал, но они ж в полную луну оборачиваются.

— Не в полную, — усмехнулась я, — это миф. Который, кстати, сами оборотни и распространяют. Но Милатиэль — не оборотень, он — фронде, защитник природы.

— Защитник природы… Это как наши пастыри леса?

— Ну я ваших «пастырей леса» не знаю, но скорее всего речь идет о фронде, да.

И некоторые из них бегают по этому лесу в обличье диких зверей. Хотя, может, они и счастливы от такой жизни, кто знает…

Некоторое время Берт молчал. Потом все-таки продолжил расспросы:

— То есть выходит, что пастыри нашего леса, это просто… долгоживущие?

— Ну я их не видела, так что не скажу — просто эльфы или не просто. Фронде и человек может быть, и эфириал, и пайди. Если возьмут на обучение и удастся силами Старших Богов овладеть.

— И ты путешествуешь с таким вот хранителем… зачем? Ты прости любопытство, но может я чем подсобить смогу. Я конечно в бою тебе не помощник против нечисти, Ивер тут только справится.

Оруженосец торопливо кивнул. Кажется, это вообще было чуть ли не его первое участие в разговоре.

— Ты дело хорошее делаешь, всякую дрянь на Путь отправляешь. Светлым Владыкам это угодно. Но все-таки, — продолжил Берт, — я многое знаю и многих знаю, что в Госларе, что в окрестностях. Поговорить могу с много кем так, с глазу на глаз. Может и не придется тогда тебе головы рубить на площади, если с кем-то из местных договоришься, разве нет?

Я повернулась в седле, глядя на рыцаря. Берт казался искренним. Вот только… Зачем ему все это? Слава? Просто желание самому голову сохранить, или иное что-то?

— Пожалуй. Только какой в этом тебе прок?

Прямой вопрос — иногда самый верный.

— Ну так. Ты не просто так именно сейчас к нам пришла. Все чувствуют, что что-то грядет. А, что бы то ни было, лучше в любых заварушках чести держаться и воли Владык.

Значит таки не хочет головы лишиться…

— Я тебе ведь не сообразил толком в прошлый раз помочь. И вот судьба нас вместе свела.

Что ж, это правда. Но, что-то мне подсказывает — не единственная правда. Но кое-что рассказать можно.

— Пока мало о чем я сказать могу. Не знаю. Где-то в Госларе есть темный маг, — и его магию я даже ощутила уже однажды, — но пока мы под стенами, то это все, что я точно знаю.

— То есть тебе в город именно попасть надо? Так давай я тебя гостьей своей впишу в верительные бумаги. Завтра-то на джостре будет уже сам герцог, я с ним и потолкую насчет новых этих порядков, и часовых на воротах, которые меня в мой собственный дом пускать не хотят.

Я задумалась. Неплохой вариант. Денег у Витора все равно не бесконечное количество, да и живя в доме местного, а не в таверне, можно узнать чуть больше… И что-то упустить.

— Весьма лестное предложение, — дипломатично заметила я, — но у меня есть опасение, что в таком случае мое проживание может принести нежелательные проблемы и привлечь лишнее внимание.

Берт плечами пожал.

— Как знаешь. Но если что — милости прошу. Я на малой площади живу, в сиреневом доме.

— И ты после турнира там тоже будешь?

— Думаю да, несколько семедниц точно. Криан Тот собирался вроде как вылазку в Лес устроить, весть прислать обещался — но пока ничего. Так что подожду немного, так-то собраться мы должны были недалече отсюда, не ехать же мне к нему в имение через половину Первой Земли? Да и, чего таить, интересно, как тут, в Госларе, все обернется. Так что милости прошу.

Я кивнула, показывая, что услышала.

На деле мысль о то, чтобы жить в доме с наверняка работающими обережными знаками от паразитов, с перинами и наверняка в купальне установленным камнем, тепло державшим, привлекала. Такое удавалось редко. Последний раз я уж и не помню, когда. В Сольде мне доводилось вполне приличную комнату снимать. Но без оберегов, увы. Недешево их ставить.

Говорят, такова старость — когда комфорт тела заботит больше важности дела. Не думала, что и сама вот так вот постарею…

Дурацкие мысли в голову лезут. О теплой купальне и обережных знаках. Глупости все это. Если для того чтобы Лоака поймать надо будет жить в таверне — буду жить в таверне. Надо будет жить у Берта — значит у него поселимся, вот и вся недолга. Но пока в город еще попасть надо.

Благо по возвращению в лагерь оказалось, что Арджан не только не был лишен возможности участия в пеших поединках, так еще и попал в число участников джостры. Как и я.

— И как так вышло? — поинтересовалась я у ящера, отдыхавшего около «нашей» палатки.

Савр выглядел помятым, но вполне довольным собой.

— Магики, — лаконично ответил он.

Ну вот, отлично. Вмешиваться магией в турнир герцога Гослара. Прекрасная идея, что сказать. Нам, конечно, в город нужно, но от такого маневра вреда будет больше, чем пользы.

Я отправилась искать Витора. Он точно задолжал мне объяснение. Как и Дианель.

Нашлись они оба около края лагеря, у реки, сидевшими у обрыва и о чем-то разговаривающими.

— И кто вам дал право магией влиять на решение сына герцога? — прищурилась я, оглядывая обоих мага с чародейкой.

— Вообще-то обычно в таких случаях говорят «спасибо», — усмехнулась Дианель.

— Я жду объяснений.

— Расслабься, — отмахнулась чародейка, — никто ни о чем не узнает.

— И? Можно магией людей воли лишать?

— Да никого я воли не лишала.

— Это было просто убеждение, — вклинился Витор, — старый герцог согласился с тем, что его сын, скажем так, повел себя не очень честно. Не по-рыцарски.

— Да? И почему мне вдруг просто так дали шанс продолжить борьбу, при условии, что я в остальных номинациях пеших не участвовала вовсе?

— О. Ну герцог и придворные очень впечатлялись тем фактом, что ты, благородная воительница, готова от постигшего тебя бесчестья отправиться на Путь раньше срока.

— Что⁈