Проклятие ворона (ЛП) - Хартли Эмилия - Страница 14

Позади нее работала Имоджен. На этот раз она схватилась за горловину котла, наклонила голову и быстро произнесла заклинание. Саманта заставила себя подойти к столу, разглядывая ингредиенты, разложенные вокруг котла. Несмотря на то, что все ее тело сопротивлялось ей, Саманте удалось запечатлеть то, что Имоджен использовала для создания проклятия.

Аконит волчий, Вербена, Болиголов.

Искажая и изменяя правду о вещах. На столе рядом с котлом лежало одинокое воронье перо. Имоджен окунула его в содержимое котла и подняла в воздух, как ручку. С его помощью она проделала дыру между мирами. Удушливый воздух междумирья вырвался наружу, как вздох.

Как раз в тот момент, когда Имоджен собиралась закончить свое проклятие, Кириан схватил кристалл с пола. Бой переменился. Кириан был на высоте. Его губы искривились в злобной гримасе, когда он опустил кристалл.

В отличие от Кириана, Филип был недостаточно быстр. Оглушительный треск эхом разнесся по комнате. Даже Саманта почувствовала это, разделенная годами между сценой и реальностью.

Имоджен запнулась, изумленная тем, что произошло. Она наклонилась и схватилась за сердце, беспомощно глядя на открывшуюся ей картину. Это продолжалось недолго. Имоджен снова взяла себя в руки и повернулась к Кириану.

— Я не могу допустить, чтобы в моей семье был такой мужчина, как ты, — сказала ему Имоджен.

Он поднял взгляд с удивлением. В его глазах он спас ее. Затем Кириан посмотрел на окровавленный кристалл в его руках и на то, что он сделал. Кристалл с тяжелым стуком упал на пол. Его глаза потемнели. Молодой мужчина ничего не сказал в свою защиту, уставившись на труп Филипа.

Проклятие поразило его. Оно завернуло его в перья и потащило к разрыву в мирах. Его глаза встретились с ее глазами, полными гнева и предательства. Имоджен вцепилась в стол перед собой, почти рухнув под тяжестью того, что произошло, под той ролью, которую она сыграла в этом.

Когда она подняла глаза, это было почти так, как если бы ее взгляд встретился с Самантой. Затем Имоджен выпрямилась и закрыла портал. Кириан исчез. Филип был мертв.

Маленький ребенок закричал на лестнице, подтолкнув Имоджен к действию. Ее лицо изменилось с виноватой ведьмы на испуганную мать, когда она выбежала из комнаты. Внизу бабушка Саманты была всего лишь младенцем.

Темная гостиная снова обрела четкость. Ничего не изменилось. Оранжевый свет уличного фонаря снаружи освещал кривые прямоугольники на стенах гостиной. Хрустальный шар потемнел, магическое свечение исчезло, как только его работа была выполнена.

У Саманты было ощущение, что за ней наблюдают. Когда она посмотрела снова, знакомое лицо выглянуло из темнеющей поверхности шара. Полные сожаления глаза Имоджен смотрели на Саманту. Дух ее предка сделал то, для чего пришел, показав Саманте память об истории, над изменением которой так усердно работала ее семья.

Именно из-за стыда Имоджен решила скрыть произошедшее. За одну ночь жизни двух мужчин, одного хорошего и одного плохого, изменились навсегда.

Все было именно так, как и сказал Кириан.

Саманта, пошатываясь, отошла от стола. Ее тело задрожало, последствие видения или результат ее изумления, девушка не была уверена. Что она действительно знала, так это то, что независимо от того, что она видела и как она должна была чувствовать себя по этому поводу, она все еще была готова простить Кириана.

Ее сердечные струны натянулись, когда она попыталась выкинуть проклятого из головы, но они держались за него. Кириан никуда не собирался, и Карвер это знала.

Шаг за шагом Саманта поднималась обратно наверх. Она задержалась в дверях, наблюдая за обнаженным мужчиной, закрывающим руками глаза. Он знал, что девушка все увидела, и ждал ее реакции. То, что произошло, тяготило его. Саманта могла видеть, как годы исказили его. Он больше не был тем человеком из видения.

Проклятие и его собственная вина слились воедино и связали его. Это заставляло бессмертного чувствовать, что он, возможно, никогда не будет свободен.

Саманта медленно пересекла комнату. Она ничего не сказала, забравшись на кровать и снова улегшись рядом с ним. То, что произошло, нельзя было изменить, но они могли помешать аду забрать его. Утром она спросит его об этом. А пока девушка устроилась поудобнее и наслаждалась подаренными им моментами покоя.

Глава 10

Саманта едва могла поверить самой себе.

Она трахалась с мужчиной, которого прокляла ее семья.

И это был не сон, а реальность. Девушка ощущала доказательство того, что они сделали, когда медленно приподнималась. Боль, которую это оставило в ее теле, казалась правильной, как будто то, что они сделали, должно было случиться. В это было трудно поверить, учитывая историю их семей.

История была исковеркана, теперь она это знала. Принятие охватило Карвер. Возможно, это было из-за того, что она сама хотела, чтобы в ее жизни был мужчина, который не смотрел бы на нее так, словно она может его проклясть. Хотя, честно говоря, одна ведьма Карвер уже сделала достаточно зла Кириану. Открывшаяся истина показала мужчину совсем в новом свете.

Саманта не знала был ли это действительно луч света правды, или она сама хотела это так видеть.

Ведьма знала, что судьба та еще штучка. Она распоряжалась жизнями многих, но просто так точно не стала бы соединять нити судьбы Саманты и Кириана. И это не сможет длиться вечно. Кириан и Саманта разойдутся, особенно после того, как проклятый получит от нее то, что хотел. Он ведь только ради этого и прибыл в их городок.

Завершить проклятие.

Конечно же, она знала, что были и другие причины за всем этим. Кто-то охотился за ним, кто-то из ада, ведь именно на это и указывали раны на его плече. Кириан должно быть думал, что как только он избавится от проклятия, то преследователь потеряет к нему интерес. Во всяком случае, это просто облегчало его убийство.

Ей хотелось бы знать, чего хотел человек, преследующий его. Если бы Кириан открылся ей и сказал правду, она смогла бы помочь. Карвер исказит проклятие, чтобы сделать его сильнее. Она найдет способ помочь ему выжить.

По правде говоря, она хотела будущего, в котором им не пришлось бы идти разными путями. Кириан не относился к ней как к городской заразе. Она была просто Самантой, когда была с ним. Ни парой сисек, на которые можно было бы попялиться, ни человеком, которого посетили, когда все другие варианты были использованы.

Она застонала, когда поняла, что это было именно то, что он сделал. Его возможности иссякли. Единственным выходом из того бардака, в котором он оказался, было снять с него проклятие, и поэтому он пришел к ее порогу.

Саманта повернулась на бок, пытаясь разобраться в хаосе, царившем в ее голове. Каждая новая мысль заставляла ее метаться взад-вперед. Она хотела верить, что Кириан был хорошим человеком, но более сильная, умная часть ее знала правду. Он просто собирался использовать ее.

Что ж, она тоже могла бы поиграть в эту игру. Пока проклятый оставался, она продолжала бы использовать его для секса и развлечений. Он помог бы ей с домом с привидениями, чтобы она могла выиграть новую машину.

Саманте удалось вылезти из постели, принять душ и немного накраситься, чтобы сохранить свое преимущество перед Кирианом. И все же, когда она вышла, его нигде не было видно. Она ходила из комнаты в комнату, выглядывая в каждое окно, чтобы проверить, нет ли ворона.

Вполне возможно, что междумирье забрало его, и его птичье тело улетело, не подозревая о том, что оно оставляет. От этой мысли ее желудок скрутило узлом. Хотя это произошло бы не по собственной воле, она все еще чувствовала укол предательства. Как только она поняла, что дом пуст и ни на одном дереве нет птицы, ожидающей ее, она всплеснула руками.

Саманта не могла стоять рядом, оплакивая то, что могло бы быть. Вместо этого она решила побаловать себя. Она забралась в дрянную машину и завела двигатель, чтобы купить себе чай и еще один пакет пончиков с сидром на рынке.