P.S Сводные (СИ) - Вашингтон Виктория "Washincton" - Страница 36

Задыхаюсь от того, с каким напором губы Шмелёва врезаются в мои, в неистовом поцелуе. Его крупные ладони сжимают талию так крепко, что кожу жжёт. Подхватывает на руки и, облокотив спиной об стену, спускается жарким дыханием к чувствительной шее. Каждое касание сводит с ума и запускает табун мурашек по всему телу. Как же хорошо, что ноги обхватывают его торс, иначе точно бы не устояла от всех переполняющих чувств.

Невольно цепляюсь в его плечи ногтями, и первая стягиваю с его торса футболку. Делаю это словно под гипнозом, полностью не понимая, что такие действия открыто намекают на развитие дальнейших событий.

Возможно, сама себя обдурить пытаюсь, потому что смело принимаю тот факт, что именно этого и хотела.

Демьян крайне озадачен моим решительным шагом, отчего устремляет взор прямо в глаза. Его полыхают ярким огнём. Будто даёт время одуматься и прекратить всё сейчас, чтобы потом не жалеть. Откуда только находит в себе силы прерваться даже на малейшее мгновение?

Новой порцией яркого эмоционального пламени тело обдаёт сразу, стоит лишь Шмелёву понять, что давать заднюю не собираюсь. Естественно, он удивлён. И скорее всего, я не меньше, но уверена в правильности происходящего.

Смущение опаливает, когда он незамедлительно стягивает мою тонкую промокшую майку и ловко расстёгивает бюстгальтер на спине, скидывая его с хрупких плеч.

Никогда раньше никому не приходилось видеть то, на что сейчас завороженно смотрит Демьян. Его взгляд кричит о том, что увиденное доставляет удовольствие, поэтому тут же отгоняю от себя желание прикрыться.

— Ты прекрасна, — шепчет, поднимая свои тёмные глаза. Будто чувствует, что мне жизненно необходимо это услышать.

Дальше происходит полнейшее безумие, которое окончательно сносит крышу двоим сразу. Мы тянемся губами друг к другу, и всё вокруг плывёт в сознании. Прикосновения становятся жарче и откровенней, поцелуи глубже и развязнее, дыхание сбито до предела, и с губ непроизвольно срываются тихие, хриплые стоны.

К тому моменту, как моя спина неожиданно оказывается прижата к прохладным простыням, Шмелёв успевает понять, какие эмоции вызывает каждое его прикосновение. Больше того. По глазам вижу то, что ему удаётся понять – раньше никто и никогда не касался меня так.

Точно не хочется, чтобы он думал о моей легкомысленности. Но уверена, что факт моей невинности воссоздаст в его голове кучу противоречивых вопросов. Самый главный – почему именно с ним так легко решилась на такой шаг?

Готова ли я в открытую признать то, что за меня давным-давно всё решила маленькая, влюбленная Сияна?

Я не требую от него нежности, потому что от страсти у нас двоих голова кругом. Но вопреки всему Демьян держит себя под контролем, старается быть нежнее. Возможно, не хочет напугать своим напором?

Мне сложно полностью принять то, что мы находимся в его кровати, полностью обнаженные и готовые к большему. Трудно моментально адаптироваться в том, что происходит для тебя впервые.

Шмелёв не спешит, помогая привыкнуть к новым ощущениям и расслабиться. Правда, тело, разгорячённое до степени полной готовности. Откровенные движения Демьяна набирают обороты и решительность, а я не испытываю острого дискомфорта, принимая непривычные ощущения.

Мощнейший взрыв проходит по телу и сознанию, когда Демьян достигает пика и, тяжело восстанавливая дыхание, с волнением во взгляде вглядывается в мои глаза и оставляет лёгкий поцелуй на щеке.

Затем заботливо тянет меня в душ, который мы принимаем вместе.

Я переспала со Шмелёвым. Лишилась невинности так необдуманно и легко. И самое главное, не испытываю ни капли сожаления по этому поводу. Я счастлива.

58

Месяц – это много или мало? Наверняка, невероятно долго, когда живёшь в ожидании чего-то, но вместе с тем, критически недостаточно, когда испытываешь счастье. В такие моменты время летит совершенно неподвластно и незаметно. Буквально ускользает сквозь пальцы, а ты ничего не можешь поделать кроме того, как ловить каждое мгновение и наслаждаться.

После ночи, проведённой с Демьяном, я так и не смогла задать напрямую волнующий вопрос. Вроде бы, каждый день мы вместе и благодаря ему за это время я стала более опытной женщиной, потому что произошедшее между нами повторилось далеко не один раз.

В целом, всё указывает именно на то, что мы перешли в стадию настоящих отношений. Но в голове всё равно продолжает рыться противный червячок сомнения, которого никак не могу выжить. Вдруг, он просто играет и, как только ситуация с Жанной разрешится, всё рухнет и закончится?

Из-за того, что решительности на разговор мне не хватает, и первым Демьян не собирается начинать говорить об этом, приходится напоминать себе о том, что всё может быть не тем, чего хочется на самом деле. Пытаюсь одёргивать себя каждый раз, когда понимаю, что в душе становится всё больше места для той самой Сияны, которая была безответно влюблена в десятом классе. Даже больше – она начинает властвовать, подчиняя себе, и это бесспорно настораживает.

На задворках сознания прекрасно понимаю, почему не могу даже намекнуть Шмелёву на всё, что творится на душе. Боюсь, что подтверждения в самых страшных опасениях без сожаления сорвутся с его губ.

Иногда мне начинает казаться, что он и сам прекрасно понимает, как сильно меня волнует тема наших отношений. Понимает, но ждёт, когда я сама решусь начать разговор.

— Не могу связаться с Васей, — расстроенно выдыхаю, когда вижу, что очередное сообщение осталось непрочитанным.

Машина Демьяна везёт нас к университету – вошло в привычку просыпаться в его квартире и вместе ехать на учёбу. Правда, у отца уже начинают появляться лишние вопросы, поэтому стоит хоть иногда появляться в родном доме.

— Ты ходила к ней? — спрашивает и кладёт свою ладонь мне на колено, поглаживая.

В груди поднимается приятное тепло. Мне всегда мало его касаний.

— Да, никто не открыл, — пожимаю плечами.

С того дня, когда мы ходили на гонки, с Василисой больше не пересекались. На следующий день, когда позвонила, она сообщила мне, что заболела. Голос был и правда слишком хриплым. К себе приходить запретила под предлогом, что заразила ещё и Антона. Не захотела, чтобы слегла ещё и я.

Но вот, спустя целый месяц, она просто перестала неделю назад отвечать на сообщения и пропала. Словно под землю провалилась. Вася, конечно, очень лёгкая на подъём, но все поездки детально продумывает и планирует заранее. Несмотря на то,

что наши отношения потеряли крепкую связь, какой она была раньше, подруга бы не уехала из города, не предупредив меня.

— Может, свяжешься с её мамой? Есть номер? — тут же предлагает варианты Шмелёв.

Это мне в нём нравится. Он не станет рисовать у себя в голове страшные картины, а придумает, что можно сделать для того, чтобы докопаться до правды.

— Точно, как я сама об этом не подумала, — хлопаю ладошкой по лбу и быстро нахожу в телефонной книге номер Васиной мамы.

— Здравствуйте? — взволнованно произношу, когда она поднимает трубку.

— Сияночка? — предполагает женщина.

— Да, я, — тяну губы в улыбке, пускай она её и не видит.

— Что-то случилось? — тут же понимает она, а интонация меняется.

— Нет, просто Вася трубку не берёт, хотела узнать, не знаете ли Вы, куда она пропала? — стараюсь держать голос под контролем, чтобы не заставлять женщину нервничать ещё больше.

— Пропала? — резко реагирует она. — Вы ведь живёте вместе, Сияночка. Что произошло? Поссорились? Я не могу прилететь прямо сегодня.

Глаза невольно ошарашенно расширяются, и мне хочется бросить телефон. Совсем не понимаю, что к чему и почему мать Васи думает, что мы с ней живём вместе?

Ситуацию спасает Демьян, который хорошо слышит разговор через динамик. Ему приходится припарковать машину, погладить меня по плечу и прошептать, чтобы я взяла себя в руки и не выдала подругу.