(не)счастье для зоолога (СИ) - Сиротина Анна - Страница 24

— Пойду, только я сам побегаю, осмотрюсь. И не переживай, приду тоже сам. Ты окно оставь открытым. Стены увиты растениями, я по ним заберусь.

— Ну ладно, я тогда быстренько переоденусь. — С этими словами взяла свою дорожную сумку, которую так и не разобрала, и пошла в ванную. Перед енотом старалась больше не раздеваться. Так, что тут у нас есть? Пожалуй, надену любимые бриджи ярко красного цвета и дизайнерский топ «Инь и Ян» ну и кроссовочки, куда без них. Осмотрев себя в зеркало, решила волосы распустить, так будет мило и кокетливо. Мои каштановые кудри рассыпались по плечам и спине. Все-таки хорошо, что я их так и не отрезала, хотя Наташка уговаривала сделать покороче. Выйдя из ванной, позвала Стена и мы спустились на первый этаж. Там меня ждал Артём и его мама. Неожиданный поворот. Видимо этот день войдет в топ самых непредсказуемых дней моей жизни и окажется на первом месте.

— Алёночка, — защебетала Эмма Михайловна, — Тёмочка сказал что хочет тебе показать наш сад. Я не могла остаться в стороне. Ведь сад — это моя гордость, моя так сказать вотчина. Так что простите мою назойливость, понимаю, что вам хочется побыть вдвоем, но у вас еще будет время. — С этими словами меня буквально оккупировали руки Эммы Михайловны и утянули за собой. Я бросила умоляющий взгляд в сторону Артёма, но он лишь пожал плечами и улыбнувшись последовал за нами, делая вид что умывает руки и ничего не может поделать. Еще и вездесущий енот слился, а ведь мог и отвлечь маму Артёма своими приставаниями. Хотя я и обещала, что он не будет этого делать, но именно в этот момент надеялась, что он меня не послушается. Но надежды разбились как бутылка шампанского о борт корабля с чудесным именем «Эмма».

1 Симпатическая нервная система связана с надпочечниками, которые продуцируют гормон стресса — адреналин. Адреналин повышает кровяное давление, увеличивает приток крови к голове, что ведет к покраснению.

Три часа меня таскали по всей территории усадьбы Ваймоновых показывая и рассказывая о каждом кусте, дереве, постройке, прудике, фонтанчике, грядочке и цветочке. А если учесть, что ботаника не самый мой сильный конек и я никогда не пылала страстью к садоводству и огородничеству, то уже спустя пятнадцать минут я полностью потеряла нить разговора. А лишь поддакивала и радостно удивлялась каждому новому объекту, попавшему в поле нашего зрения.

— Ой какие цветочки, — Потянула руку к кустику с чудесными розовыми соцветьями, намереваясь сорвать веточку.

— Алёночка детка, ты же биолог, разве ты не знаешь, что это олеандр и его нельзя трогать, он ядовит. — Упрекнула меня Эмма Михайловна. Ну да, по мнению обывателей, раз я закончила биологических факультет, то должна знать все. Но я зоолог, а не ботаник. Конечно, у нас была практика по ботанике. Но она проходит на Звенигородской биостанции на первом курсе. Но мы изучали не ней растения наших широт. И вообще, это было десять лет назад. Я из того курса помню только одно латинское название: Бетула пендула¹ или Береза повислая. Артём вообще мне никак не помогал, просто ходил с нами и отмалчивался. Периодически вставляя дежурные фразы: «конечно мама», «разумеется мама», «ты молодец», «какая красота». Но ничто не вечно, и наша увлекательнейшая прогулка-экзекуция тоже подошла к концу. Мы с Артёмом разместились на удобном мягком диване в беседке, увитой клематисами. С лёгкой руки Эммы Михайловны теперь я знаю, что эти цветущие лианы называются Ломоно́с, или Клема́тис, или Лозинка.

— Ну, оставляю вас наедине, а то смотрю вам натерпится, — заговорщически произнесла мама Артёма и удалилась. — А мы дружно выдохнули.

— Какая у тебя активная мама, — устало сказала и скинула кроссовки, положив ноги на диван, какое блаженство.

— Есть такое, — улыбаясь сказал Артём, — Но ты с честью пережила это испытание. Но тебе, конечно, не повезло. Обычно мама ограничивается оранжереей, а не водит гостей по всему участку. Но так как скоро ты станешь членом нашей семьи, к тебе и подход другой. Кстати, думаю в скором времени мама тебя повезет на свою агрофирму показывать теплицы, так что готовься. — Артём уже откровенно ржал надо мной.

— Боже, а нельзя этого как-нибудь избежать. — Я умоляюще смотрела на него.

— Ну пожалуй я бы мог отсрочить это событие, полностью гарантировать его отмену, к сожалению, не могу. Это мамино детище и она обязательно захочет поделиться им с тобой.

— Что мне нужно сделать, о коварный змей искуситель?

— Сущую малость, — сказал Тёма и навис надо мной как хищник, а его губы приблизились к моим. — Отвлечь маму от демонстрации ее детища, может только более веская причина. — От его теплого дыхания мурашки разбежались по всему телу, сердце забилось быстрее и внизу живота появилась приятная тяга. — И такой причиной будут внуки моя красавица. — Выдохнул Артём мне прямо в губы, и не дав ничего ответить, смял их страстным поцелуем. Моя соображалка отключилась напрочь. Артём подмял меня под себя как дикий зверь. Его руки блуждали по моему телу, губы держали в плену мои губы. Я совершенно упустила тот момент, когда мой топ, а за ним и мой бюстгалтер покинули свое законное место и оказались на полу вместе с Тёминой рубашкой. Мои соски от контакта с мускулистой грудью Артема затвердели. Это было непередаваемое удовольствие ощущать его кожу своей кожей. Из моего рта вырвался протяжный стон. Тёма не останавливался, он выпустил мои губы и начал прокладывать дорожку из поцелуев вниз по шее, к яремной ямке. Затем поцелуи опалили кожу груди. И в довершение этой сладкой пытке его губы обхватили мой сосок, а от круговых движений языка я непроизвольно вцепилась руками в его волосы. Он выпустил мою грудь, и дорожка из поцелуев устремилась вниз по животу. Язык прошелся вокруг пупка. Поцелуи спускались все ниже. Мысли мои улетучились из головы. Я сейчас состояла только из желаний. Мое тело изгибалось и хотело большего. Руки Артёма коснулись резинки бриджей. В моей голове затуманенной сладкой истомой шевельнулся непонятный настырный червячок. Сначала был неприятный писк, переросший в настойчивый гул, а затем яростный крик«Алёна, остановись». Где-то вдалеке послышался звон битого стекла и вой сигнализации. Мы с Артёмом одновременно вздрогнули. Застилающая разум пелена страсти начала спадать. Артем находился между моих ног, джинсов на нем уже не было, на нем были только черные боксеры с характерной белой резинкой и надписью известного всем бренда. Это небольшая полоска ткани, абсолютно не скрывала его желания, которое даже немного выглядывало из-под резинки. Какой огромный, пронеслось в моей голове. Его глаза блестели как голубые сапфиры, а в черном зрачке горели отсветы закатного солнца, как будто язычки огня. На секунду мне показалось что зрачок неестественно вытянутый, но я присмотрелась и поняла, что все нормально. Видимо от страсти немного зрение расфокусировалось.

— Ты такая притягательная и так одуряюще пахнешь, я совсем рядом с тобой голову теряю, — простонал Артём, окидывая горячим взглядом мое почти полностью обнаженное тело. Из вещей на мне остались только полупрозрачные кружевные трусики. Момент, когда Артём снял с меня бриджи не запечатлелся в моем сознании. — Лёночка, оденься быстрее, я собой почти не владею. Ты сводишь меня с ума. — Хрипло, немного рычаще сказал Тёма. А я так и смотрела завороженно на него. Смысл его слов доходил очень медленно. Сначала я осознала, что нахожусь перед ним почти голая. Потом, что и он не самый одетый. А в дрвершении до меня дошло, что мы в открытой беседке в саду, это дом его родителей, тут полно работников, а мы такое вытворяем. Вскочила с такой скоростью, какой от себя не ожидала. Топ был натянут сразу, с бриджами возилась чуть дольше. В общем я была полностью одета, а Тёма еще только натягивал джинсы.

— Знаешь Алёнка, тебя в армию отдавать можно. Я так и не научился быстро одеваться, хотя отец прикладывал к этому много усилий. — Рассмеялся Артём, обстановка, накаленная до предела, никак не хотела развеиваться. Между нами искрило напряжение. Тёма наконец оделся и о нашем конфузе напоминали лишь мои малиновые щеки и уши, а также отсутствие на мне бюстгалтера. Блин, а где он?