Свободный ритм (СИ) - Дервиш Ольга - Страница 4

Девушка, казалось, сегодня была еще притягательнее, чем вчера, хоть и не сверкала прелестями и голыми участками кожи. Джинсы-дудочки, в полной мере показывающие всю ее худобу, скромная кофточка из кружева на подкладке выглядывала из вчерашнего жилета толстой вязки, как назло, скрывающего всю верхнюю половину тела, которая так заинтересовала Климова вчера. Скромница. Расслабить, что ли, ее сегодня?

— Макар, дай прикурить. Сигареты взяла, а зажигалку забыла, — слегка растягивая гласные, попросила Светлана.

Парень протянул ей требуемое, носил по привычке, хотя сам уже несколько месяцев курил электронные сигареты, и сам сделал большую затяжку.

— Не замерзнешь? — кивнул на ее обнаженные плечи.

Девушка сама на них оценивающе взглянула и пожала ими же.

— Не успею. А если что, ты же согреешь?

— Забыл сегодня броню для своих шаров. А ты замужем.

— Он уже в зюзю…

— А ты?

— Я? Я нормальная. Пока.

Макар усмехнулся этому «пока» и ловким движением убрал сигарету в чехол. Собрался было уже вовнутрь, как на крыльце показалась малышка Ася. Не обращая внимания на то, что творится вокруг, она закрыла глаза и шумно вдохнула, точь-в-точь как Светка парой минут раньше. Потом расслабленно выдохнула и помассировав глаза пальцами, уперлась карим взглядом прямо в него.

— Тоже покурить? — спросил просто так, чтобы начать разговор.

— Нет. Там жарко, — махнула рукой за спину.

— А здесь ветрено. — он недовольно посмотрел на ее жилет.

— Я ненадолго. Сейчас… только надышусь…

Мимо процокала Света, многозначительно подмигивая Макару. Стерва.

— Не тяжело тебе? — кивнул Климов на аппаратуру в руках Аси.

— Привыкла. Это мой рабочий инструмент.

— Да. Мой рабочий инструмент тоже тяжелый, — спошлил Мак.

В ответ услышал короткий смешок. Она покачала головой.

— Ты это сейчас к чему сказал? Меня подобные детали твоей анатомии не интересуют.

— Ты это о чем сейчас? — в тон ей спросил парень. — Я про диджейскую консоль!

Она засмеялась громче.

— Мистер двусмысленность?

— Мне нравится, когда ты смеешься, — выдал он, и Ася тут же перестала улыбаться.

— Я пошла. Пора.

— Я что-то не так сказал? — вдогонку.

— Всё так. Извини, но надо идти.

Макар едва успел схватиться за ручку двери, чтобы придержать для нее, за что получил благодарный кивок.

— Чай, кофе, потанцуем? — крикнул, когда они уже были в вестибюле.

Ася замерла и обернулась, приподняв свою темную бровь. Оценила взглядом его рост и улыбнулась.

— Тебе будет неудобно, — резюмировала.

— А тебе?

— Мне? А мне-то что?

— Тогда договорились. Я потерплю.

Она пожала плечиками и скрылась в толпе гостей. А Макар начал пробираться к лестнице в диджейскую, чтобы самому выбрать композицию. Какой-нибудь рэпчик романтичный…

Ася сидела и просматривала кадры на мини-экране фотоаппарата, когда ее плеча коснулась чья-то рука. Подняла голову, свидетель… Ох, она уже успела забыть о нем, совершенно. Осмотрелась, куда бы сунуть камеру, чтобы никто не дай Бог ее не умыкнул и не испортил.

— Давай, — протянул руку Макар, забирая тяжелый девайс, — не переживай, он будет наверху в кубрике, там никто лишний не шарится.

Рахмановой оставалось только кивнуть, следя, как высокий молодой человек просто протягивает руку, передавая аппарат диджею, свесившемуся с рубки. Откуда он такой выискался? Каланча. Интересно, в сколько раз он сложится, чтобы с ней танцевать? Улыбнулась своим мыслям.

— Вот, ты снова веселая, — похвалил парень. Хотя, какой парень, ему, наверное, уже за тридцать.

— Сколько тебе лет? — спросила тут же.

Макар удивился вопросу.

— Двадцать девять будет летом. А тебе? — и видя, что девушка не собирается говорить, предположил, — Шестнадцать?

Ася фыркнула. Ну, ошибся, с кем не бывает?

— Нет.

— Что, еще меньше?

— Мы танцуем или играем в двадцать вопросов?

Ее взяли за руку и потянули в глубь зала.

— А что, есть такая игра?

— Есть. В Америке.

— Оу… — Задумался. — Я там не был. Не знаю. А ты?

— Я тоже не была. Но читала в книжках.

— Девчонки, мальчишки, читайте книжки…[1]

Дойдя до понравившегося места, свидетель остановился, огляделся и… подцепив Асю под мышки, поднял и крепко прижал к себе. Ее тело сработало на автомате, ища опору: ноги обвились вокруг него. Удобно, ничего не скажешь. Они оказались лицом к лицу. На девушку смотрели синие озёра, рельефные губы порочно изогнулись в опасной близости… Тут Ася, вытаращив глаза, одумалась и начала вырываться из этого странного объятия.

— Потерпи, — проговорил ей в ухо, шевеля дыханием волосы. — Так комфортнее для всех.

— Для меня нет! — крикнула она в ответ, продолжая попытку освободиться.

Он отпустил ее на пол, но не из рук.

— Ладно, ладно. Давай так, — наверное, это выглядело смешно со стороны.

— Я уже никак не хочу.

— Киса… ты обещала мне танец, — полусерьезно ей «выставили счет».

— Котик, речь была о танце, а не сексе у всех на виду.

Макар усмехнулся и открыл рот, видимо, чтобы что-то возразить, но тут рядом с ними нарисовался жених. Ася стыдливо опустила глаза и оттолкнула Макара. Все, сейчас будет выговор. Ее пригласили работать, а она тут…

— Мак, можно тебя на секунду? — сказал, хлопнув друга по спине.

— Я танцую.

— Думаю, это можно отложить, ты не против? — Обратился он уже к ней?

Ася затравленно покачала головой, но тут же встрепенулась.

— Мой фотик!

— Сейчас принесу, — Макар отлучился.

— Всё нормально? — поинтересовался жених, кажется, его зовут Илья.

— Да.

— Будет доставать, обращайся.

— Ничего, всё хорошо. Я сейчас продолжу работать…

— Отдохни, если хочешь. Тем более, в темноте особо снимать нечего. Да и пьяные уже все. Я бы вообще тебя отпустил, но еще торт не резали…

— Я не тороплюсь.

— Ок.

Тут Макар вернулся и отдал ей аппарат, подмигнув, после чего направился в вестибюль на пару с женихом.

— Мак, что ты вытворяешь?

— Что?

— Ты не видишь, Изюмина не желает близко знакомиться, а ты лапаешь тут ее посреди зала.

— Изюмина, ха-ха, — развеселился Мак, забыв, что сам вчера назвал девушку так. — А ты что, защитник обиженных и угнетенных?

— Придурок. Делай что хочешь, только не на моей свадьбе!

— Сам такой! — Макар достал сигарету. — Пошли уж тогда на улицу, что ли. Там тихо.

Речинский кивнул и поплелся за ним на выход.

— Не кури в мою сторону, у меня жена беременная, — предупредил Речь.

— Жена! Какое громкое слово! Ну, блин, ты, Речь, даешь! До сих пор не могу поверить, что ты это сделал!

— Будет и на твоей улице праздник.

— Оу, не надо, а! — Мак едва не подавился дымом. — Я никогда не хотел быть чьим-либо мужем…[2] — пропел.

— Не зарекайся, Климов. Я полгода назад тоже так думал.

— Ты вообще отчаянный! Все теперь… пеленки-клеенки! Домой в шесть, ни капли в рот…

— Ни сантиметра в ж… — по инерции продолжил известное изречение Илья.

Макар снова захохотал, а Илья не унимался:

— Ты это, давай держи себя в руках. Девочка, видно, не для тебя. Ни по росту. Ни по возрасту… ни по жизненным принципам.

— С чего ты взял? Они все одинаковые. И вообще, может, на этот раз у меня все серьезно?

— «Серьезно»? Ты серьезно??? Ты и это слово не могут быть в одном предложении.

— Хочешь, докажу? Она меня уже Котиком зовет! — дурашливо похвастался.

— Кончай фигней заниматься. Пошли, я замерз.

Народ продолжал веселиться. Даже беременная невеста с большим животом довольно активно участвовала в празднестве. Красивая, светлая вся такая. Но живот пугал. И похоже, не только Макара: Ильюха не отходил от нее весь день. Там вроде уже семь месяцев, а на таком сроке некоторые уже рожают, даже Мак где-то об этом слышал.