"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Татуков Карим Анарович "loloking333" - Страница 439

Жена что-то сосредоточено искала в сумках, повернувшись ко мне спиной.

— Альга, ты понимаешь, что от наших действий сейчас очень много всего зависит? — осторожно и издалека начал я подводить к сути проблемы.

— Не-а, — отозвалась супруга, наконец, вытащив с самого низа увесистую аптечку и принявшись перебирать порошки — в неровном свете камина одинаково серые. — Вообще ничего не зависит, Пресветлая все контролирует и не даст тебе облажаться.

— Нахваталась у Юли всяких выражений… — проворчал я, — а еще герцогиня.

— Твоей милостью, Оррен, — насмешливо напомнила ее светлость и, наконец, найдя нужное лекарство, сыпанула его в бокал с теплой водой.

— Простудилась? — озаботился я здоровьем благоверной, но та только мотнула головой. Уточнять, что в таком случае заболело у всегда здоровой Альги, я не стал. Хотела бы сказать — уже бы пожаловалась. Может, живот свело. — Судя по твоему тону, я тебя насильно к браку склонил…

Тяжелый взгляд жены, будто бы пытающийся прожечь во мне дыру, оказался неожиданным. Я знал, что Альга была влюблена в меня с самых первых дней нашего знакомства. С возрастом, конечно, девчачья наивность выветрилась. И, несмотря на то, что мироздание решило отложить наш брак почти на два десятилетия, мы оба смогли обрести то, к чему так стремились. Впрочем… это придется обсуждать отдельно.

— Если бы Алив могла справиться со всем сама, нас бы тут не было.

— А она и не может, — легко согласилась супруга. — Но это не мешает ей контролировать каждый твой шаг. Оррен, переходи к делу. Я устала.

— Как скажешь. Альга, давай так — если я сделал что-то не то, мы выясним это дома, когда закончим со всем здесь, и Алив вернет нас в привычное время. Договорились?

— А я разве я что-то говорю?

— Это просто заметно. Ты могла бы не идти за мной.

— Я и не хотела! — почему-то рассердилась Альга и тут же успокоилась. — Оррен, прости, это мои проблемы, я разберусь с ними и все тебе объясню.

Допив явно невкусное лекарство, жена показательно скривилась, отставила бокал на низкий столик и выжидательно посмотрела на меня, надеясь, что я закончу с допросом. Я ответил ей самым невозмутимым взглядом, на какой только был способен. Что значит «не хотела»? А зачем тогда все-таки навязалась? Вопросов явно было больше, чем ответов, которые могла мне сейчас дать Альга. И если я продолжу давить — мы с большей вероятностью просто поссоримся, чем что-то выясним.

— Хорошо, тогда хотя бы скажи мне, насколько все серьезно.

Улыбка у супруги получилась несколько грустной, что также добавило моей и без того раздутой и хищной паранойе пищи для размышлений.

— И на что это повлияет?

Я немного помолчал, надеясь, что Алив нас сейчас не подслушивает — иначе мне не поздоровится.

— Знаешь, дорогая моя, миров много — одним можно и пожертвовать. Поэтому, если ты считаешь, что это действительно важно, мы выйдем из игры прямо сейчас.

Кажется, такого ответа от меня Альга не ожидала. Она нахмурилась, на лице отразилось сомнение и какая-то робкая и радостная недоверчивость. Я же незаметно перевел дыхание: кажется, мне все-таки удалось найти правильные слова.

Пауза затягивалась.

— Мне звать Алив? Я не шучу.

Жена протянула мне свою небольшую ладонь с тонкими пальцами. И, когда я осторожно, будто бы боясь спугнуть мгновение, ее сжал, Альга улыбнулась.

— Спасибо. Ненужно. Я справлюсь.

Она поднялась с расстеленной постели и, взяв одно из покрывал, накинула на плечи. Останавливать Альгу я не стал — супруге явно требовалось о чем-то подумать наедине. Только уточнил:

— Тебя ждать?

— Не стоит. Отдыхай, — на этот раз улыбка у нее вышла куда лучше и достовернее, после чего жена вышла из покоев, прикрыв двери.

Я же, весьма озадаченный, подхватил со столика кувшин все с тем же кислым вином, и, подойдя к окну, сделал жадный глоток. Перспектива, открывающаяся мне, не радовала — низкое свинцовое небо казалось крышкой банки, двор замка с убогими пристройками, в которых ютился гарнизон, больше походил на болото. Все утопало в жидкой черной грязи, кое-где покрытой тонкой корочкой льда; несколько деревьев, растущих чуть поодаль, у самой стены, давно высохли и топорщили острые ветви, больше похожие на иглы каких-то диковинных чудовищ. И дальше, за пределами замка Зулла, тянулась до леса мертвая и темная пустошь.

М-да… если наши предки сохранили такую память о временах властвования Хель, понятно, почему Убийцу так боятся и ненавидят. Сейчас, кажется, все, что она делает с этим миром — убивает его.

Эту мысль я отметил еще одним глотком.

А затем еще одним. На душе было как-то погано и тоскливо — возможно, так действовала окружающая обстановка. И я даже немного радовался, что серьезные разговоры на сегодня закончились.

Терпеть их не могу.

Как показал закон подлости буквально несколькими минутами позже — рано радовался. Эрик об этом предупреждал — появление соперницы Хель не могла проигнорировать.

— Всего лишь человек? — раздалось недоуменное из-за спины, когда я заканчивал опустошать кувшин, высоко задрав голову.

Скосив взгляд, я заметил сокрытую в сгустившихся тенях женскую фигуру. Она жадно и внимательно следила за мной, пока я, не спеша пугаться или давиться вином, делал последние глотки.

— Человек… — констатировала творец, когда я вытер усы и отставил кувшин на подоконник, с не меньшим любопытством принявшись изучать эту версию Хель, как мне говорили — безумную и опасную.

— А ты ожидала увидеть кого?

Хель усмехнулась.

— Кого-то, кого нельзя убить одним щелчком пальцев.

— Ты можешь сделать это с кем угодно, кроме Поколения. Вопрос в том, захочешь ли меня убивать?

— Как раз начала склоняться к этой мысли, — по-прежнему укрытая тьмой фигура передернула плечами, явно раздраженная моим неприкрытым любопытством. — Смотри, если такой смелый…

Тени испуганно метнулись по углам, я же с неким разочарованием увидел всю ту же Хель. Разве что в этом времени она выглядела особенно тощей и изнеможенной — в глубоком вырезе майки виднелись острые ключицы; худые руки были сердито сложены под маленькой грудью, спина — устало ссутулена. Запавшие щеки, резкая линия скул, тонкие обветренные губы. А вот глаза у Убийцы были нормальные, карие. В неровном свете камина они казались почти черными.

— Когда ты безумна, твои глаза выцветают, — сообщил я.

— Я и не знала… — фыркнула Убийца. — Рыжая проинструктировала?

Конечно же, сейчас я для нее слуга Алив.

— А она в курсе, что когда случаются приступы, твое зрение ухудшается? Белая пленка, через которую видны только тени…

Этого Алив точно не могла знать. Впрочем, не только она — никто. Это в будущем Хель решила настолько расщедриться, что поделилась несколькими тайнами. Сейчас же Убийца не доверяла никому, и мое уточнение явно сбило ее с толку. Творец нахмурилась и переступила с ноги на ногу. А в следующий момент раздался сухой щелчок, и в мою сторону метнулась едва заметная тень.

Кажется, меня только что пытались убить.

— Кто ты?

— Герцог Оррен Рит, к твоим услугам…

Теплый цвет глаз Хель поплыл, медленно теряя насыщенность. Творец утрачивала контроль над ситуацией и, как следствие, над собой.

— Кто ты? — повторила женщина, и пламя в камине тревожно всколыхнулось.

Я медленно расстегнул дар на шее, отпуская проклятие на свободу, и протянул руку Хель, чтобы она сама смогла почувствовать свою силу, отравляющую мою кровь. Убийца сделала несколько неровных шагов на подламывающихся ногах и вцепилась в мою ладонь, будто бы она казалась ей спасательным кругом. На секунду замерла, прислушиваясь к ощущениям, а потом прижалась ко мне, уткнувшись лицом в грудь, и ровно задышала. Я чувствовал, как медленно и тяжело ей дается борьба с собственным рассудком. Но сейчас мое проклятье давало ей дополнительные силы, вытягивая из темноты и холода.

— Ты мой… я не помню тебя, но чувствую, — прошептала творец. — Почему ты пришел с Рыжей? Почему называешь предателя своим сыном? Почему настраиваешь людей против меня? Кто ты, Оррен Рит? Откуда в тебе моя сила?