"Фантастика 2024-22. Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Белянин Андрей Олегович - Страница 390

И при всём при этом Инэрис не хотела Авроре смерти. Ей становилось горько при мысли о том, что криокамеру, возможно, всё-таки не удастся отключить. Она мучительно хотела увидеться с женщиной, заменившей ей мать, ещё раз. Слишком о многом хотела ей рассказать и ещё о большем спросить. И где-то в глубине души трепыхалась подленькая и неприятная надежда, что Аврора знает, что делать. И что, если Аврора проснётся, всё станет гораздо проще.

Чем больше Инэрис думала об этом, тем больше ей хотелось достать со дна холодильник, но в её руках всё ещё не было необходимых ресурсов — ни материальных, ни технологических. А значит, деваться было некуда, нужно было рассмотреть со всех сторон перспективы сотрудничества с обоими орденами и сделать выбор.

Анрей был Инэрис неприятен. И в то же время он, как и Кален, представлял людей, всегда служивших Империи и бывших её союзниками. Не говоря уже о том, что ей просто хотелось повидать старого друга ещё раз.

Дезмонд вызывал у неё опаску. Не только потому, что за ним стоял человек, получивший в истории прозвище Великого Предателя. Человек, чьё желание заполучить тело Авроры выглядело более чем подозрительно, учитывая, что столетия назад именно он пытался лишить её власти, и именно он выступал главным врагом всего, что она хотела построить.

Теперь, после ночного разговора, Инэрис нервировала перспектива того, что за помощь Дезмонд может попросить определённую цену, не имевшую никакого отношения к их работе. Не то чтобы Инэрис отказалась бы её заплатить… Аврора всегда учила, что личное пространство — одна из тех вещей, которые возможно придётся принести в жертву своему долгу. Но мысль о том, чтобы разделить с Дезмондом постель в обмен на помощь всё равно отчего-то была неприятна — и Инэрис даже себе не могла объяснить, почему так.

Отставив в сторону чашку она достала коммуникатор. Подобные приборы, изготовленные для элиты империи, имели автономные источники питания, позволявшие компьютеру работать едва ли не вечно. На мгновение Инэрис подумала о том, что тот, кто добрался бы до компьютеров колонии, погребённой на дне океана, узнал бы много нового — возможно, слишком много. И от того выбор, который предстояло сделать, становился ещё более важным. Тут же отогнала эту мысль и сосоредоточилась на приборе, который ни разу не включала с тех пор, как он попался ей в руки.

Дезмонд почему-то так и не спросил о нём. Как будто и не надеялся на связь — или напротив, как будто это не имело для него никакого значения. Включать его она не стала, просто повертела в руках, засчитав как ещё одну карту в своей колоде — возможность связаться с ним без ведома Джона или любых других наблюдателей со стороны Земли.

Разглядывая его серебристый корпус Инэрис не заметила, как прильнула виском к оконному стеклу и задремала. Вопреки обыкновению ей снились не горящие корабли, а морское дно. Каменные залы и гранитные плиты, прегрдившие путь к выходу. И ещё почему-то руки Дезмонда на её собственном теле.

Ощущение приближающейся опасности вырвало из грёзы внезапно и безжалостно.

Распахнув глаза Инэрис на мгновение подумала, что всё ещё спит, а в следующую секунду прокляла себя за непростительную оплошность и первым делом поспешила спрятать коммуникатор в складках лежащего на соседнем стуле плаща.

— Кален? — осторожно спросила она.

Впрочем, ошибки быть не могло. Перед ней сидел именно он.

Кален Фэроу, коротко стриженный, с красивым по арийски лицом, с высокими скулами и твёрдым подбородком и бледно-серыми глазами, потухшими, как сумерки отражённые от асфальта.

— Рад тебя видеть, — ответил сидевший перед ней мужчина. Впрочем, в голосе его не было ни радости, ни каких либо других эмоций. Он был таким же потухшим, как и спокойные серые глаза.

— Пожалуй, я тоже, — призналась Инэрис и замолкла, внимательно наблюдая за ним и пытаясь угадать, что последует дальше. Так и не дождавшись продолжения она спросила первой: — Видимо, ты пришёл поговорить?

— Я полагаю, твой друг, Джон, тебя предупредил.

«Ох, сколько же у меня оказывается друзей…» — Инэрис нервно усмехнулась про себя, но вслух сказала только:

— В самых общих чертах.

«И уж точно не сказал о том, что ты знаешь, где мой дом». Сложившаяся вокруг её адреса ситуация начинала её напрягать.

— На самом деле всё довольно просто. Мы, — Кален отодвинул в сторону борт белоснежно-белого плаща, который носил поверх серо-стального делового костюма, и продемонстрировал серебряную змею, свернувшуюся на отвороте пиджака. Знак ордена, который не требовал пояснений ни для кого, кто встречался с его адептами хоть раз. — работает над тем, чтобы вернуть в галактику порядок, уничтоженный войной.

Инэрис кивнула, не столько соглашаясь, сколько приглашая его продолжать.

— Это сложно, потому что далеко не все хотят к нему присоединиться. И ещё потому, что есть люди, которые хотят нам помешать.

— Могу я спросить, кого ты имеешь в виду? — Инэрис твёрдо решила не тратить время на осмысление полученной информации, а просто попытаться собрать её как можно больше.

— Я говорю о тех, кто, как нам с тобой казалось, давно уничтожен. Об Ордене Терс Мадо, Воинах Тьмы.

Кален сделал театральную паузу, видимо, предполагая, что эта новость должна вызвать куда более сильные эмоции, чем первые его слова.

— О! — только и сказала Инэрис, решив, что лучше поразиться, чем рассказывать о том, что кое с кем из другого Ордена она уже виделась, и не раз. — а чего добиваются они?

— Погрузить галактику в хаос бесконечных войн.

— Плохие ребята, — согласилась Инэрис. — Как я могу им помешать?

На самом деле она уже знала ответ. Он было настолько прост, что не стоило и задавать вопрос. Но Инэрис тянула время. Ей нравился этот разговор. Он позволял чуть лучше разглядеть того, с кем она когда-то могла умереть бок о бок.

— Не только технологиями, — легко разгадав положение вещей, ответил Кален. — Атлантида важна. Последняя усыпальница императрицы сама по себе уникальный артефакт.

«Он не знает, что Аврора жива?!» — тут же пронеслось у неё в голове и сразу же следом: «Или попросту врёт?»

— Мы хотели бы заключить союз с Землёй. Включить её в число охраняемых нами планет. И в особенности — союз лично с стобой.

Инэрис молчала. Слишком мощный ураган чувств всколыхнули в её груди последние слова.

— Союз со мной… — медленно и горько произнесла она. — Ты преувеличиваешь мою значимость, Кален.

— Отнюдь. Наши аналитики оценили её со всех сторон.

— Давно? — невольно сорвалось с губ, и Иса тут же прикусила язык.

Кален, кажется, не понял вопрос. Он продолжал смотреть на неё так же серьёзно и спокойно, в то время как Инэрис с трудом удерживала бесполезные слова, так и рвущиеся с языка: «Почему вы пришли только сейчас?!».

— Не очень, — сказал он. Помолчал и видимо считав скепсис на её лице продолжил: — Неужели тебе нравится та жизнь, которую ты здесь ведёшь?

Инэрис молчала. Очень долго. А потом вдруг поняла, что есть вещи, которые бессмысленно скрывать.

— Ты знаешь, что ко мне уже приходили. До тебя?

Кален помолчал. По выражению лица было не разобрать что он знал, а что нет.

— Приведи мне конкретные рациональные аргументы, почему я должна выбрать вас, — продолжила Иса. — Людей, предавших один мой народ и уничтоживших другой, тот, который я пыталась создать.

— Ты — одна из нас?

Инэрис фыркнула и взявшись за чашку остывшего кофе сделала глоток.

— Не впечатляет, — призналась она. — Не обижайся, Кален. Я ценю твоё внимание. Но вам понадобится нечто большее, чтобы меня заинтересовать. И если вы хотите не создавая вооружённый конфликт достать что-то с нашего дна, то имейте в виду, из этих артефактов вы получите далеко не всё.

Что будет, когда Калену станет известно о главной ценности подводного города, она пока что и представить себе не могла.

— Ты рассчитываешь, что посланник Терс Мадо тебе поможет лучше нас, — спокойно предположил Фэроу.