Неверная (СИ) - Романовская Кира - Страница 70

— Может ну эти родственные посиделки? Не проще сделать как всегда, посадить на стул в тёмном подвале и пистолет к башке? — тяжело вздохнул Влад, вспоминая рассказы о тёмном прошлом от Филина, которые тот иногда разбалтывал по пьяни.

— У меня правила, я с женщинами так не поступаю. Мужчина борется с мужчиной, с бабой я готов бороться только в постели, хоть сутками! — усмехнулся Филин, сверкая блестящими от возбуждения глазами.

Так Влад наступил на те же самые грабли лжи ещё раз, не взирая на то, что предыдущая шишка на лбу ещё кровоточила, а новая вот-во должна была появиться. Он снова скрывал правду от своей жены.

Филин смотрел вслед своему уходящему другу и ехидно усмехался про себя, короткая же у Влада память, раз он не вспомнил свою свояченицу. Они не плохо так зажигали пару лет назад с этой стрипухой. Его распирало от смеха, когда он представлял, как Елена сдаст своей старшей дочери и младшую, да и зятя заодно. Святослава не мучила совесть, что он не предупредил друга о возможном скандале, его то совесть была чиста. Он ведь их семейное счастье хранить не нанимался, ему нужен был результат немного другого рода…

Глава 19

В первый самостоятельный рабочий день Иды, она в основном просидела в приёмной, встреч у Влада назначено не было, так что она разбирала почту и задачи, что приходили по внутренней системе на имя Светы. Они с мужем вместе пообедали, Ида ни на шаг не отошла от обсуждения рабочих вопросов в сторону личных. Всё такая же отстранённая и молчаливая, она даже при разговоре старалась на Влада не смотреть, будто это он сделал что-то плохое.

Когда вечером понедельника они не поехали вместе домой, она даже выдохнула про себя, что не надо будет сидеть с ним в одной машине. В spa она поддалась чувствам и повисла у него на шее, обливаясь слезами. Не стоило так делать, повторяла про себя Ида, ещё подумает, что эти объятия что-то для неё значат. Ничего, этом она себя убеждала и его заодно…

На следующий день с утра Влад вызвал её к себе в кабинет и повторил то, о чём они с Филином говорили накануне. Как он и ожидал, Ида настаивала на личной встрече со своей матерью.

— Я договорился с моей на четверг, вот телефон твоей, позвони или напиши, постарайся в обеденное время, как и я. — протянул ей карточку с телефоном Влад.

Она чуть дрожащей рукой взяла кусочек белой бумаги и вышла из кабинета, моральных сил позвонить и назначить встречу ей удалось лишь ближе к вечеру. Неожиданно для Иды, мать согласилась встретиться с дочуркой и даже в четверг днём ей было удобно. Сбросив вызов, Ида упала лицом в сложенные на столе руки и тихо заплакала от того напряжения, что испытывала в последние дни. Хорошо, что в офисе на их этаже почти никого не осталось. Никто не увидит, как взрослая почти тридцатидвухлетняя девочка, которую бросила мама тридцать лет назад, до сих как будто об этом переживает, хотя давно надо было уже перестать.

От жалости к себе её отвлекла тяжелая рука, нежно погладившая её спинку вниз от шеи до поясницы и обратно. Ида, как будто под ударом тока высокого напряжения резко выпрямилась и, конечно, увидела рядом с собой Влада, что с противной жалостью на лице смотрел на неё.

— Пойдём домой, малышка. — слегка улыбнулся он ей.

— Шлюх своих малышками будешь называть, Ковалевский! — прошипела Ида, вскакивая со стула и спешно смахивая слёзки с лица. — Не трогай меня больше ни наедине, ни на людях, прям тошнит!

Влад прикусил язык, собираясь задать резонный вопрос, что ж её не тошнило, когда он на руках её до машины нёс? Какого хрена она обнимала его как раньше? «Минута слабости, ей нужен был хоть кто-то, кто погладит по головке и скажет, что всё будет хорошо…» — ответил сам себе Влад.

*****

Дни и часы до встречи с родной матерью превратились в пытку для Иды, ей казалось, что она это давно пережила, с помощью бабушки, которая вселяла в неё уверенность и веру в людей. Галина Александровна и её ученики, эту веру в ней поддерживали, и Влад, конечно, же он, был тем столпом, за который обоими руками держалась Ида и её детские психологические травмы до поры до времени не давали о себе знать. Но став матерью и держа на руках своего мальчика, она всё никак не могла понять, какая такая сила заставила её мать оставить собственную дочь и пропасть на шестнадцать лет. Она даже не звонила, писем не писала, просто пропала и всё…

Как Ида три года назад, только вот у неё причина была. Маленькая Ида в детстве думала, что и у мамы, которую она даже немного помнила, была причина, тяжелая работа, например, болезнь. Странно, но воспоминания о маме у неё были хорошие, её красивая улыбка и смех, когда она катала её на качелях, заплетала тёмные волосы в косички. В подростковом периоде Ида думала о ней в чёрном цвете, что мать пьяница или наркоманка, может и хорошо, что её нет?

Но когда после похорон бабушки холёная и красивая мама заявилась выгонять дочь из её единственного жилья, оказалось, что мама цветёт и пахнет парфюмом от Живанши, она оглядела худенькую и чёрную от горя Иду, потрепала за подбородок и сказала на прощание:

— Мордашка красивая, она тебя и прокормит.

От шока и ужаса тихоня Ида, которой она всегда и была, не смогла ей ничего сказать, отстоять свои права она тоже была не в силах. Бабушка не собиралась умирать, бодрая и энергичная, она вовсю бегала в парке вместе с Галиной, помогала той на даче и ещё даже подрабатывала. Просто инфаркт случился и она тихо умерла во сне. Иде помогла Галина, которая взяла некоторые вещи бабушки и составила у себя, пока у Иды не появится место, куда можно было бы их перевезти. Жила она в общаге от института, и вся её жизнь после смерти бабушки превратилась в постоянный поиск денег на жизнь, попытки скопить хоть на какое-то жильё.

Думать о матери сил не было, а потом всю её жизнь затопила любовь к Владу, к которому она и перевезла бабушкины книги и личные памятные вещи. Тёмной вспышкой была встреча с родительницей семь лет назад, а потом снова тишина. И вот непроработанные эмоции и чувства начали буквально душить Иду изнутри. На работе она то и дело бегала в туалет, чтобы умыться и не упасть в обморок. Дома она только и делала, что сидела рядом с сыном, пока он чем-то занят и смотрела на него, поедая себя мыслями, что она то не лучше своей матери.

Время вечерних разговоров с Сонечкой превратилось в минуты самобичевания, она и её бросила. Вглядываясь в любимые черты своей дочери, Ида еле сдерживала слёзы от ужасных мыслей, что роились у неё в голове стаей вонючих мух. Чья всё таки дочь Соня? Артиста, которого Ида так и не вспомнила? Или это Мистер Х, что совершал над ней насилие в машине, с салоном из чёрной кожи? Ида ревела в подушку после каждого разговора с Соней, стыдясь своих мыслей и боясь, что её отношение к дочери может измениться, если она вспомнит самое страшное, как отец этой прекрасной девочки изнасиловал её мать. Дни до встречи со своей матерью казались Иде адом, но ад, как оказалось, для неё еще впереди.

*****

Прошло уже двадцать минут, как Артемида Павловна холодно клюнула в щёку сына, села напротив него и с пренебрежительным видом и изучила меню ресторана, куда её пригласил Влад. С последней их встречи мать сильно раздалась вширь. Не удивительно… Ведь она кочевала из одного средиземноморского государства в другое, плотно налегая на местную кухню.

Сделав заказ, Артемида не закрывая рта начала делиться впечатлениями от своих поездок с сыном, которому и слова вставить не дала, и даже не спросила, с какой целью он её сюда позвал. Владу казалось, она нервничает, и это было ему на руку, он лениво глянул на часы, Ида должна была встретиться со своей недоматерью на соседней улице. С ней была охрана в помещении и машина сопровождения на улице около ресторана. Влад сильно переживал за её душевное состояние, на неё слишком много всего свалилось и его малышка, огрызаясь на него, всего лишь защищалась. Ему хватило мудрости это понять и не злиться на неё. «Маленькие шажки навстречу…» — напомнил он себе успокоительную мантру в сотый раз.