Санитарный инспектор - Якубович Евгений Львович - Страница 30

Гарри стало развозить на глазах. Я уложил его на кровать и укрыл одеялом. Раздевать я его не стал, перебьется. Уже совсем теряя рассудок, Гарри заплетающимся языком спросил:

– Зачем вы это делаете? Кто вы?

– Я твой сон. Спи спокойно, я тебе просто приснился. Ну, подумай сам, кому нужно раскапывать всю эту гадость.

Гарри с серьезным видом кивнул:

– М-м, в самом деле, грязь. – И с пьяной откровенностью добавил: – Я свинья.

После этого великий мастер интервью повернулся на бок и сладко уснул. Я поправил на нем сползшее одеяло, проверил, не наследил ли я ненароком в комнате, и, никем не замеченный, поднялся в свой номер. Там я снова проверил наличие жучков в номере. Все было чисто. Видимо, прямого наблюдения за мной не вели, только запись. Ну прямо как дети, право слово. Дилетанты.

Я достал свой любимый чемоданчик-дипломат, положил его на стол и открыл. Содержимому чемоданчика позавидовал бы любой шпион; да он, в сущности, и был шпионским. Просто поскольку я нахожусь на государственной службе, то оборудование, которым напичкан чемоданчик, называлось разведывательным. Однако название мало меняет суть дела – за все годы службы чемоданчик меня ни разу не подвел.

Первым делом я включил защиту от прослушивания. Из чемоданчика пошел дымок, который через несколько секунд под действием электромагнитного поля принял форму полушария. Надо мной возник дымчатый купол, который, постепенно твердея, превратился в тонкую пленку, сквозь которую не проходят ни свет, ни звук. К сожалению, воздух эта пленка тоже не пропускает, и это ограничивает возможности использования такой защиты. Однако для сеанса связи десяти минут вполне достаточно. У подобной системы есть только один крупный недостаток. Когда прячешься в этот купол, то тут уже только дурак не догадается, что ты шпион и ведешь секретные разговоры. Но узнать, о чем ты говоришь, невозможно.

Установив купол, я включил канал гиперсвязи с Землей. Интересно все же устроена гиперсвязь. Максимального ограничения на расстояние передачи нет или, по крайней мере, его еще не обнаружили. Сигнал, основанный на резонансе приемника и передатчика, проходит сквозь пространство мгновенно. То есть действительно мгновенно: самые точные измерения не показывают никакого различия во времени между отправкой и приемом сигнала.

Все новости и телепередачи, вообще вся связь сегодня проходит через гипер. Благодаря этому даже на самых отдаленных планетах население всегда в курсе свежих сплетен из жизни политиков и звезд шоу-бизнеса, а миллионы домохозяек по всей Галактике синхронно плачут над сериалами, передаваемыми из латиноамериканского сектора космоса.

Наконец канал связи открылся, и я увидел перед собой изображение шефа, который сидел за столом и что-то мастерил из пластикового набора, похоже, очередной самолетик. Коллекция у шефа была внушительная, однако он мало кому ее показывал – считал, что это не соответствует его имиджу. Меня всегда умиляет эта сцена, когда он, едва не высунув от усердия кончик языка, пытается удержать в своих лапищах крошечные инструменты, которыми он прилаживает на место еще более крохотные детали.

– Шеф, простите, что отрываю. – Я был в числе небольшого числа избранных, которым приемник шефа отвечал автоматически.

– А, пропащий, ну и где ты, уже возвращаешься?

– Шеф, я только вчера прилетел.

– Не понял: ты по дороге заскочил на курорт?

– Я прилетел сегодня вечером, поужинал в гостинице…

– Ага, и хряпнул там, по своему обыкновению, водки, – жизнерадостно подхватил шеф. – А сейчас у тебя болит голова, и ты хочешь мне пожаловаться. Какого черта ты вообще звонишь, светишься на всю округу? Ты, конечно, агент авторитетный, но закончить расследование за полдня? Не верю.

– И не надо, – в тон шефу ответил я. – Можно я все же доложу?

– А я думал – ты просто соскучился. Кончай трепаться, докладывай. И первым делом объясни, что там стряслось на «Северной Звезде».

Я кратко рассказал о случившемся на лайнере.

– Затем я направил лайнер прямо на Деметру. Если лететь без заходов во все порты маршрута, то получилось не так далеко, управились за два дня. На границе планетной системы Деметры мы забрались в шлюпку, отстыковались от корабля и выскочили в обычное пространство. А корабль полетел дальше в гиперпространстве и пропал окончательно.

– Понял тебя. Баронессой мы займемся, если только сумеем разыскать. Не сомневаюсь, что она уже исчезла, а имя дин Гольд вымышленное. И я свяжусь с Интерполом, шепну кому следует, чтобы не усердствовали с расследованием. Как ты там представился капитану?

– Фронт Избавления планеты Тринития.

– Сам придумал или там действительно что-то есть?

– Понятия не имею, что там происходит. Это важно?

– Конечно. Если интерполовцев вовремя не остановить, то они найдут и несуществующую организацию.

Он что-то пометил у себя в блокноте.

– Хорошо, с «Северной Звездой» все ясно. Так ты думаешь – тебя не пускали на Деметру из-за убийства?

– Теперь я уже знаю, что нет. Что-то скрывают на руднике. С этим связан крупный бизнесмен Бейлз, владелец компании Интерплэнэт Нэйчурал Ресурсес.

– Откуда информация?

– Я отправил вам запись моего интервью с Гарри Байтом. Посмотрите потом, сейчас не хочу тратить на это время.

Шеф недоуменно поднял брови. Удивить Макара Ивановича очень непросто, но, похоже, сейчас был тот самый случай.

– Гарри Найт взял у тебя интервью?

– Наоборот. Я только что сам проинтервьюировал его. Он мне все это и рассказал.

Шеф понимающе усмехнулся:

– Добро, посмотрю с удовольствием. Что еще?

– Мне срочно нужна информация по Деметре. Все, что раздобудете. Любые странности, аномалии. Здесь, в самом Городе, тоже нечисто. Более конкретно ничего сказать пока не могу.

– Когда тебе нужна информация?

– Желательно, чтобы к утру все было готово.

– Хорошо, сейчас же запрягу аналитиков. Конец связи.

Я выключил защитный экран, оставил аппаратуру в режиме ожидания, разделся, упал на кровать и наконец позволил себе уснуть.

ГЛАВА 8

Вызов шефа застал меня на рассвете. Как был, в пижаме, я выскочил из постели и рванул к устройству связи. Запыхтел аппарат защитного экрана. Наконец передо мной возникло изображение Макара Ивановича.

– Доброе утро! – улыбнулся тот, разглядев мой внешний вид. – Ранняя пташка жирного червяка съедает.

– Вы что-то раскопали? – вместо приветствия ответил я. Ну, не люблю я рано вставать, особенно если почти не спал ночью.

– Ничего особенного. Все материалы я тебе посылаю параллельно с нашим разговором, посмотришь на досуге. А выводы аналитического отдела сообщу тебе сразу. Итак, ничего криминального за Деметрой не числится. Планета закрытая, почти никакой информации о ней нет. Неизвестно даже точное количество населения – перепись не проводили с момента высадки.

Я присвистнул: такое обычно встречается только на отсталых феодальных планетках.

– На Деметру почти никто не летает, туризма нет. Иммиграция с планеты невысокая. Если кто и улетает с Деметры, то делают это через соседнюю планетную систему. Там полный разгул демократии, приезжих не регистрируют, все следы теряются. Так что дальнейший поток иммигрантов проследить невозможно.

Я кивнул.

– Да, я обратил внимание в космопорту, что пассажирские перевозки совсем чахлые.

– Хорошо, пока у нас все стыкуется. Теперь экономика. В Городе страшная безработица. Опять же, из-за отсутствия точных данных судить трудно, но аналитики примерно вычислили вероятный объем населения, исходя из начального числа колонистов. Цифры получились приближенные, но по этим прикидкам безработица на Деметре составляет порядка от семидесяти до девяноста процентов трудоспособного населения.

– Так много? Я не ослышался?

– Нет со слухом у тебя все в порядке, я просматривал результаты твоего медосмотра, – усмехнулся шеф. – Еще раз говорю, цифры ориентировочные. Однако есть и точные данные. Общая сумма пособий по безработице, которые отправляют с Земли на Деметру, действительно очень солидная. Считай, бюджет небольшой страны.