Хмель диких трав (СИ) - Кобилева Ольга - Страница 63

— Я извиняю вас. Но лучше не злоупотребляйте спиртным. Это никогда не доводило до добра. Я поеду домой.

— Конечно, поезжайте.

Женщина направилась было к двери. Она уже дошла до неё, как вдруг Радченко заговорил:

— Раиса Драговна, стойте! Вы такая добрая!

— Благодарю вас, но я должна идти.

— Может, теперь вы сходите в ресторан со мной, когда я почти свободен?

— Мы говорили с вами на эту тему. Я думаю, что повторно не стоит. Мой ответ будет такой же, как в прошлый раз. Нет. Я — то несвободна.

— Мне очень, очень жаль. Но, если на киностудии снимут наш сериал и киношники пригласят нас отметить такое событие, вы придёте туда? Отказать будет невежливо.

— Хорошо, что поделать. Хотя я бы опять же не хотела.

— Не бойтесь. Там буду не только я, но и продюсер, может, ещё кто — то. Вы боитесь меня, Раиса Драговна?

— Нет. С чего бы?

— Я выпил. Всё может быть.

— Вы о чём? — насторожилась Рая.

Ей впервые стало не по себе, как она вошла в кабинет к издателю.

— Ни о чём. Язык мелет всякую белиберду. Не обращайте на меня никакого внимания. Если не хотите в ресторан со мной, пойдёмте куда — то в другое место. Куда хотите, к примеру? Куда скажите, туда я вас и поведу.

— Не надо никуда водить меня. Мы договаривались с вами насчёт ваших отношений.

— Вы — по прежнему любите своего Дана? Не собираетесь разводиться с ним?

— Да.

— Насколько сильно?

— Так, что сильнее уже нельзя.

— Жаль.

— Почему жаль? Мой Дан настолько хороший муж, что лучшего пожелать просто нельзя.

— Вы знаете, что вы исключение из правил? В основном, все мои знакомые ровесники поразводились со своими первыми мужьями и жёнами. Смотрите, вы тоже можете попасть в их число.

— Я бы не хотела.

— Вы уверены, что вас всё устраивает в вашем муже? Даже его недостатки?

— Для меня в Дане совершенно нет никаких недостатков. Я всем довольна в нём. Трофим Терентьевич, давайте прекратим обсуждать моего любимого Дана. Мне такое крайне неприятно. Я его слишком люблю для такого. Я ни с кем не собираюсь обсуждать Дана.

Радченко встал из — за стола и подошёл к Рае.

— Как бы я хотел, чтобы вы развелись с ним!!!

Неожиданно он обнял её.

— Я люблю вас, Раиса Драговна. Люблю много лет. Люблю безответно, страстно, горячо. Вы же никого, кроме своего Дана не видите и не замечаете. Когда вы разлюбите его? И полюбите меня, а?

— Мне безумно жаль вас, но никогда. Никогда, слышите, никогда не смейте больше обнимать меня. Поскольку я очень сочувствую вам, сделаем вид, что этого вообще ни разу в жизни не было. Но это только на первый раз. Если вы позволите себе ещё что — то подобное, я срочно сменю издательство и вы больше совсем не увидите меня.

Так как издатель продолжал обнимать её, она мягко оттолкнула его и ушла. Он сразу протрезвел:

— Чёрт!!! Какая женщина!!! Какой я идиот!!! Я чуть не потерял всё, что имею, хоть это такая малость, по собственной глупости!!! Какой я же осёл!!!

Молодая женщина ехала домой. Её обуяли противоречивые чувства. С одной стороны, она сильно жалела своего редактора, с другой, её одолевала злость. Как издатель может хотеть, чтобы она забыла её Дана и развелась с ним? Да журналистка не представляет себе жизни без него, ей станет больно даже дышать, если его не будет рядом, тем более, когда он вдруг он умрёт. Что за кощунство так стараться разлучить их? Что Руслан, что Радченко. Она такого не понимает и никогда не поймёт. Как они все ей надоели!!! Как хочется быть рядом только с Даном и ни с кем на свете!!! Он понимает её как никто другой, иногда даже лучше собственного дедушки.

Писательница поведала обо всём бизнесмену. Он нахмурился.

— Что ты обо всё этом думаешь, Дан? — спросила она у него.

— Разве ты не видишь, что мне это всё это очень даже не нравится? Сначала Лика признаётся мне в любви, теперь Радченко тебе. Всё это может очень плохо кончится.

— Как думаешь, чем?

— Кто знает? Я не прорицатель, чтобы предсказывать судьбу. Даже ты со своими способностями не можешь знать всё. У меня плохое предчувствие.

— У меня тоже, хотя ты знаешь, что после того, как приснился тот волк с голубыми глазами я больше пока не видела вещих снов. Тогда у меня не было предчувствия, что оно сбудется.

— Увы, на сей раз моё предчувствие говорит, что какое — то плохое событие точно случится.

— У меня тоже. Я думаю, что между нами есть сильнейшая связь, поэтому в данном случае предчувствие появилось у нас обоих. Я считаю, что она телесная и духовная. Как ты думаешь, что мне делать с Радченко?

— Если честно, мне бы очень хотелось, чтобы ты сменила издательство и его редактора на другие, но не имею никакого права указывать, что тебе делать, Рая. Решай сама.

— Я пока попробую ещё посотрудничать с ним. Найти другое хорошее издательство не так — то просто, а с Радченко у нас прежде были хорошие отношения. Да и видимся мы с ним не так часто, так что не переживай. Если он опять полезет ко мне со своими объятиями, я разорву договор с ним. Я не хочу изменять тебе, поверь мне.

— Ты прекрасно знаешь, что я давно верю тебе.

Дан обнял её и они долго так простояли. Им, как будто передавалась жизненная сила друг друга. Они черпали её друг в друге и в своей любви, которая придавала им желание дальше жить.

Через несколько дней Рае приснился сон. Она находилась в городском парке. Она увидела, что на скамейке сидит Руслан.

К нему подошла Лика. Она передала ему из рук в руки документы. Писательница точно знала, что они касаются тендера, в котором её муж скоро собирался участвовать.

Бизнесмен взял из рук секретарши такие важные для него бумаги и злорадно усмехнулся. Его глаза светились холодным торжеством.

Молодая женщина сразу проснулась. Она поставила в известность о своём сне молодого мужчину.

— Смотри, будь осторожен с Ликой, — закончила она свой рассказ. — После этого сна я перестала доверять ей.

— Я тоже. Что — то она стала слишком часто разговаривать с кем — то по телефону. Тогда у неё становится хитрый — прехитрый вид и взгляд, который не внушает мне ничего хорошего. Когда я спрашиваю у Лики с кем она разговаривает, она говорит, что это по работе.

— Проверь свои документы для тендера. Вдруг их нет на месте? Возьми сегодня и проверь.

— Обязательно, золотая ты моя. Что тебе удалось выяснить насчёт Руслана?

— Он обманывал и обманывает клиентов своей фирмы «Прогресс плюс» насчёт жилья. Берёт с них деньги на много времени вперёд якобы на строительство будущих многоквартирных домов, на самом деле, они или ничего не строят, или хоть делают это, но очень медленно, под разными предлогами тянут время или они получаются у них некачественными с многочисленными нарушениями. Он даёт взятки и его будет трудно посадить потому, что, к сожалению, у него есть крупные связи в полиции. Я думаю, нам всё — таки стоит попытаться. У нас тоже есть связи. Радомир Терентьевич Радченко не последняя фигура в полиции.

— Боюсь, что он не захочет помогать нам в связи с тем, что ты отказала его брату.

— Трофим Терентьевич благородный человек. Я надеюсь, что он не будет мстить мне, тем более, таким низким способом. Я рискну обратиться к его брату, моё сокровище.

— Я желаю тебе во всём только удачи.

— А я тебе.

— Как там твой восьмой роман?

— Вчера начала писать его. Хотя пока все мои мысли о моих теперешних проблемах. Они сейчас у нас слишком серьёзные, чтобы не реагировать на них.

— Мы преодолеем их все до единой. Главное, что мы вместе, ведь так, моя цыганочка?

— Конечно. Мы всегда будем вместе, любовь моя.

— Даже в загробной жизни, если она существует, я не сомневаюсь, что мы с тобой найдём друг друга. Ели кого — то из нас отправят в рай, кого — то в ад, мы всё равно сделаем всё, чтобы и там соединится. Мне не очень важно, где быть, я не гонюсь за райскими наслаждениями, лишь бы с тобой. С другой стороны, я не хочу, чтобы ты мучилась в аду. Поэтому готов отдать своё пребывание в раю, лишь бы ты была там, если такое возможно. Если надо совсем не быть с тобой, лишь бы тебя не отправили в ад гореть на вечном огне я готов, хотя ты сама понимаешь, что мне это будет невыносимо тяжело сделать.