"Фантастика 2024-54".Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Татуков Карим Анарович "loloking333" - Страница 478

Человеческие города Старого Света, в которых я жил раньше, были ужасны и грязны. А может, у меня просто не выдавалось возможности находить в них прекрасные уголки.

На нескольких круглых клумбах пышно цвели высокие алые розы. В стороне поскрипывала старая яблоня. Всю траву под ней усыпали белые лепестки. Мне было хорошо и спокойно. Где-то вдалеке пронзительно кричали чайки. На соседней улице разгорался спор двух что-то не поделивших женщин. Я вдыхал соленый жаркий воздух города и был почти умиротворен и расслаблен.

– Доброго дня, – я так залюбовался садом, что даже не заметил, как мое тихое уединение нарушили, – если помешал, зайду попозже.

Я недоверчиво посмотрел на русоволосого служителя Триединого. Он использовал какой-то незнакомый вид иронии?

– Это же ваш сад…

– Розы можно полить позже, а вам сейчас явно требуется побыть вместе с Триединым.

А, точно. По мнению церковников, мы никогда не бываем одни. Если это так, мне жаль Триединого. За прошедшее время он, должно быть, насмотрелся слишком много всего странного и грязного. Удивительно, как еще не устроил досрочный конец света.

Я оглядел цветы, потом поднял глаза на светило.

– При такой жаре розы лучше было бы полить утром. А теперь уж точно нужно успеть до полудня. Так что, пожалуйста, занимайтесь своими делами. Я все равно скоро уйду.

– Эльфу лучше знать об уходе за растениями, – улыбнулся моему совету служитель. – Но утром мне нужно проводить службу. Если епископ зайдет с проверкой, вряд ли оценит, что розы я поставил выше Триединого.

На это я ничего не ответил.

Эльфы, хоть и верят в существование Триединого, относятся к нему без фанатичного обожания. Мы не строим храмы, не проводим службы и не молимся. Если верить легендам и «Книге Создания» – Триединый создал нас с особенной любовью из звездного света. Звучит красиво, но на практике – пустые слова, разведенные пафосом и идеей расового превосходства.

Зато я выяснил, что служителя в этот приход назначили недавно. Иначе с чего бы епископу наведываться к нему с проверками?

Я снова погрузился в размышления, а человек в черной рясе расположил в чаше фонтана крупный амазонит и начал настраивать амулет. Тонкой струи явно не хватало для его работы, и амулет недовольно искрил.

– Он скоро разрядится, – на всякий случай предупредил я служителя.

Тот вряд ли мог видеть нити магии, вплетенные в камень, – церковников набирают из простых людей.

Служитель отвлекся от настройки. Я заметил, что мои слова заметно расстроили его.

– Насколько хватит? – Его ярко-серые глаза потемнели.

Я еще раз осмотрел клумбы и сад, оценив площадь, которую требовалось поливать в этот сезон не меньше двух раз в день, чтобы растения хорошо себя чувствовали.

– Дня на четыре. Можно, конечно, растянуть…

Мне хотелось спросить, неужели нигде поблизости нет колодца, откуда служитель мог бы приносить воду, а не пользоваться амулетом, зарядить который ему явно было не по карману? В конце концов, он же где-то живет, там должно быть место, где можно помыться. И питьевую воду он должен откуда-то брать. Разве нет?

Церковник спокойно смотрел на меня, будто бы неведомым образом прочитал мысли. Но никак комментировать иные варианты поливать сад не стал, продолжив привычно возиться с амулетом. Служитель был молод – кажется, только окончил семинарию, а еще невысок и худ. К аккуратно подстриженным русым волосам и светло-серым глазам прилагалось овальное лицо с вздернутым носом и тонкими обветренными губами.

Я вздохнул.

– Уберите амулет. – Приблизившись к фонтану, я опустил ладони в прохладную воду, призвав магию.

Она откликнулась неохотно, предлагая не разбрасываться кое-как восстановленным резервом. Тем более что я обещал Костанцо осмотреть девочек. Но я поморщился и отогнал такие мысли. Сад был прекрасен, и я хотел ему помочь.

Один из законов магии гласит, что стихии нельзя сотворить из ничего. У всего должна быть основа и начало. Но преумножить уже имеющееся возможно. Необходимо лишь обладать нужными навыками и достаточным опытом.

Казалось бы, у меня имелось и то и другое, но нас со служителем все равно облило. И с розами напортачил: их под корень поливать нужно, а я весь поток воды сверху направил. Зато досталось и яблони, и глицинии. И вообще сад выглядел так, будто здесь прошел ливень.

Служитель смешно встряхнулся.

– Благодарю, но я не уверен, что у меня…

Я перебил его:

– Это было просто так, не за деньги. У вас очень красивый сад!

Потянувшись к амазониту, я постарался не задеть магический рисунок и подпитал его, чтобы амулет протянул хотя бы еще пару недель.

– И это тоже просто так, – объяснил свой поступок, – магия восстановится, а растения без должного ухода погибнут.

– Епископат сильно ограничил нас в мирских благах, – неожиданно пояснил служитель, хотя я не требовал от него никакой откровенности. – При старом наместнике церковь была освобождена от налогов и не платила за воду и свет. Когда власть перешла к молодому герцогу Кайсару, он, точнее, его опекун – лорд Мертвец – сказал, что такую привилегию лучше отдать больнице и детскому приюту, а мы легко расстанемся с частью пожертвований. Сначала епископат грозился отлучить наместника от церкви, даже писал папе, но потом его высокопреосвященство неожиданно хватил удар, и наше руководство тоже поменялось…

И, очевидно, с лордом Мертвецом решили больше не спорить, чтобы с новым епископом также не случилось чего-нибудь летального. Получается, если наместнику еще требуется опека, Киар не второй человек в городе, а первый… Вот это я понимаю – неудачно наступил незнакомцу на ногу! Или все-таки удачно?

– Поэтому воду включают только вечером после второй службы на несколько минут. На собственные нужды более-менее хватает, но ничего лишнего позволить себе нельзя. Тем более полить целый сад. Я бы мог ходить до колодца или канала, но за те два месяца, что я получил назначение, ко мне приходили с проверкой уже четыре раза. Я не могу надолго отлучаться из прихода.

Человек вовсе не жаловался, его голос оставался спокойным и ровным. И для того, кто служил Триединому, это было честно, тяготы он принимал как должное. Я заметил, что от церковника тоже пахнет розами – густо и сочно. За ярким запахом, шедшим от клумб, можно было и не заметить, если бы не добавляющиеся к нему ноты ладана – холодный бальзамический аромат, который сложно с чем-либо спутать.

– У прежнего священника были помощники, а я пока один, людей на службах немного… поэтому приходится искать дополнительные возможности.

Которых в его положении тоже мало – ничего нового!

Хотя признаюсь, подход лорда Мертвеца мне понравился. Здоровье людей и дети, оставшиеся без попечения, гораздо важнее служб во славу малопонятного персонажа, который последние века следит за своей паствой из рук вон плохо.

– Могу ли я отблагодарить вас хоть чем-то? – уточнил служитель.

Я вздохнул.

– Расскажите, как пройти к «Женскому дому», я заблудился.

Удивление, отразившееся на юном лице, стоило моего вопроса, но я все-таки приврал:

– Бордель – ориентир. По-другому просто не вспомню, где остановился на ночлег. – Я развел руками, изображая святую невинность. Да-да, я вовсе не собираюсь посещать саму обитель порока, просто обратил на нее внимание.

– Кхе-кхе… – служитель закашлялся, – мне, конечно, не полагается знать адреса таких мест, но в нашем квартале всего один бордель, и мало кто о нем не слышал. Здесь недалеко…

До своего временного обиталища я добрался, когда солнце уже поднялось в зенит и нещадно нагревало все, до чего дотягивались лучи. В том числе и мою макушку. Хотя после внепланового душа в саду, который я сам себе устроил, жара переносилась проще. Зато и одежда, и волосы высохли быстро, и уже ничего не напоминало о проваленной попытке показать магические умения.

Руки были заняты парой бумажных пакетов с приятными и вкусными мелочами, которыми я, не удержавшись, себя побаловал. Хотя, конечно, такие приоритеты говорили о моих невысоких умственных способностях. С учетом всех обстоятельств вместо того, чтобы поскорее приобрести оружие, я накупил вяленого мяса, еще яблок в карамели, разных конфет и орехов, а также несколько предметов для личной гигиены. Остановившись, я вытянул из кулька полоску пряной зайчатины, с удовольствием ее съел и замер у знакомых ступеней.