Поиграй со мной (ЛП) - Мак Бекка - Страница 10

— Хм, — я засовываю пальцы под бейсболку и чешу затылок, притворяясь, что не замечаю, как глаза Дженни отслеживают мое движение. Я всегда был очарован ею. Она красива, и знает это. Густые каштановые волны почти всегда заплетены в косу, перевязанную лентой. Думаю, она довольно высокая. Рост пять футов восемь дюймов (прим. примерно 173 см), может быть, но все еще намного ниже меня. Длинные ноги, которые я бы не прочь увидеть на своей шее и спине. Ослепительная широкая улыбка с захватывающими дух ямочками на щеках и энергичный характер, такой смелый и уверенный.

Но когда ее глаза встречаются с моими, именно разбитая надежда в них подсказывает мне следующие слова.

— Я помогу тебе найти.

— Что? — она морщит нос, когда я бросаю свое снаряжение, до нас доносится влажный, потный запах. — Тебе не нужно этого делать.

— Конечно, но я не против, — я прохожу мимо нее, выбирая стопку коробок, прежде чем она продолжит спорить. Беру лежащий сверху нож для стейка, верчу его в пальцах и бросаю взгляд на Дженни, которая настороженно наблюдает за мной, скрестив пальцы на животе. — Бедной Принцессе Жвачке, возможно, понадобится наложить швы, когда ты найдешь ее, если это то, чем ты вскрываешь коробки.

Клянусь, я вижу это, прямо там, в уголке ее рта, крохотный намек на улыбку. Прежде чем она успевает расцвести, губы Дженни расплываются, и она медленно подходит ко мне.

— Я сломала ножницы, потому что слишком сильно тыкала в коробки, — она накручивает косу на палец. — Э-э, спасибо. За помощь и все такое.

— Не за что.

Я быстро срезаю скотч со всех коробок, чтобы убрать нож, и мы молча перебираем каждую, на фоне играет тихая музыка из колонки.

— Кстати, что из себя представляет Принцесса Жвачка? — спрашиваю я, листая коробку с рамками для фотографий. Это последняя коробка в моей стопке, и с каждой коробкой воздух становится тяжелее.

Дженни не отвечает. Я замечаю, что она уставилась на свою коробку, костяшки пальцев почти побелели, когда она сжимает ее, отчего я медленно подтягиваюсь к ней.

— Эй. Ты в порядке?

— Это розовый кролик, — шепчет она. — Папа подарил ее мне на мой шестой день рождения. У нее по ленточке на каждом ухе и… — она вытягивает руки, большие и указательные пальцы сведены вместе, как будто она держит подол юбки, — … розовая пачка! — она захлебывается в слезах, прячет рыдающее лицо в ладонях, а я несусь через комнату, протягивая к ней руки.

Я резко останавливаюсь перед ней, сопротивляясь желанию прикоснуться к ней.

— Ты снова плачешь, — придурок. Конечно, она плачет. Ей не нужно, чтобы я указывал на очевидное.

— Я не плачу, — кричит она, тыча пальцем мне в грудь. — Ты плачешь!

Даааа…

— Э-э… обнять тебя? — я осторожно приближаюсь к ней, медленно раскрывая объятия. Вдруг, она укусит меня? Я не знаю, что делать. Мои сестры намного младше Дженни, их проблемы легко решаются объятиями.

Дженни — Беккет. Если она хоть в чем-то похожа на своего старшего брата, есть большая вероятность, что ее проблемы решатся с помощью печенья Oрео и оргазма. Я пришел без печенья, и в идеале я хотел бы оставить свои яйца там, где они есть: на моем гребаном теле.

— Что? — ее подбородок дрожит. — Я не… Я… — она стонет, топает ногами и сжимает кулаки, когда ее грудь вздымается. — Гаррет.

— Давай, Дженни.

Взяв ее за руки, я нежно направляю ее к себе. Она охотно тянется, хотя и волочит при этом свою задницу, и я обнимаю ее. От нее опьяняюще приятно пахнет ванилью, корицей и кофе. Когда она осторожно обнимает меня за талию и прижимается щекой к моему сердцу, я понимаю, что ей тоже приятно. Теплая и мягкая, как мое нижнее белье, которое моя мама разогревала в микроволновке очень холодными зимними утрами на восточном побережье.

— Умница, — бормочу я, скользя ладонью по ее спине. Это должно успокаивать, но я забыл, что на ней только спортивный лифчик, поэтому мои пальцы касаются ее обнаженной плоти, и мы оба напрягаемся.

Дженни отталкивает меня в тот же момент, когда я резко отшатываюсь назад и срываю кепку, запуская руку в волосы.

— Я, э-э… — я показываю пальцем в конец коридора. — Я проверю коробки в спальне для гостей.

— Да, — она кивает. — Да, круто. Хорошая идея. Ты пойдешь туда, а я… останусь.

Мой обычный шаг превращается в безумный рывок, когда я заворачиваю за угол в коридор. В спальне я прижимаюсь спиной к стене и глубоко дышу. Это катастрофа. Чем скорее я уберусь отсюда, тем лучше.

Здесь всего четыре коробки, и я быстро просматриваю первые две. Когда я добираюсь до третьей, на которой написано «игрушки», я торжествующе улыбаюсь и разрываю скотч.

— Ага, — вот она, вот эта коробка. Если здесь игрушки нет, то ее нет нигде. — Вот и я, Принцесса Жвач… ай! Твою мать! — я опускаю крышку и истошно начинаю вопить. — Помогите!

— Что? — Дженни проскальзывает в спальню, затаив дыхание, с дикими глазами. — Ты нашел Принцессу Жвач… Гаррет! — она закрывает лицо руками. Она визжит. Мне кажется, я плачу. — Что ты делаешь?

— Ищу Принцессу Жвачку! — кричу я. Коробка, которую я прижимаю к груди, наполненная фаллоимитаторами и вибраторами, грохочет и трясется, оживая.

— Ее там нет!

— Спойлер: Дженни, я, блять, это уже понял!

— То, что в этой коробке — слишком личное! — Дженни бросается на меня, сжимая коробку между нами. Что-то начинает вибрировать, пытаясь выскочить, и я думаю, что меня тошнит. — Тебе не следовало это трогать!

— Зачем тебе маркировать коробку с секс-игрушками как «игрушки»? — кричу я в ответ. У меня болит спина, а лицу очень жарко. Мне это не нравится.

— Как бы ты еще их назвал? — она пытается вырвать коробку из моих рук, которые по какой-то причине ее не отдают. Незамедлительно начинается перетягивание каната, коробка оказывается между нами. — Отдай… это… обратно!

Я дергаю коробку ближе — для чего? — и Дженни падает вперед, прижимая нас троих — меня, ее и коробку — к стене. Она пыхтит и тянет. Сильно.

Коробка лопается по швам, самая красивая радуга из фаллоимитаторов и вибраторов взлетает в воздух — богом клянусь — словно в чертовски замедленной съемке. Глаза Дженни встречаются с моими. Они широко раскрыты и полны ужаса, когда особенно огромный ублюдок с присоской бьет меня по лицу. Он с грохотом падает на пол, его длина — почему, черт возьми, он настолько длинный? — качается вверх-вниз и наматывает круги, кружась по твердой древесине, как плохой брейк-дансер.

Дженни леденяще кричит. Обеими руками она толкает меня вдоль стены, из спальни, по коридору.

— Вон! — ее крошечные кулачки колотят меня в грудь. — Убирайся!

— Я, блять, ухожу! — я спотыкаюсь о свою хоккейную сумку и врезаюсь в стену. Восстановив равновесие, я распахиваю дверь, выбрасываю свое барахло в коридор и практически выбегаю из квартиры Дженни, прежде чем дверь успеет ударить меня по заднице на выходе.

— Срань господня, — бормочу я, убирая влажные волосы со лба. Я понятия не имею, куда подевалась моя бейсболка, но чертовски уверен, что не собираюсь возвращаться за ней.

Я почти дохожу до лифта, когда скрипит дверь, и мое сердце колотится от робкого шепота Дженни.

— Гаррет?

Я оглядываюсь через плечо и вижу слабую фиолетово-синюю вспышку, выглядывающую из щели в двери.

— Да?

Она облизывает губы, опускает взгляд, и я едва успеваю расслышать ее слова, прежде чем она хлопает дверью.

— Спасибо за объятия.

Я вытираю руками лицо.

— Ну, я, блять, мертв.

ГЛАВА 5

Не знаю сколько дней я сижу и размышляю о том, куда катится моя жизнь.

Вот она я, сижу в четверг днем на последнем перед выходными занятием. Я учусь на последнем курсе Университета Саймона Фрейзера. Совсем скоро получу степень бакалавра изобразительных искусств на факультете «Танцев», и смогу преподавать в том числе. Мне двадцать четыре, и я наконец приблизилась к мечте, к которой я стремилась всю свою жизнь, вкладывала в нее все силы.