Особое задание - Горъ Василий - Страница 83

Юлька провела ладонью по моей голове, посмотрела мне в глаза и спросила:

— Ты пил?

— Ага! Иначе мне не хватило бы смелости все это тебе сказать!

— Ты и правда дурачок! — она грустно улыбнулась и вдруг заплакала. — Я так ждала, когда ты это скажешь, а ты становился все холоднее и холоднее! Я даже от девочек отгородилась какой-то стеной! Я им так завидовала!

Она обняла меня за голову, прижала ее к своей груди и сквозь слезы спросила:

— И что ты предлагаешь? Как ты представляешь наши отношения?

Я собрался с духом, посмотрел ей в глаза и твердо сказал:

— Я хочу, чтобы сегодняшнюю ночь мы провели вместе! А потом, я думаю, ты с девочками сами разберетесь! Если тебе захочется когда-нибудь уйти, — я не буду тебя удерживать! Разве что расстроюсь! И еще, я обещаю, что больше никогда не буду к тебе невнимателен!

— Я согласна! — ее глаза загорелись прежним огоньком, и она добавила: — Ох, и тяжело же тебе придется с нами тремя, парень! Я тебе не завидую! Что дальше?

— Закрой глаза! — попросил я ее. — И дай мне свою ладонь, ладно?

Она послушно выполнила просьбу, и я повет ее за собой в душ. Она не сопротивлялась, пока я ее выкупал, но потом, когда я вытер ее полотенцем и снова повел в кабинет, она, не открывая глаз, спросила:

— Ты ничего не путаешь? Спальня в другой стороне!

— Не торопись! Не путаю! У меня пока другие планы!

Я поставил ее в центре комнаты, высыпал содержимое пакетов вокруг ее ног, и, то и дело сглатывая слюну от вида ее тела, начал ее одевать. Тоненькие трусики, бюстгальтер, в который так не хотелось прятать ее грудь, потом дорогущее платье в обтяжку — мой самый любимый стиль, — с глубоким декольте, туфельки на высоком каблуке, на шейку бриллиантовое колье и маленькие сережки в уши. Потом спохватился, и добавил браслет на запястье. Потом подвел ее к большому зеркалу в коридоре и, поцеловав ее в губки, разрешил открыть глаза.

Девушка придирчиво осмотрела себя со всех сторон, потом подозрительно посмотрела на меня и спросила:

— Покупал сам?

— Да! — честно ответил я.

— Девочки видели?

— Нет!

— Я тебя люблю! — и повисла у меня на шее. — Что дальше?

— Едем танцевать!

— К нам?

— Нет, куда-нибудь еще!

— А ты поедешь в таком виде?

— Само собой, нет! Я бы хотел, чтобы меня одела ты! На свой вкус!

— Но уже поздно! — удивилась она.

— А я договорился: в одном магазине в центре нас еще ждут!

— Тогда чего мы стоим? — удивилась она. — Бери меня на руки и неси в машину!

Вечер, а за ним и ночь мы провели бесподобно: сначала Юлька долго выбирала мне костюм, потом мы, расплатившись, отлично поужинали в маленьком итальянском ресторанчике, гуляли по улицам, целуясь на каждом шагу, танцевали до упаду в каком-то попавшемся по дороге клубе, а часа в три ночи поехали в мой старый дом. Юлька, пьяная от выпитого и от сдерживаемого желания, не дав мне толком запереть дверь, начала срывать с меня одежду еще на лестнице. В спальню я ввалился уже практически раздетым, и девушка переключилась на свою одежду: не дав мне проявить ни капли нежности, она сорвала с себя все и повалила меня на постель.

К семи утра она немного угомонилась, и потребовала отвезти ее к нам. Я, вымотанный ее любовью до предела, еле нашел в себе силы разыскать ее вещи и привести себя в относительный порядок, перед тем, как сесть за руль. Юлька же, бодрая, счастливая, легко сбежала по лестнице, запрыгнула в машину и возмущенно посмотрела на меня, закрывающего двери:

— Ну, что ты так медленно? Я уже извелась!

Дорога до дому заняла у нас минут десять, и все это время Юлька ластилась ко мне, что-то напевая себе под нос. Но, стоило мне загнать «Феррари» на территорию особняка, она вылетела из салона, оббежала вокруг машины, схватила меня за руку и поволокла за собой. Ворвавшись в мою спальню, в которой на кровати мирно спали Люда с Татьяной, она забралась с ногами на кровать, толкнула проснувшихся от ее прыжков девушек и, счастливо засмеявшись, завопила:

— Девки, вы обзавидуетесь!