Давай начнём все с начала (СИ) - Дагова Ульяна - Страница 43

Очень много вопросов закружилось в голове, особенно при наличии фотографии совсем юной девочки, ни капли не похожей на то, что она сделала с собой и, главное, зачем.

— Здравствуйте, Армина, — услышала и вздрогнула, увидев вошедшего в палату Сычева, бывшего начальника безопасности Громова. — Я пройду, позволишь?

Я кивнула и захлопнула папку, прикрыв ее одеялом, а он бесшумно подошёл к креслу и сел в него.

— Витамины юной маме, — поставил он пакет на небольшой обеденный столик. — Изучила бумаги? Все понятно?

— Откуда вы знаете?

— Работа в прошлом такая была. Можешь задать вопросы, я отвечу, но и так вижу, много вопросов на лице. Ее зовут Бурова, дочь крупного бизнесмена, влюблённая в Савку. Как только увидела его, пыталась добиться, но безрезультатно. После появилась ты. У девочки снесло голову, смерть отца, много денег, которые только ей принадлежат, и идеи. Пластика, смена фамилии — и вуаля, она твоя копия. Всёфотомонтаж.

— А ребёнок? Дети не возникают от монтажа.

— У неё психологическое отклоние, на учете стояла, посмотри внимательно.

— Это не меняет ситуации, он сам признался, что все было.

— Как и у тебя.

Я поморщилась, он был прав, но неприятный осадок остался. Этот человек узнал многое, всё…

Стук в дверь прервал наш зрительный контакт.

В палату вошёл Георгий, а я побледнела. А его зачем принесло? Столько времени не было, я и забыла про него. Но он стоит тут рядом, и я не знаю, что сделать, что сказать, чтобы он ушёл, ушёл и больше не появился. Не хотелось слушать его, говорить. Сычев замечает мой взгляд, переводит его на мужчину, хмыкает. А я не знаю, как строить диалог, что сделать.

— Армина, ты хочешь говорить с данным мужчиной? — я отрицательно качаю головой, говорить просто не могу, да и попросту не знаю, что сказать.

Хорошо, я тогда провожу его, поправляйся, милая.

Сычев резко идёт в сторону Георгия, что-то говорит ему тихо и отрывает дверь. Мужчина подчиняется, что очень меня удивляет и напрягает. Что-то он знает ещё. Соскальзываю быстро с кровати и подбегают к двери, хочу открыть, как слышу негромкие, но голоса. Прикладываю ухо. Слышно, плохо, но возможно.

— Я нарыл многое, но тебя не указал, ни слова, что с пластикой и исчезновением Буровой помог ты, как договорились обо всем. А эффективнее, как жену убил. Если до этого Георгий, что-то хотел возразить, то теперь молчал. А я ужаснулась, как он тогда рассказывал про жену, с какой болью…. Ужасный человек.

— Если не исчезнешь, я сдам документы ментам, Громов добавит, ты знаешь, связи у него дай боже. Уезжай, а я закрою глаза.

Не знаю, что ответил мужчина, а я отскочила от двери, она так неожиданно открылась начбезом, что я так и замерла.

— Подслушивать нехорошо, — пожурил он, — но хорошо, что всё знаешь.

— Почему вы так сделали?

— Правильнее будет, да и долги надо возвращать. Подумай над папкой и прощай, Армина Огнева.

Мужчина ушёл, а я ещё долго крутила его прощальныеслова «Прощай, Армина Огнева», что-то было в них, чего я не понимала.

Глава 69

— Савелий Андреевич, документы курьер привёз, — передал мне тёмный конверт охранник, как только я вышел из машины с эмблемой медицинского центра.

Заходя в дом, сильнее сжал его, скоро всё станет известно, несколько минут…

Поднимаясь по ступеням, увидел Пашку. Он подбежал к лестнице и начал неуклюже пытаться спуститься, как свет резко в одно мгновение потух. Свой окрик и перепуганный всхлип мальца я буду помнить, кажется, всегда, когда подхватывал его с крутой лестницы дома, как прижимал его к себе, а он испуганно жался ко мне, пытаясь спрятаться.

Резкий хлопок и свет появился, я смотрел на мальчика, который жался и шептал «Папа».

— Испугался? Ну ничего, это пробки, такое бывает. Поцеловал его в лоб и отбросил конверт от себя. Не важно, он и так мой. Я видел его первые шаги, он называет и считает меня отцом, а все остальное уже не важно.

— Пойдём поиграем? Вали нет?

— Нет, — пожал он плечами, а я взял мальчика поудобнее, поднялся к нему в спальню и посмотрел на скудный запас игрушек, которые покупала только одна Валя.

— А поехали в магазин, накупим тебе игрушек.

Мальчик радостно улыбнулся, я одел его и вышел во двор.

— Давай ключи, я сам поведу.

Водитель отрыл двери, передал ключи и удалился. А я усадил Пашку на переднее сиденье, что очень ему понравилось, и выехал со двора. Первые магазины с игрушками были недалеко, где-то в паре километров.

По магазину Пашка носился, радостно снося прилавки с игрушками, а я смотрел на него и мечтал, чтобы так же бегал наш с Ариной малыш, такой же маленький и такой же счастливый.

*****

— Справка и рецепт для витаминов. До встречи, обворожительная Армина, — поцеловал мою руку врач.

— До свидания, Владимир Иванович. — Я взяла бумаги и вернулась в палату, чтобы сложить немногочисленные вещи, которые были привезены Арменом, и заботливой Валей.

— Привет, собралась? — услышала я голос Савелия и обернулась. Интересно, откуда он узнал о моей выписке. Но задавать вопросы не стала, лишь кивнула.

Громов взял сумку, а я надела плащ и вышла за мужчиной. Савва шёл медленно, подстраиваясь под мой шаг, наши руки то и дело соприкасались, но нарушить этот ритуал я не могла.

— Домой, или…

— На квартиру, — тут же ответила я.

Он лишь кивнул и открыл дверь, пропуская меня на выход.

В машине ехали в полной тишине, Громов сам вел машину, что в последнее время бывало редко. А я изредка смотрела на него. Все такой же. Красивый… а я ничего не чувствовала. Ничего, только тишину, и вспоминала слова Сычева «Как и у тебя». Зачем я это тогда сделала? Сейчас я не знала. Это не стоило делать, как и сближаться с Георгием. Грубые ошибки…

— Спасибо, что довез, — нарушила тишину, как только въехали во двор. Я пойду.

— Арин, — я опустила руку, которую протянула к ручкедвери и повернулась к Савелию.

— Я правда пойду, хочу полежать.

— Ты что-то решила?

— Да, мы уедем. Спасибо за дом, обоснуемся там, ты прав, с квартирой стоит повременить. Пусть постоит, со временем ее цена только возрастёт.

Савелий сжимал руль с такой силой, что, казалось, ещё немного, и его вены лопнут, а я отрыла дверь и вышла. Лёгкое дуновение ветра всколыхнуло волосы, и машина с визгом выехала со двора.

Может, оно и к лучшему, подумала я, воспоминая наше прощание. Громов всегда был таким импульсивным, резким, а мне хотелось тишины больше не для себя, адля малыша, за которого я сейчас была в ответе.

— Да, Армен, — ответила я на телефонный звонок. — Вещи собрала, жду тебя.

— Пару минут, Ари, и я у тебя, только не выходи одна, я зайду, с вещами помогу.

— Хорошо.

Выключив телефон, я присела на диван по русскому обычаю перед дорогой и грустно вздохнула. Столько всего было в этой квартире и сколько, наверное, ещё будет.

— Мы обязательно приедем, — погладила я живот, — я много тебе расскажу, крошка.

Звонок в дверь нарушил тишину, я открыла, не смотря в глазок, и сразу же попала в объятия друга.

— Ну, привет. Вещи давай. Идем?

Неожиданно для себя я помедлила и обернулась.

— Ари, может, останешься? Ты там будешь одна, а тут я, — Армен осекся, а я отрицательно покачала головой.

— Поеду.

Всю дорогу ехали молча, Армен молчал, а я смотрела в окно, словно прощалась с городом. Так мечтала в него приехать и так стремительно из него уезжала.

— Армен, вы приезжайте ко мне, не забывайте, — повернулась к другу. Он недовольно нахмурится.

— Мне не нравится твоя поездка, Ари.

— Не начинай, пожалуйста, идём лучше, проводишь меня.

Друг безрадостно доставал из машины чемодан, проходил контроль, а позже сдавал чемодан на стойке регистрации.

— Ну что, пока, Арменчик, — обняла я своего самого близкого и, как это не грустно, единственного друга.

— Нет, Ари, до встречи, мы с девочками приедем в гости.