Сборник. Бездушный 1. Компиляция (СИ) - Баковец Михаил - Страница 783

– Кто? – сквозь зубы процедил я.

– Так господа жрецы, господин барон, – ответил заместитель Эрха, пятидесятилетний мужик, которого староста оставил вместо себя на время отлучки. – Големов магией побили, те даже не успели добежать до всадников. А потом работников ради забавы гоняли по полю, кого убили, кого ранили или копытами стоптали. А потом жрец помолился и на поле упал град, который все порвал и поморозил.

Я вытянул из уцелевших свидетелей все про бой или, скорее, избиение профессиональными воинами и магом деревенских и жрецов. Мои големы, как и в случае с Кестой, против магии совсем не котировались. Хоть бери и надевай на них сильные защитные амулеты, вроде тех, что я ношу со своими помощниками.

Всего было четырнадцать всадников, из них один жрец. Про жреческую магию меня просветила Ерана. Оказывается, те пользовались заемной силой, а не маной в своем теле. Поэтому все жрецы или почти все были простыми людьми, теми, кто хотел бы обладать Даром, но не мог. Силу брали из алтаря ближайшего храма, жертвенника, переносного алтаря и так далее. Расстояние могло насчитывать между источником и пользователем десятки километров. Оно было тем больше, чем крупнее источник и сильнее напитан силой. Например, алтарь в храме или церкви. Плюс в жреческой магии – адепт практически не уставал и мог творить чары одни за другими, пока была сила в алтаре. Минус – требовалось некоторое время на молитву, без которой чары не срабатывали. Возможно, это был своеобразный аналог медитации, концентрации, эдакая мантра, чтобы нащупать алтарь в астрале и зачерпнуть из него энергию.

Феод, с которым я соседствовал с той стороны, откуда прискакали враги, принадлежал какому-то жрецу. Достаточно жадному и до денег, и до силы, которую ему давал храмовый алтарь. Потому с крестьян на его землях сдирали семь шкур, на налоги строили церкви, заставляя те посещать всех от мала до велика.

И вот эта крыса решила навестить меня. Вряд ли это был сам феодал в сутане, тогда бы отряд был побольше и богаче экипирован, а со слов моих крестьян все воины выглядели вполне обычно, середнячками, серой дружинной рабочей скотинкой. Скорее всего, ко мне заглянул служка какой-нибудь. Но даже его сила меня впечатлила. Жрец ударил по големам с тридцати метров, то ли красуясь, то ли его заклинание не было дальнобойным. Жаль, что на поле не оставил лучников-големов или метателей дротиков, например, Арахна. Хоть что-то узнал бы в таком случае про свои и вражеские возможности, тактику и прочее.

Сюда бы пяток пулеметов, пару пушек или минометов, чтобы с большой дистанции расхреначить все вражеское войско.

Очень сильно хотелось наведаться с ответным визитом и дать указание своим землеройным големам как следует поработать над чужими полями и садами. Но сдержался, вовремя подумав, что такой поступок будет смотреться некрасиво. Врага нужно бить того, кто все это затеял, а не срываться на крестьянах. Это как отравить собаку, которую на тебя натравил ее хозяин, и забыть о происшествии.

Ну уж нет, я первым делом владельцу псины, которая порвала мне штаны, зубы вышибу и челюсть сломаю, чтобы он забыл о всяческих командах. А можно и вовсе оторвать ему язык… вместе с головой.

Первым делом я отправил десять големов на границу со жреческим феодом, сделав пять секретов: стрелок и пехотинец. Големы могут легко сохранять неподвижность неограниченно долгий срок, так что обнаружить их визуально тяжело. Приказ я им дал один – уничтожать всех, кто придет от соседа. Рисковал, конечно, там ведь могли забрести и простые путешественники, но если за все время появился только отряд со жрецом, то шанс появления посторонних и непричастных был ускользающе мал. Да и что им там делать, среди оврагов, болот и полей, поросших бурьяном и неприхотливыми кустарниками?

Следующий шаг мой направлен на усиление собственного войска. Тут мне помог Колька, точнее его молодая жена, а еще точнее, ее дядя. Ради этого пришлось растрясти свою мошну, выгребя все золото и серебро, и погнать парня обратно в Стамилак. Приказ был таков: через тестя нанять несколько десятков опытных воинов, можно с магом или двумя. Все это делать втайне от большинства любопытствующих.

Когда в баронство прибыл отряд в сорок пять бойцов – три десятка лучников и пятнадцать мечников, я отправился на разведку. Неделю несколько отрядов наемников шныряли по жреческому феоду, собирая сведения. Да и сам я посмотрел на оплот врага, который мне предстояло в скором времени взять на меч.

Узнав все, что мне было нужно, я вернулся к себе в лагерь, рядом с которым раскинулся еще один – наемников. На ближайшем сеансе связи я попросил помощи Старшего брата, но не сразу получил понимание и одобрение своей затеи.

– Палыч, ты не понимаешь, это же оплеуха всем нам. Не отвечу сейчас, так через несколько месяцев меня отсюда выковырнут, – я в разговоре с мужчиной разгорячился так, что почти кричал в микрофон. – А если потом перестанут с нами торговать? Решат взять все силой? Прием.

– У нас? Сомневаюсь.

– Хорошо, оторвем мы буйные головушки самым наглым. И что? С нами просто прекратят торговать.

– Других найдем. Наш товар всегда будет в цене, тут нормальное стекло еще не скоро смогут делать, а маги не торопятся сбивать цену и обваливать рынок.

– И сколько станешь искать, а? – Я уже разозлился настолько, что еще немного и начну материть собеседника, а потом рискну напасть на врага с имеющимися силами. – Зато сейчас у нас есть налаженный канал, связи, знакомства и так далее. Один купец согласен взять почти любое количество стекла под реализацию и свой процент. И я уверен, что он не обманет. Он же гарантирует продажу нам самых лучших боевых и защитных амулетов, индивидуальных и для защиты поселений. Как тебе такое?

– Хорошо, – сдался Сан Палыч, – что ты конкретно предлагаешь?

– Человек двадцать с огнестрельным оружием. Еще взрывчатка, хоть самодельная. Думаю, в поселке найдутся умельцы, которые смогут вспомнить свои хулиганистые пиротехнические опыты в школьные времена. Или химик полноценный, или сапер после армии. Я предоставлю полтысячи патронов для «калаша», это шестнадцать автоматных рожков. Полсотни к СВД. Потом останется выманить в чистое поле дружину противника, перестрелять в первую очередь магов и жрецов, потом сколько успеем простых вояк. Далее големы поднесут к стенам и к воротам взрывчатку и потом первыми войдут в проломы. К ним присоединятся наемники. Крепость там небольшая, хотя стены высокие и толстые, рва нет, так как стоит на сухом каменистом основании. Защитников у жрецов меньше полутора сотен, причем половина – это стражники и всякий сброд, который только и может, что гонять крестьян на молитву да охранять мытарей.

– И что дальше, когда у тебя все получится?

– Оставлю крепость себе, жреческий феод присоединю к своему. Крепость возьму себе лично или отдам кому-то из назначенных мной рыцарей. Думаю, вот Кольку туда двинуть, чтобы он в глазах тестя приобрел вес. Станет эсквайром с личным феодом, причем богатым. Пусть и под моим вассалитетом. Никто из местных даже не почешется, особенно когда продемонстрирую свою силу и силу огнестрельного оружия. Здесь таким не удивить, разборки частенько между соседями происходят, просто я хочу не только дать по зубам зарвавшемуся уроду, а забрать себе всё! После такого малым отрядом ко мне не рискнет никто сунуться, а большой собрать – это дело не одного месяца. Тысячи две вояк да магов десятка два. Ну, так что?

– Хм… ладно, я совещание соберу сегодня, хоть и поздно уже. Завтра в десять утра будь на связи, тогда и сообщу тебе решение.

– Хорошо, буду, – пообещал я. – Надеюсь, оно меня не огорчит.

Какие доводы приводил Палыч или наоборот – его давили аргументами те, кто решил меня поддержать, я не знаю, но утром я услышал по рации, что отряд выдвинется завтра с рассветом и будет у меня в баронстве через двое суток с небольшим.

Все это время я провел как на иголках.

– Вон крепость, – кивнул я на далекие серые стены из булыжника и квадратные узкие башни с острыми четырехскатными крышами.