Почему нет? (СИ) - Хилл Алекс - Страница 54

Тушу сигарету в чашке, которую Ясмина выделила мне вчера под пепельницу, и разворачиваюсь. Сейчас может произойти все что угодно. Ночь закончилась, а при свете дня множество решений меняют свой эмоциональный окрас.

– Доброе, – отвечаю сквозь расслабленную улыбку, но сам остаюсь настороже.

– Давно встал? – Яся трет левый глаз, а правым смотрит явно ниже моего пупка.

– Это ты о ком спрашиваешь? – ухмыляюсь я, поправляя резинку боксеров, потому что ее взгляд ощущается, точно касание нежных пальцев.

Ясмина хихикает, закрыв руками лицо. Белый топ на тонких бретельках подскакивает, оголяя живот над резинкой свободных пижамных шорт, и часть меня бодро вздрагивает. Вот теперь мы оба встали.

– О тебе, – весело бросает Яся и направляется к графину с водой, стоящему на микроволновой печи.

– Недавно.

– Выспался?

– Да, вполне. А ты?

– Тоже.

Она наливает стакан воды и залпом выпивает, продолжая искоса поглядывать в мою сторону. Неловкость оседает на плечи, в горле немного першит от привкуса сигаретного дыма. Уже пора, да? Ясмина хочет, чтобы я ушел? Мне вот совсем этого не хочется, но, похоже, придется. Нельзя же торчать у нее два дня подряд.

– Я-я-я… – начинаю несмело, но Яся меня перебивает.

– Что хочешь на завтрак?

– Кхм… даже не…

– Как насчет яичницы с томатами?

– Супер, – отзываюсь хмуро только потому, что немного ошарашен ее спокойствием.

– Сейчас умоюсь и займусь, – говорит Ясмина и уходит в ванную комнату.

Медленно моргаю, провожая ее взглядом. Это что такое? Я точно проснулся? Она и сейчас не собирается меня выгонять? Обхватываю ладонью затылок, нагретый солнцем, и отхожу от окна. Обвожу взглядом кухню, но все никак не могу прийти в себя. Почему? Почему она вдруг перестала сопротивляться? Я, конечно, рад. На что-то подобное я и надеялся, но… все слишком ровно. Будто мы вчера встречаться начали, а не переспали по дружбе.

Ясмина возвращается на кухню через несколько минут. Волосы собраны в хвост, кожа лица чуть покрасневшая, взгляд – ясный и бодрый.

– Там на раковине новая зубная щетка. – Она указывает за спину. – Иди тоже умойся. Или душ прими, если хочешь.

Выгибаю брови, а Яся прищуривается.

– Что-то не так? – спрашивает она. – Если тебе куда-то нужно…

– Нет, – резво мотаю головой. – Нет-нет. Все хорошо.

– Точно?

– Угу.

Она кивает и шагает к кухонным шкафчикам. Оборачиваюсь, Яся приподнимается на носки, потянувшись за чашками на верхней полке. Солнце мягким сиянием подсвечивает ее силуэт и золотится на коже. А что, если подойти и обнять ее? Что тогда она сделает? Я немного запутался в том, кто мы теперь друг для друга, потому что ее поведение не совсем вписывается в роли, что были одобрены нами вчера.

– Чай или кофе? – спрашивает Ясмина, распахнув дверцу холодильника.

– Кофе, – отвечаю я хрипло.

– Сахар, молоко?

– Без ничего.

– Хорошо.

Она продолжает хлопотать, выкладывая продукты на столешницу, а я все стою, точно к полу приклеенный. Расслабленная, веселая, легкая. В каждом движении, в каждом шаге чувствуется почти неуловимое, но явное изменение. Будто все это время она пыталась быть кем-то другим, а теперь поймала себя настоящую и успокоилась.

– Что-то интересное увидел? – усмехается Яся.

– Да. Ты кажешься… довольной?

– Так и есть.

– Секс животворящий?

Она громко смеется, бросая помидоры в раковину, и включает воду.

– Яр, иди уже зубы чисти.

– Для утренних поцелуев? – с шуточным вызовом спрашиваю я, чтобы прояснить ситуацию. Мне нужно понимать, как далеко мы можем зайти после всего, что случилось. Как много мне позволено, по ее мнению?

Яся оглядывается, прижимая подбородок к плечу, и хитро улыбается:

– А они входят в привилегии?

– По согласованию.

– Согласовано! – не задумываясь выкрикивает она и отворачивается.

С волнующим ускорением направляюсь в ванную комнату. Запечатанная зубная щетка на раковине заставляет порывисто усмехнуться. Ясмина просто нечто. Ночевка, завтрак, своя зубная щетка, допуск к поцелуям. А может, она пошутила? Просто дразнится? Холодная вода немного отрезвляет. Прижимаю ладони к щекам и закрываю глаза. Нужно успокоиться, нужно вести себя так, словно ничего не изменилось, но стоит только подумать о том, чтобы вернуться на кухню и подойти к Ясе со спины… притянуть ее за талию и уткнуться носом в шею, вдохнув ее запах, как все старания идут прахом. Изменилось все. Вообще все. Только мне никак нельзя подставляться, нельзя нарушать правила, иначе все закончится быстрее, чем я успею попробовать завтрак, приготовленный ею для меня.

Тщательно почистив зубы, заглядываю в спальню, чтобы надеть штаны, а потом шагаю на кухню. В комнате немного душно, шумит вытяжка, на сковороде шкворчат яйца. Ясмина разливает кофе из небольшого стеклянного чайника кофеварки и насыпает в одну из чашек темный порошок из стальной баночки, напоминающей перечницу.

– Тебе корицы добавить? – спрашивает Яся, поворачиваясь ко мне.

– Нет, спасибо. Помощь нужна?

– Не-а, я почти закончила.

На столе уже стоит тарелка с нарезанными огурцами и блюдце с кусочками румяного тостового хлеба. Туда же отправляются чашки с кофе, и я подвисаю на пару мгновений, ощутив то, что совсем не должен чувствовать в чужой квартире, даже рядом с девушкой, которая жутко нравится мне, – домашнее тепло и уют. Ясмина поднимает на меня взгляд, глубоко вздыхает и смотрит на мои губы. Нет, про поцелуи она явно не шутила. Мое сердце сбивается с ритма, как вдруг его ударам вторит громкий стук в дверь. Яся встревоженно выглядывает из-за моего плеча, раздается еще одна серия ударов.

– Ты кого-то ждешь? – спрашиваю я.

– Нет, – отвечает она тихо и переступает с ноги на ногу.

– Хочешь, я посмотрю?

– Да. Вдруг это продавашки с косметикой, терпеть их не могу.

Тихо усмехнувшись, шагаю в прихожую. Распахиваю дверь и попадаю под цепкий взгляд пожилой женщины. На ее голове соломенная шляпа, от мелких белых цветов на платье рябит в глазах, а в руке зажат пестрый пакет. Вот черт! Если это соседка, которой мы мешали спать ночью, вся прелесть утра развеется без следа.

– Здравствуйте, – вежливо произношу я. – Чем могу помочь?

Женщина придирчиво рассматривает меня и приподнимает подбородок, дернув уголком морщинистого рта:

– Правнуками меня обеспечишь?

Не нахожусь с ответом, а она смело заглядывает в квартиру.

– Ясмина! – Властный голос старушки уж очень напоминает знакомый мне низкий тембр.

– Ба?! – раздается за спиной. – Что ты…

– Молодой человек, может, вы меня уже впустите? Неприлично держать гостью на пороге так долго.

– Да, – глухо отзываюсь я, отступая в сторону. – Конечно. Простите.

Бегло оглядываюсь на Ясю, которая так и застыла в дверном проеме с силиконовой лопаткой в руке, а женщина с натужным вздохом снимает плетеные туфли и протягивает мне пакет.

– Вот, отнеси на кухню.

Не задумываясь, выполняю приказ. Прохожу мимо Ясмины и слышу:

– И футболку надень потом.

– Это не обязательно, – хмыкает женщина.

– Ба! – укоризненно говорит Ясмина. – Почему ты даже не позвонила?

– Не знала, что ты можешь быть занята. Чаю мне нальешь? Я пока по рынку ходила, утомилась.

– Да, проходи, – смиренно отвечает Яся, а я прошмыгиваю мимо нее в спальню.

Закрываю дверь, прислушиваясь к голосам. Значит, это у нас бабушка. Властная дама.

– Какой милый мальчик. Рисунки эти, конечно, мрак, но в остальном очень даже…

– Перестань. Он мой друг.

– Друг? Ты что, слепая?

Разговор становится все тише и неразборчивее, и я отхожу от двери. Нахожу футболку, надеваю ее, но выходить не спешу. Может, все-таки стоит уйти? Вряд ли Ясмина планировала знакомить меня с семьей так скоро. Заглядываю на кухню. Яся с бабушкой уже сидят за столом друг напротив друга и одновременно поворачиваются ко мне, пригвождая к месту.