Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 744

Глава 6

Когда я увидел фигуру Сидорова рядом со своим домом (впрочем, все еще продолжающим оставаться развалинами), то понял, что скоро состоится очень важный разговор. Вариантов немного, и самых важных, наиболее вероятных два: увеличить поголовье големов, передав одного-двух поселку, и помочь с поездкой в город, про которую давно начали говорить в поселке.

– Привет, Вить.

– Здравствуйте, Борис Михайлович, – пожал я протянутую руку. – Какими судьбами? Что-то случилось?

– Беженцы прибывают. Сегодня ночью пришли еще шестьдесят человек и все без ничего.

– Не слышал.

– Так с этой стороны никто и не идет, потому тебе не видно и не слышно.

– И? Что нужно-то? – я вопросительно посмотрел на него.

– Если ты не занят и самочувствие хорошее, то нужно помочь с поездкой в город, – сказал глава. – Команда уже готова, план составлен, куда и за чем ехать, но народ боится зомби и мутантов.

– И нужны мои големы? – усмехнулся я.

– Да. Но эта поездка пойдет и тебе на пользу. Тебе же нужно восстанавливать этот дом? А одна из выбранных для посещения точек будет стройбазой.

– Мне тут много чего нужно, Борис Михайлович. Просто так рисковать и терять день, чтобы потом получить десять листов фанеры и пять мешков цемента, не хочу. Мне проще подождать, набраться сил, улучшить големов и безо всякого риска привезти себе грузовик стройматериалов.

– Будет тебе машина, – едва заметно скривился собеседник, – не большая, конечно. Но там явно больше пяти мешков цемента вместится.

– Это уже лучше. Кто едет и на чем?

– Восемь человек на японском джипе. Ты девятый со своими големами.

– Бензина нальете, у меня в «буханке» почти дно светится, – поставил я условие.

– Да брось, мне Кузьмич сказал, что там литров пятнадцать еще есть… – начал было торговаться он.

– На сотню кэмэ, Борис Михайлович, – не очень вежливо я перебил его. – А до города больше двухсот и ехать не по трассе и не по прямой.

Кузьмич – это автослесарь, который приводил в порядок УАЗ после эпопеи со спасением девушек. Неудивительно, что глава поселка в курсе. Нужно было слить топливо, да вот не подумал. Мало у меня слишком опыта в общении с людьми, да и в целом в жизни.

– Хорошо, еще столько же нальем.

– Столько же тоже мало. Нужно тридцать, чтобы была точная гарантия, что доберусь до города, где могу слить себе из любой брошенной колымаги.

– Да откуда я тебе столько наберу? – искренне удивился собеседник.

– На джип же набрали.

– Там другое, на солярке движок, – пояснил Сидоров, потом преувеличено тяжело вздохнул, покачал головой и сказал: – Ладно, найдем тебе бензин. На тридцать губу не раскатывай, но литров двадцать постараюсь собрать.

Я скопировал его вздох.

В команде подобрались все сплошь мужики около сорока лет. Пятеро из восьми имели большой опыт по вождению большегрузов и автобусов, двое отлично ориентировались в городе и знали, как добраться до нужных нам точек. В первую очередь мы должны проследовать на щебеночный карьер, где нужно было взять два вольвовских тягача с прицепами-тонарами и там же разжиться топливом. Потом путь лежал на стройбазу, где с большой долей вероятности должны стоять несколько КамАЗов и «зилков», и в самую последнюю очередь, когда уже техникой полностью обзаведемся, нас ждали продуктовые склады.

Все точки находились на окраине города, а карьер так и вовсе в десяти километрах от окраины.

Хуже дело обстояло с вливанием в коллектив. Сказать, что меня там приняли за своего – сильно преувеличить. Ко всему прочему там оказались двое из той четверки, которые «подарили» мне «крузак» с огнестрельным оружием. Порезанные же еще не восстановились.

Вот же подложил мне свинью Борис Михайлович. Хорошо хоть, что не в одной машине едем, но плохо, что они за мной, так как я лучше знаю удобную дорогу. Как бы какую гадость в спину не сделали. На всякий случай я приказал Чаппи сидеть точно за мной со щитом в руках. Авось, если мне пальнут в спину, то пули застрянут в этой преграде.

Путь прошел без эксцессов, до карьера добрались быстро, но надежды оправдались лишь наполовину: там всего один грузовик стоял да пяток тракторов, которые нам нужны были постольку-поскольку, так как скоростными качествами не блистали, несмотря на иностранную сборку.

– Были бы колеса, то стоило бы взять хотя бы один, вон тот с ковшом и лопатой, – заметил старший отряда Владимир Павлович Щербаков, или просто Владимир, как он разрешил называть его в рейде. – Но на гусеницах мы на нем катить будем до китайской пасхи.

Ключи к грузовику нашлись в домике руководства карьером. Но кое-какую пользу тракторы принесли – солярку. Залив полные баки и канистры дизельным топливом, мы продолжили движение.

А вот на стройбазе нам пришлось столкнуться с зомби.

Еще издалека увидели несколько десятков фигур, стоящих у ворот и проломленного, видимо грузовиком, забора из профлиста. Тут же наша колонна встала, и было решено провести совещание.

– Твои големы с ними справятся? – поинтересовался у меня Щербаков. – Стрелять как-то не хочется. Это и шум, на который кто-нибудь еще может подтянуться, и расход патронов, а их у нас кот наплакал.

– Когда впервые с ними столкнулся, то справлялись. Они тупые, но на боль не реагируют совсем, и потому нужно бить сильно, чтобы сразу валить с ног.

– Ты ответь на то, что у тебя спросили, – сказал Селивьянов, тот самый неудачливый рэкетир, который привел ко мне коллег из чопа. – Справятся или нет, млин.

– А если скажу нет, то ты сам пойдешь их убивать? – ответил я ему. – В штаны не наложишь, герой?

– Стоп, народ, харэ собачиться! – прикрикнул Щербаков. – Селивьян, не лезь к парню, свои обиды попридержи, не то время и место ты выбрал. Вить, так справятся или нет?

– Пробовать надо. Вот что, вы тут стойте, а я поеду к базе с големами. Метров за сто выпущу их и посмотрю, как дело пойдет. Кто его знает, что это за твари, может, они со временем учатся, толще становятся, быстрей.

– Дело твое, конечно. Но не слишком большой риск одному ехать? – покачал головой мужчина.

– Хочет показать, что у него стальные яйца, – с сарказмом произнес Селивьянов.

– Знаешь, урод, если сейчас скажу големам, чтобы они оторвали тебе голову, то никто им не помешает и мне за это ничего не будет. Я ценнее для поселка, чем такая шкура с острым языком, как ты.

Тот резко побледнел и схватился за помповое ружье на плече.

– Разбираться дома будете, – мрачно сказал Владимир. – Езжай, Вить, злость на них срывай, а не на своих.

Да уж, умею я заводить друзей. Все против меня: возраст, инаковость, сила и тот факт, что я «городской». И я, и эти мужики не правы, но не признаемся в этом ни за что. Им тяжело признать во мне кого-то значимого, а я не умею находить компромисс.

«Да и к черту!» – мысленно я послал всех. Маги всегда были другой кастой, пусть в фантазии людской, но идет-то она из мечтаний и желаний людей, из сердца.

Зомби меня увидели или услышали метров за двести и пошли навстречу, к слову, достаточно шустро пошли, а кое-кто и побежал даже.

– Вот же зараза! – прошипел я себе под нос и остановил машину. Выскочив наружу, я обежал УАЗ и распахнул задние двери. – Арахнид, Чаппи! Всех уничтожить! Живее, черти меднолобые!

И тут же забрался назад, плотно закрыв за собой двери.

Бой големов с зомби был быстрым и не особо зрелищным. Сначала мои бойцы пытались насаживать на копье тварей, но даже с выпущенными кишками и проткнутые насквозь восставшие из мертвых не собирались выходить из схватки. Зато цеплялись за древко и мешали освободить оружие. С живыми противниками у них бы были все шансы победить: лишить оружия, связать боем, задавить толпой.

Чаппи и Арахнид поменяли тактику уже после пятого разрезанного и запинанного зомби. Теперь они своими копьями с широкими наконечниками рубили их на части. Просто снести голову не помогало, к сожалению. Это не кувалда Дровосека, который остался на охране поселка, после которой половина тела зомби превращалась в кашу из мяса и костей. Арахнид разваливал зомби пополам, разрубая от плеча до пояса, Чаппи старался ему подражать, но иногда просто сносил голову и лишал конечностей, которые потом дергались на земле, как уродливые половинки червей.