Избранный. Книга 2 (СИ) - Маханенко Василий Михайлович - Страница 53

И первый нюанс я осознал в восемь лет, когда батя, дабы развивать своего любимого сыночка, то есть меня, отдал в секцию шахмат. На тот момент у меня уже была в доме груша, и отец показал пару приёмчиков. Так вот, когда один дрищ сделал меня всухую три раза подряд, то я, не вставая из-за стола, вломил ему прямой в челюсть. Вот тогда и оказалось, что есть такое понятие, как общество со своими устоями, правилами и законами, которые идут вразрез с обычной животной сущностью человека.

В тот момент умного, но слабого очкарика защитили от сильного, но ещё не очень умного меня. С шахматами, понятное дело, у меня не сложилось, но выводы я сделал. Прямо сейчас в этом мире и сила, и ум в почёте. А эти несчастные голодранцы, называющие себя добытчиками, которых я видел перед собой, судя по всему, были и не сильные, и неумные. Так для чего я взялся их защищать? Ну, возможно, я компенсирую. И мне ещё стыдно за тот поступок и за того очкарика шахматиста, которому я к тому же и очки ещё сломал.

Но самое главное не в этом. Самое главное — в осознании того, что я могу себе это позволить, могу защитить этих существ и в дальнейшем настроить свою нынешнюю жизнь немного более комфортно. Хотя последняя реакция системы о добавлении в волну монстров Чемпиона выглядела как явная подстава.

Что ж, посмотрим, что к чему. В отличие от этих бедолаг, которым некуда бежать, у нас есть свитки воскрешения и перемещения. Так что по факту мы ничем не рискуем. Ну, кроме своей совести, конечно.

Так, блин, Макс, соберись уже и попытайся разобраться в ситуации.

После заключения сделки я быстро уточнил у разведчика, сколько до прихода волны, и понял, что полчаса у нас точно есть. Твари бегут быстро. Засекли их поздно, после того как они выскочили из леса. Я хотел уже было рассказать про дальние патрули, которые позволяют заблаговременно обнаружить подступающего врага. Но, глянув ещё раз на эти исхудавшие и измождённые лица, понял, что единственное, что их заботило — это выживание. А усталость была такая, что многие, походу, уже были готовы помереть. В общем, прямо здесь, разровняв подошвой ботинка песок и взяв в руку палку, я с главным крокодилом попытался выяснить диспозицию. Да, полное имя его выговаривать мне всё так же лень, так что путь будет пока «крокодилом». Будет хорошо себя вести, так и быть, переименую в Геннадия.

То, что я услышал, меня слегка приободрило. Место для столицы клана «Ангелов смерти», надо признать, выбрано грамотно. Оно находилось на высоком берегу местной речушки, как раз на её изгибе. И поэтому больше половины протяжённости периметра деревни было условно защищено высоким берегом. Да и сама деревня находилась на возвышенности, и тварям приходилось бежать в горку. Изначально в деревне существовали стены, на которых сидели лучники и встречали подступающих монстров волной стрел.

Прямо сейчас же эти стены были полностью снесены. А все оставшиеся в живых добытчики сосредоточились в центре города, спиной к речке.

К слову, была ещё одна особенность местных набегов монстров. Им обязательно было нужно что-то разломать: стены, строения — не важно что. Оттянувшись в самый край от вектора атаки тварей, добытчикам доставалась малая часть врагов. Ведь большинство из них с энтузиазмом задерживалась вначале поселка, круша стены и жалкие хибары. Что-то происходило в головах у этих тварей, и, сломав несколько строений, у них, видимо, щёлкал таймер, что задание выполнено. Они разворачивались и уходили, не вступая в бой с поселенцами.

Таким макаром клан «Ангелы Смерти» пересидел уже три катастрофические волны, которые, собственно, произошли после того, как твари сломали первый основной рубеж обороны.

Кстати, оставшиеся пятьдесят три добытчика были не единственными выжившими. Изначально клан «Ангелы смерти» насчитывал три сотни членов, расположенных, собственно, в столице и двух охотничьих лагерях.

Вот только удар тварей пришёлся внезапно, когда все боеспособные члены клана как раз оставались в лагерях. А это треть, то есть сотря самых «боевитых» добытчиков. Гонцы были отправлены, но никто из них не вернулся. Главный крокодил предполагал, что эти трусы, увидев, что творится в столице, просто не решились прийти на помощь оставшимся.

Из двух сотен разумных, что оставались в столице, в первую же волну погибла треть. Ещё часть собрала вещи и свалила на запад, не желая умирать, а из 80-ти условных «героев» на данный момент как раз осталось пятьдесят три.

Усугубляло всё то, что в городе находились в основном ремесленники, и, кроме тройки высокоуровневых предводителей, по факту воинов почти не оставалось.

— А почему вы не сбежали? — спросил я.

На что крокодил грустно оскалился и сказал:

— Во-первых, земли на западе до освоенных городов чрезвычайно опасны. Во-вторых, пока глава клана, то есть я, не будет уничтожен, твари будут преследовать их до самого конца. Ну а в-третьих, я просто устал убегать. Как-то всё последнее время не задалось…

Хотя было и в-четвертых. Вокруг Лиры, как будто вокруг «костерка», устроились кругом измученные добытчики, потихоньку залечиваясь и стараясь собраться с силами. Так вот эти разумные рассказали кое-что еще интересного. Оказалось, что они бросали жребий, кто останется. Потому что ушли небольшое количество воинов, но в основном самки и слабые мужские индивиды. Оставаясь здесь, последние защитники давали им хоть какой-то шанс, что разъярённые твари не бросятся в погоню. Ведь в скорости передвижения они превосходили разумных в разы. Так что да, какая-то часть порядочности и геройства у местных все-таки присутствовала.

Тем более мне был непонятен поступок «Небожителей». Учитывая, что глава клана девятого уровня, я думаю, что у них были в наличии хорошие крепкие рейдовые группы, которые могли защитить этот «дочерний» клан от набегов. Но тут же мне пришло снова в голову очередное «хотя».

Прямо сейчас я выступил свидетелем того, что до момента вступления моей группы в бой система пересчитала силы противника. Получается, что приди сюда клановые «девятки», то и бой был бы соответственный. Возможно, «Небожители» просто зассали. А их пафосная мохнатая киска — не могучий воин и мудрый лидер, а всего лишь приспособленец, что выживает здесь как все остальные, но только с большим комфортом.

Много было вопросов и мало было ответов. Точно так же, как и мало времени, оставшегося до столкновения. Но главное, я понял.

— Есть ещё одно, — повернулся я к крокодилу. — Уже не будет времени согласовать с системой, но вам нужно будет чётко выполнять мои приказы.

— Я ещё не твой вассал, человек, — тут же окрысился крокодил.

— Точно, и у тебя есть шанс им никогда не встать. Знаешь, что это? — достал я из-за пазухи два свитка.

По лицу крокодила пробежала тень.

— Знаю. Свиток возвращения и свиток воскрешения.

— Верно, — сказал я. — Это, не учитывая того, что путевой камень жив и здоров. Что мешает мне просто повернуться и уйти?

— Ты не посмеешь нарушить волю Системы, — как-то не очень уверенно сказал глава клана.

— Не посмею, — улыбнулся я. — Ровно для того, чтобы не показаться нарушителем договорённости, я пульну пару раз в подходящих тварей, ну и свалю отсюда подальше. Возможно, будет какой-то штраф, но зачем мне такие вассалы, которые будут ерепениться?

— Что ты хочешь, человек? Приказывай, — склонил голову крокодил.

— А вот это уже правильный выбор, мой зубастый друг, — хлопнул я по плечу крокодила, и тот недовольно ощерился.

Так, надо запомнить: тактильно с крокодилами не взаимодействовать, они раздражаются.

— Все вперёд! Лира! Гор! Введите народ на окраину!

— Вперёд? — начал недоуменно крокодил.

— Заткнись! — рявкнул я. — Исполнять! Лира! Врубай воодушевление!

Ещё в прошлый раз заметил, что воодушевление выглядело визуально, как множество то ли золотых звёздочек, то ли бабочек, которые распространяются от эльфийки во все стороны, касаясь добытчиков. Я видел, как их морщины разглаживаются, а лица, ну или пасти начинают улыбаться.