Эволюционер из трущоб. Том 4 (СИ) - Панарин Антон - Страница 23

Под окном на полном ходу пролетела машина, за рулём которой сидел седой старик. Он направил автомобиль прямо на гвардейцев, но те лишь отпрыгнули в сторону и открыли огонь. Свинцовые пули жадно выгрызали отверстия в стальном кузове машины, а заодно разорвали на части тело её владельца. Двигатель машины задымился, после чего старик врезался в здание.

Прямо напротив располагался полевой госпиталь, в котором лечили бойцов Архарова. Имперские гвардейцы не стали его штурмовать. Просто заблокировали двери и стали ждать. К зданию подошел высокий мужчина с закрученными усами и волосами, стоящими дыбом. Он остановился у стены здания, приложил руку к кирпичу, а после случилось странное.

Здание поплыло, теряя свою форму. Кирпичи слились в единую коричневую массу, закрыв окна. Улыбнувшись, усач пошел дальше по улице, небрежно щёлкнув пальцами. В этот момент размер госпиталя уменьшился в десяток раз. Стены скомкались так, будто были сделаны из бумаги. Елизавета Максимовна взвизгнула от ужаса, поняв, что всех, кто находился внутри госпиталя, только что раздавили в лепёшку.

Раздались приближающиеся выстрелы. Зеленоватые росчерки пролетели мимо усача, который, очевидно, был магом земли, и даже подпортили тому шкуру. Пуля чиркнула штанину и полетела дальше. Усач недовольно посмотрел на порванную одежду и развернулся в сторону стрельбы. Камни и пыль, лежавшие на обочине, задрожали и резко устремились к усачу.

Вокруг мага воздух будто плавился, от него исходило марево, как от воды в жаркий день. Камни и пыль облепили тело усача, создав подобие каменного доспеха. Стрельба продолжалась, пули попадали по магу, выбивали яркие искры и разлетались в стороны, а ещё был звук ревущего мотора. Этот звук стремительно приближался.

Елизавета Максимовна прильнула к окну в надежде, что этого изверга убьют, но этого не случилось. Из-за угла вылетел броневик. Пулемёт на крыше выплёвывал огненные струи, пытаясь пробить броню мага, но, судя по всему, ни водитель, ни стрелок не рассчитывали на успех. Машина на всём ходу врезалась в усача, заполнив улицы грохотом и скрежетом сминаемой стали.

Многотонная машина была так близка к тому, чтобы сбить мага, но налетела на остроконечный камень, вырвавшийся из земли. Камень прошел через броневик, заставив машину зависнуть в воздухе. Тут же открылись люки, и из них попытались выбраться выжившие бойцы, но усач снова щелкнул пальцами.

Из камня выросли длинные иглы и прошили насквозь как стены машины, так и всех, кто находился внутри. Маг развеял заклинание, его доспех осыпался пылью. Усач небрежно стряхнул сор с плеча, засунул руки в карманы и пошел к следующему зданию, кажется, это было отделение полиции. Судя по всему, он собирался уничтожить полицейский участок, точно так же, как только что поступил с госпиталем.

Елизавета Максимовна, дрожа всем телом, опустилась на пол и прошептала:

— Что происходит? — И тут в разум женщины ворвалась мысль, заставившая её паниковать. — Мишка!

Вскрикнув от ужаса, она рванула к двери. Нужно спасти сына. Любой ценой.

Талица.

Часом ранее.

Город объят паникой. Неизвестный спалил продовольственные склады. По улицам рыщет военная полиция в поисках виновных. Правда, они понятия не имеют, где и кого искать.

Капитан Гаврилов же завалился в кабак и пил с вояками, которые с радостью составили компанию разорившемуся фермеру, которым и прикинулся Гав. Сказал, что продал всё имущество и теперь празднует начало новой жизни, попутно купил всему бару выпить. Служивые должны были стать щитом против возможных обвинений.

Играла весёлая музыка, девицы плясали на сцене, бодро размахивая юбками и демонстрируя стройные ноги, повсюду звенели бокалы. Атмосфера царила праздничная. Зайди сюда — и в жизни не скажешь, что город на военном положении. Обычный кабак, где пьют, радуются и ищут, с кем скоротать ночь.

— Так, а чё ты закрылся-то? — спросил солдат, балансирующий на грани алкогольного отравления.

— Так это. Как тут не закроешься-то? В амбар снаряд попал, всех хавроний на клочки разорвал. Коровы от страха молоко перестали давать, ну а курей Архаровцы украли, когда отступали, — ответил Гаврилов и долили служивым коньяку.

— Архаровцы могут. Те ещё твари, — ухмыльнулся солдат, а Гаврилов сдержался, чтобы не дать тому в морду.

По молодости капитан частенько влипал в передряги из-за вспыльчивого нрава. Пара проваленных заданий заставила задуматься о том, что гнев это, конечно, оружие, но чаще оно направлено против тебя самого. Вот и стал он пытаться контролировать эмоции. Да не всегда получалось, но на подобные оскорбления он больше не реагировал.

— Ага. Есть такое де… — сказал Гав и осёкся на полуслове, так как сотовый завибрировал.

— Чё там? Коллекторы звонят? — весело спросил боец, сидящий справа. — Ну, зови их сюда, мы им зубы пообломаем. Хе-хе. Верно говорю, мужики?

Гаврилов посмотрел на экран сотового и напрягся. Звонил «Папа».

— Извините, мужики. Отец звонит, — пояснил капитан и встал из-за стола.

— Вопросов нет. Только на обратном пути захвати пятёрик пивка. Лады? — спросил в край обнаглевший солдат.

— Лады, — кивнул Гаврилов и спешно выбежал на улицу. Подняв трубку, он услышал торопливый голос Архарова.

— День Великого Исхода настал. Екатеринбург, отель Першерон. Заберёшь Лизу, а я пока вытащу детей.

Вызов оборвался, а Гаврилов ещё секунду обдумывал услышанное, не в силах поверить, что катастрофа всё же случилась. Нет, он, конечно, знал, что такое могло произойти, но не думал, что так скоро.

— Твою мать, — выругался Гаврилов и зыркнул по сторонам.

На парковку, пошатываясь, шел боец в обнимку с двумя дамами. У дам были вполне выдающиеся фигуры. В смысле их бока выдавались в разные стороны, а ляхи были просто необъятными. Солдат подошел к машине и стал рыться в кармане в поисках ключей. Не теряя времени, Гаврилов рванул в их сторону.

— Пупсик, ты нас покатаешь по городу? — спросила одна толстуха.

— Ха-ха. Покатаю, блин. На кожанном коне, — сально пошутил боец и нахмурился. — Да где этот чёртов ключ?

— Ты такой забавный, — мурлыкнула вторая толстуха.

— Во, нашел! — радостно выпалил служивый, продемонстрировав ключ.

Но ключик тут же перехватила массивная пятерня.

— Спасибо, — сказал Гаврилов и со всего размаху врезал лбом в переносицу солдата.

Боец ударился о борт машины и сполз на землю, потеряв сознание.

— Ты чё творишь, образина⁈ — возмутилась первая толстуха.

— Жениха нашего решил угробить? Паскуда! — взвизгнула вторая и бросилась бить капитана.

Жмурясь от сальных ударов, Гав вставил ключ в замочную скважину, открыл дверь и запрыгнул внутрь.

— Помогите! Грабють!!! — завизжала толстуха, понимая, что больше не может ударить амбала, укравшего у неё приятную ночь.

Машина заревела и сорвалась с места. Включать фары Гав не стал и понёсся по ночному городу, в котором и так хватало света. Скорее всего, на визг толстух уже бегут пьяные солдаты, но пока они успеют хоть что-то сделать, капитан покинет город. Или не покинет…

На выезде скопилась большая пробка из грузовиков, которые проверяли на контрольно-пропускном пункте. Солдаты досматривали все машины, въезжающие и выезжающие из города. А эти грузовики должны были доставлять на фронт боеприпасы. В обычный день их и так бы пропустили, но после того, как сгорели склады с провиантом, стали досматривать всех без исключения.

Скрежетнув зубами, Гаврилов свернул на обочину и вдавил педаль газа в пол. Мотор заревел, и стальной зверь рванул в сторону КПП.

— Ваши документики, — лениво сказал солдат, подойдя к очередному грузовику.

— Пожалста, — ответил водитель и протянул путевой лист.

— Боеприпасы и медикаменты, да? Ну пройдёмте, покажете груз. — Солдат ознакомился с путевым листом и вернул его водителю.

— Да, конечно. — Водила собирался вылезти из машины, но краем глаза заметил, что по обочине несётся легковушка прямо на солдата. — В сторону! — выкрикнул водила, но было поздно.