Трое из Иудеи (СИ) - Леженда Валентин - Страница 25

Честно говоря, фараон не знал что и ответить. Глубина познаний знаменитого сыщика в очередной раз произвела на владыку Египта неизгладимое впечатление. Он мог только посочувствовать хитроумному Моисею, по следу которого идёт подобный выдающийся ум.

А пляски у костров и громкие вопли продолжались всю ночь.

– Какой загадочный никогда неунывающий народ, – задумчиво произнёс фараон, стоя на высоком холме и обозревая с него укрытую утренними сумерками местность. – Опасность постоянно маячит у них за плечами, а этим хоть бы что. Пляшут себе, поют и бед никаких не знают.

– Наверное, так проще жить, – предположил Абд аль-Хаммам, ежась под порывами прохладного, остывшего за ночь ветра.

– Да, наверное, – согласился владыка Египта, разглядывая догорающие вдалеке многочисленные костры.

Глава 8

Десять Заповедей

Как гласит одна мудрая древняя поговорка: песец таки подкрался незаметно. Не успели беглецы как следует проснуться, а на них уже свалилось очередное несчастье.

– Египтяне-е-е-е!!! – дико заголосил кто-то из иудеев и тут же началась паника.

Не разобрав толком что происходит, израильтяне насмерть сцепились друг с другом, используя в качестве оружия собственные зубы и руки. Предрассветные сумерки сыграли с сонными скитальцами злую шутку, ибо трудно было отличить спросонья друга от врага.

– Чего глотку дерёшь? – пробасил поднявшийся с земли Аарон. – Какие ещё нахес египтяне?

– Да вот такие, – огрызнулся скрытый сумерками дерзкий храбрец. – Сам посмотри, зенки спьяну свои продери.

Аарон посмотрел.

Сквозь предутреннюю серость браво скакали всадники числом немерено.

– Это кто угодно, но только не египтяне, – зевнул могучий Аарон, кивая подошедшему Моисею. – С добрым утречком тебя, великий пророк. Как спалось?

– Час от часу не легче, – сокрушённо покачал головой не выспавшийся Моисей, ибо ночные пляски и песни соплеменников мало способствовали глубокому спокойному сну. – Представляешь, мне всю ночь снились кошмары.

– Так тебе таки удалось заснуть?

– Да, но только под самое утро.

– А я в уши листы папируса напихал, так что выспался как следует, – и Аарон с удовольствием потянулся.

Неведомое войско медленно приближалось, а мудрые предводители даже в ус не дули. Видя такое дело, иудеи перестали драться с испугом глядя на меланхолично вглядывающегося вдаль Моисея.

– Наш никак окончательно умом тронулся, – тихо проговорил кто-то, но Моисей (и что самое удивительное Аарон) даже ухом в сторону наглеца не повели.

И впрямь чудные дела творятся.

– А где Авнер Шац? – спохватился кто-то из скитальцев. – Лежака нет и вещей его нет. Сбежал видно ночью, зараза.

– Слишком уж крепко я спал, – сокрушённо покачал головой Аарон. – Недоглядел малехо…

– Шац предложил бы сдаться, – весело донеслось из проснувшейся толпы и никогда неунывающие иудеи грянули раскатом заливистого хохота.

– Глядите-ка, а кто это там ещё скачает? – резко обернувшись, спросил Аарон.

Как оказалось со стороны холмов к застывшим в недоумении скитальцам также приближалась армия хотя и не такая большая как первая, но всё же.

– Берут в клещи! – знающе пояснил Моисей. – Всё строго по правилам военной премудрости. Сейчас они нам котёл сделают. Сварят так сказать.

– Стало быть, конец странствиям? – усмехнулся Аарон, поглаживая густую бороду.

– Стало быть, таки конец, – скорбно подтвердил Моисей.

– Да вы шо? – дружно возопили прочие иудеи. – Опупели? Вы же обещали нам землю обетованную.

– Кто обещал, я обещал? – удивлённо посмотрел на соплеменников Аарон. – Хуцпаны, вы определённо что-то немножечко путаете. Ничего подобного я вам не обещал. Блудниц это да, ляпнул сдуру, но обетованную землю… нет уж увольте. Может ты, Моисей, предлагал этим людям что-то подобное?

– Нет, ничего такого я им не предлагал, – заверил Аарона великий пророк.

– Ну так… – здоровяк лукаво прищурился. – Какие ещё к нам могут быть претензии?

Иудеи выпали в осадок.

А две армии тем временем приближались, готовые очень скоро сойтись лоб в лоб и не двигающиеся с места парализованные страхом беглецы оказывались как раз в самом эпицентре великого побоища. Очень скоро стало ясно что та армия, что была наиболее многочисленна, достигнет цели гораздо быстрее, чем та что была немного меньше и передвигалась преимущественно на колесницах. Расстояние стремительно сокращалось и Аарон смог, наконец, разглядеть нападающих.

– Значит слушайте сюда, те что на лошадях, скорее всего местные бандюки, глядите у них лица тканью у всех повязаны по самые буркалы, а эти вторые… вторые на боевых колесницах как раз те самые египтяне о которых только что орал один балахманный… кстати, узнаю кто именно, кривые ноги на фиг повыдёргиваю.

– Вот так дрэк мит фэфэр, – озвучил как видно всеобщее дружное мнение один из иудеев и все с мольбой уставились на Моисея.

– Спаси нас, отец родной, ты же можешь, мы же знаем, ты ведь великий чародей и волшебник.

– Чародей и волшебник? – переспросил Моисей. – Так ведь это одно и то же… Что, наконец, вспомнили обо мне? Когда как следует припекло. А что вы вытворяли до этого? Сколько упрёков, несправедливых обвинений и ругательств терпел я? Сколько седых волос прибавилось в моей бороде, когда я выслушивал все ваши мелкие жалобы? Как вели вы себя? Какой пример подавали?

– Мы больше не будем, – хором пристыжено ответили скитальцы.

– Врут, – прошептал на ухо пророку потешающийся Аарон. – Снова будут ныть и канючить при первом же удобном случае.

– Сам знаю! – также шепотом ответил ему Моисей и громко сказал. – Ладно, попробую что-нибудь сделать для вас, но учтите, это таки в последний раз. И помните мою щедрость, когда снова захочется вам оскорбить меня непристойным жестом или несправедливым бранным словом.

– Один ноль в твою пользу, – Аарон показал пророку поднятый вверх большой палец.

Моисей коротко кивнул и быстренько пошёл навстречу одной из приближающихся армий той, что была наиболее многочисленна.

Два воина, ехавших на великолепных черногривых скакунах впереди всех, спешились. Моисей с нагнавшим его Аароном остановились на безопасном расстоянии, с интересом рассматривая закутанных по уши в ниспадающие тёмные одежды головорезов.

– Ассасины, – тут же предположил Аарон, – кровавые шакалы пустыни.

– Мы амаликитяне! – воинственно выкрикнул один из воинов. – Храброе племя юга, сыны песков, братья горячих ветров.

– А ну-ка попробуй быстро выговорить название их племени? – предложил Моисею Аарон.

Моисей честно попробовал, но у него ничего путного из этого не вышло.

– Ты что хочешь чтобы я язык себе сломал?

– Вот видишь… – покачал головой Аарон. – С такими сынами песков воевать себе дороже… даже название их народа мы не сможем выговорить.

И сложив руки лодочкой, Аарон в свою очередь прокричал:

– А мы израильтяне. Мирное племя востока. Сыны выгодной торговли, братья займа под проценты.

– Мы пришли помериться с вами силами, – гневно прокричали воины. – Мы не пропустим вас через наши земли просто так. Мы будем грабить вас, убивать и бесчестить. Приготовьтесь же, презренные трусы, встретить свой смертный час.

Аарон в ответ красноречиво показал вражеским солдатам отставленный вверх средний палец.

– Шо ты делаешь? – безмерно удивился Моисей, ловко уворачиваясь от прилетевшего из сумерек длинного копья.

– Я объяснил им всё на пальцах. Наш ответ. Так быстро, ёмко и понятно и без лишних слов, – хладнокровно ответил Аарон.

– Давай-ка драпать назад, – подобрав длинные края запыленной одежды, Моисей замысловатыми зигзагами бойко припустил к лагерю. Аарон, не желая отставать от мудрого пророка, кинулся следом.