Влюбленный лжец (ЛП) - Кинг Лола - Страница 13

И с этими словами он наконец поворачивается в сторону, чтобы я больше не была загнана в угол.

Разъяренная, я возвращаюсь к Энцо, кладу ладони ему на щеки и целую его с такой силой, что он спотыкается.

Как вам такой способ держаться подальше от других парней?

Как только мы расходимся, я перевожу взгляд на Криса, и мне не нравится его понимающая улыбка. Как будто я такая предсказуемая. Но мне нравится, как его рука сжимается в кулак. Он злится, и ничего не может с этим поделать на глазах у всех.

— Почему мужчины постарше любят наши вечеринки? Разве у аспирантов нет своих? Это «Xi Ep», а не… не… не знаю… место, где люди могут просто вальсировать.

Пич говорит невнятно, развалившись рядом со мной на диване.

Энцо пошел принести нам еще выпивки, но, должно быть, он столкнулся с другими игроками в лакросс и решил остаться с ними, потому что он так и не вернулся. Вместо этого я осталась с двумя своими лучшими подругами.

— Этот парень только что сфотографировал тебя? — Алекс задыхается.

Я игнорирую их обоих, мои глаза прикованы к сообщению Гермеса на моем телефоне. Это наша с Крисом фотография в коридоре гуманитарного корпуса три дня назад. Она была сделана именно в тот момент, когда он был рядом со мной, и под таким углом, что не видно, что мы не касались друг друга.

Элла Бейкер… я слышу свадебные колокола?

Если вы учились в университете Стоунвью… вы знаете, кто он такой. А если вы не учились в университете Стоунвью… что вы вообще дела в университете в Сильвер-Фоллс?

Кристофер Мюррей вернулся, мои малышки. Наш красавчик, идеальная смесь классического джентльмена и сексуального защитника, перевелся в университет в Сильвер-Фоллс!

Это потому, что он скучал по своей бывшей? Потому что мы все знаем, как сильно она по нему скучала. (Пять лет одиночества… ой.)

Я слышала, что Крис теперь принадлежит кому-то другому. А вам так кажется?

Крис и Элла, ваши секреты в безопасности со мной.

До тех пор, пока это не так.

#КрисиЭлласидятнадереве #БудущаямиссисМюррей? #Поднимитеруку, есливамплеватьна МеганМаклейн.

— Что за гребаный мудак, — ругаюсь я. Именно в этот момент я радуюсь, что Люк не учится в университете. Доступ к приложению есть только у студентов, и я бы не хотела, чтобы он увидел это сообщение. Лишь несколько человек знали, что мы с Крисом встречались в старших классах, но когда начался колледж, слухов стало больше, и, думаю, теперь это известная вещь в округе. Когда Люк был в Лос-Анджелесе, это не имело значения, но теперь он рядом, и я не хочу ничего добавлять ему в тарелку.

Если кто-то застанет нас с Крисом за разговором в пустом, как мне казалось, коридоре, то наверняка появятся фотографии, на которых он загоняет меня в угол на кухне сегодня вечером. И кто тогда будет выглядеть как девушка, которой все равно, что у него есть девушка?

Пич обхватывает меня за плечи. — Да ладно, Элс. Забудь о Гермесе на одну ночь, пожалуйста. Завтра мы сожжем их дом.

— Как? — Алекс икает. — Мы не знаем, кто они такие.

Пич смотрит на нас обоих, зеленые глаза под капюшоном блестят от выпитого алкоголя.

— У меня нет плана прямо сейчас, но я уверена, что к завтрашнему дню он у меня не будет.

Ее глаза ловят кого-то в толпе.

— Алекс, — поет она. — У тебя проблемы. П.Р.О.М.Б.Л.Е.М.А, — подбадривает она, как будто мы болеем за команду на поле для лакросса. — Неприятности!

Мы все поворачиваемся, чтобы посмотреть на парня Алекс, который идет к нам, такой же ворчливый, как и всегда, его темные глаза сосредоточены на единственной женщине, которая имеет значение в этой комнате.

Боже, я бы умерла, попала в ад, заключила сделку с дьяволом и вернулась, чтобы мужчина так на меня смотрел. Единственное, что написано на его лице, — это то, как отчаянно он хочет, чтобы Алекс была рядом с ним.

— Его не должно было здесь быть, — бормочет Алекс, а затем поворачивается ко мне. — И Элла, этот парень продолжает нас фотографировать, — настаивает она.

Ксай останавливается перед нашим взором, загораживая толпу. Блокируя девушек-первокурсниц, которые пытались подойти к нам и начать рекламировать себя, объясняя, почему они должны дружить с нами. Парней, которые смотрели издалека и считали наши напитки, чтобы точно рассчитать время, когда к нам подкатить.

Но трудно воспринимать всерьез сурового парня Алекса, когда он держит в одной руке дрожащего кролика, а его массивная рука закрывает большие уши животного, словно защищая его от громкой музыки вечеринки.

Моя подруга очаровательно улыбается ему, ее глаза практически стали в форме сердца. Она вскакивает на ноги, хихикая про себя.

— О, малыш. Я скучала по тебе. Ты в порядке?

— Я в порядке, — ворчит он.

Ксай наклоняется вперед, его губы тянутся к поцелую, но она игнорирует его, берет своего питомца и чмокает его, почесывая шерстку.

Да… она не разговаривала со своим парнем.

Ксай сужает глаза, его челюсть щелкает. Алекс уже поворачивается к нам, когда он хватает ее за шею, поворачивает к себе и прижимается губами к ее губам в глубоком поцелуе, который заставляет нас с Пич обменяться взглядами. Черт возьми… это не PG.

— Не забудь поцеловать меня еще раз, — рычит он. — Я умираю от желания преподать тебе урок.

Она бормочет извинения, щеки становятся невообразимого оттенка красного. Почесав горло, она возвращает тему разговора к животному на руках.

— Зачем ты привел Жан-Поля Сартра? Он боится шума, Ксай.

— Кекс, — хмыкает он. — Я сто раз пытался тебе позвонить. Он не хочет есть. А если ты вернешься вечером и увидишь, что он не притронулся к еде, ты закатишь истерику. Я не знал, что делать… и привез его сюда.

Вздохнув, ее ореховые глаза смягчаются, когда она обращается к своему любимому кролику.

— Ты скучаешь по маме, да? — Она снова смотрит на меня и Пич. — Мне пора, девочки. Нам нужно заняться воспитанием детей.

— Убей меня. — Пич засовывает два пальца в рот, притворяясь, что ее тошнит. — Вы двое — мой худший кошмар.

— Ты просто завидуешь нашей прекрасной семье, — фыркает Ксай.

— Держу пари, что теперь, когда она завладела твоей жизнью, ты стал розовым, Ксай! — кричит Пич в их удаляющиеся спины.

Я разражаюсь смехом, когда они исчезают в толпе, и, глядя им вслед, замечаю это. Эффект Кристофера Мюррея. Стайки мужчин и женщин окружают его, пока он медленно потягивает напиток. Он вернулся всего на несколько дней, а уже завоевывает сердца, словно и не уезжал. Очаровательная улыбка здесь, легкое прикосновение к плечу там. Он кивает, интересуясь, когда с ним разговаривают. Он искренне хмурит брови, когда кто-то делится глубокой историей. Именно так он заставляет всех чувствовать себя нужными. Добро пожаловать, непринужденно, в безопасности. Я знаю, каково это, потому что я тоже на это купилась. Красивое лицо, заботливые жесты. Никто не знает, что на самом деле скрывается за фасадом, и это почти заставляет меня чувствовать себя одинокой.

Наши взгляды пересекаются через плечо девушки, и мое сердце замирает, когда он улыбается мне. Слегка сколотый передний зуб не вписывается в его образ, но именно его недостатки делают его еще более человечным. Крис умеет заставить человека почувствовать себя исключительным. Он смотрит на тебя через всю комнату, улыбка на его губах направлена в твою сторону, и внезапно все остальные исчезают. У него нет особых талантов, но он обладает взглядом художника. Благодаря его глазам каждый может почувствовать себя красивым.

Вспышка привлекает мое внимание, отрывая меня от его взгляда, и я наконец-то вижу его. Тот парень, который нас фотографирует.

Я фокусирую на нем свое внимание, проверяя, не выдумываю ли я, и ярость проносится по моим венам, когда я понимаю, что его телефон буквально направлен на мое лицо и не двигается.

Он снимает.

— Ублюдок, — выкрикиваю я, принимая стоячее положение.

К Пич пристает какой-то случайный парень, и он слишком пьян, чтобы заметить, как я ухожу. Но этот гребаный папарацци видит, что я приближаюсь, и останавливает запись, а затем разворачивается и ускользает.