Жизнь без права на респаун (СИ) - Курганов Игорь - Страница 8

Способности

Сокращение дистанции

Пассивная способность

При броске оружия, не предназначенного для этого, вы наносите полный урон без штрафов.

Медитация, ранг 1

Активная способность

Применений: 1 раз в сутки

Длительность применения: от 5 минут

Вы тратите некоторое время на медитацию, успокаивая сознание и находя баланс между душой и телом. После этого все ваши навыки увеличиваются на 1% на время до 4 часов. Также вы восстанавливаете 1% Концентрации за каждую минуту, проведенную в Медитации.

Интеллект и Сила Воли подросли, похоже, просто из жалости, а вот Выносливость увеличилась сразу на два пункта во время моего фееричного заплыва по реке. Кроме того, появилась Концентрация. Интерфейс услужливо подсказал мне, что это показатель, влияющий на успех применения заклинания, а также на некоторые действия, требующие, собственно, концентрации. Понятия маны здесь, похоже, вообще не было.

Я углубился в изучение способностей. Сокращение дистанции выглядело очень перспективным. Обычно брошенное неметательное оружие наносило половину базового урона без учёта характеристик. Я же теперь мог бить в разы больше! И это пассивная способность, без каких-либо ограничений вроде перезарядки! Хотя нет, ограничение все же было — количество предметов для броска под рукой…

А вот Медитация — это явно полезный вклад на будущее. Сейчас она не давала мне ничего, мой единственный навык все ещё был на единице, и увеличение его на 1% — это даже не смешно. Но в будущем навыки подрастут, а первый ранг Медитации намекал, что и она будет прокачиваться и становиться сильнее.

— Ты помог мне проститься с Элини, — заговорил Сарт, выйдя из транса. — И ты пытался остановить того… того человека. Спасибо.

— Но он все-таки ушел, — умом я понимал эльфа, но сердцем не признавал себя достойным его благодарности. — Его раны затянутся, и он останется безнаказанным. Еще и с вашей реликвией, так что я не сделал ничего.

— Но ты пытался, это важнее. Я не могу дать тебе ничего в знак своей признательности… Разве что совет. Уходи из этого леса, и впредь держись от эльфийских территорий подальше.

— Не очень похоже на совет благодарности… — Начал было я, но осекся.

Посмотрев в глаза Сарта, я понял, что он имел в виду. Мне действительно лучше уйти, и уйти сейчас же. От одного его взгляда по телу пошли мурашки, и я почувствовал себя в еще большей опасности, чем при встрече с оскверненным медведем.

Глава 3

“Осуществляется выведение сознания из виртуальной симуляции.

Пробуждение в реальном мире…

Пробуждение в реальном мире…

Пробуждение в реальном мире…”

“Добро пожаловать”

С шипящим звуком разгерметизации капсула открылась. Внутри уже не было геля, обеспечивающего полное погружение, я был полностью сухим, чистым и отдохнувшим. Руки по привычке стали подниматься, чтобы потянуться и немного размяться, но я вдруг понял, что мне это не надо. Тело было в отличном тонусе! Вот это я понимаю, прогресс. Еще бы эта капсула научилась одевать меня…

Накинув свои старые вещи, я покинул изолированный бокс. Снаружи меня уже ждала целая делегация ученых, врачей и остального персонала, но всех растолкал Игорь, встречая меня с горящим безумием в глазах.

— Ну что, как первый день? Не помер хоть?

— Нет, хотя пытался… А откуда столько народу? — Хоть я и чувствовал себя прекрасно, но был все же растерян таким приемом. — Погоди, мне что, опять все эти обследования проходить?!

— А ты как хотел, поиграл — и свободен? Нет, друг, ты наша почетная подопытная крыска. Да не бойся так, сейчас тебя осмотрят до каждой подмышки и отпустят. А вот я тебя не отпущу, пока все-все мне не расскажешь!

Я видел, как Игоря буквально распирало любопытство. Оно и понятно — Героев Кериона можно назвать делом всей его жизни. Игра во многом выглядела именно так, как она выглядит, именно благодаря ему. Это его мир, и я хорошо понимал его желание узнать о каждом моём шаге.

На этот раз обследования прошли намного быстрее, и долго Игорю ждать не пришлось. Мне хотелось еще немного потомить его ожиданием — не из каких-то садистских наклонностей, но просто чтобы самому как-то уложить игровые события в голове — но друг не отставал и не давал даже вздохнуть спокойно, по напору не уступая самым въедливым ученым с их анализами. На какое-то время меня хватило, но я все же начал рассказывать еще до того, как мы покинули здание.

В другой ситуации даже в реале может быть опасно делиться информацией о таких вещах, как владение в игре огромной горой золота или запрещенной книгой по демонологии. Но Игорь мне не враг, более того — он, можно сказать, хозяин этого мира. Поэтому я рассказал ему все до мелочей.

— В конце сессии я вернулся в Лесистую. Книга лежала все там же, в печи, а все золото пропало. Перед выходом из игры я еще успел узнать у Баргофа, это местный трактирщик. Пока я хоронил Элини, Кайлин вернулся в деревню, перевязал раны и купил себе повозку.

— Вот ведь гад… — Задумчиво протянул Игорь. — Но не думаю, что он долго протянет. Керион не щадит игроков, плюющих на игровой кодекс.

— Ага. И ведь я подумал же, что опасно золото так с собой носить, вдруг кто из игроков увидит. А на самого Кайлина почему-то и не подумал… — Устало добавил я. Рассказ здорово утомил меня. — Ты лучше скажи, а что было бы, если бы я умер? В смысле, как бы это отразилось на моем контракте?

— Никак, — ответил Игорь. — Обычно при смерти персонажа у нас идет бан на двое суток, чтобы игрок отошел от игры, отдохнул, и вернулся уже со свежими мыслями. Это гарантирует новый путь развития и только подкрепляет вовлеченность. Но в твоем случае ты не отключишься от игры, ты останешься в погружении. Просто проспишь эти двое суток, и снова на генерацию персонажа.

— Но не советую умирать, — продолжил он, когда мы сели в машину. — На высоких уровнях игра только раскрывается. По секрету скажу, ведущие топы еще даже не приблизились к тому, что Керион может им предложить. А сейчас ведущие топы — это примерно тридцатые уровни.

— Да я как-то и не планировал умирать. В любом случае, на ближайшие пару дней у меня… Другие планы.

Только сейчас я вспомнил. Я же обещал приехать к родителям! Добираться до них несколько часов, так что стоит поторопиться, чтобы потом успеть вернуться к следующей игровой сессии.

Игорь, узнав, что я еду к родителям, согласился подвезти меня до вокзала. Быстро подав запрос, он выяснил, что мы как раз успеем до скоростного поезда. Я пригласил его поехать вместе, хотя больше из вежливости — по нему видно было, что на самом деле он куда-то торопится. Только потом я подумал, что не стоило. Если бы Игорь согласился, узнал бы о проблемах с фермой, и непременно вызвался бы помочь, и даже настоял бы на этом. А мои родители очень не любили принимать помощь “от посторонних”.

***

Живущие в городе, хоть раз выбравшиеся на природу, знают это чувство. Выйдя из поезда, я как будто снова оказался в симуляции — совершенно другой воздух, чувство, как будто вообще впервые дышишь за несколько лет. И на всю округу станция была единственным напоминанием, последним анклавом городской архитектуры. За ее пределами все серое и квадратное резко кончалось, и начиналось… Настоящее. Как бы человек ни обустраивал свой комфорт, на какие бы ухищрения ни пошел, он никогда не добьется того же, что нам дает настоящая природа. Даже городские парки, некоторые настолько обширные и густые, что в них легко можно потеряться, не могут даже приблизиться к такому эффекту. Только на настоящей природе можно почувствовать, что мы — не хозяева этого мира. Мы его дети.