Попаданка и ее айдолы (СИ) - Лебедева Ива - Страница 87

Девчонки визжали и падали друг на друга, то ли изображая обморок, то ли всерьез доведя себя до истерики. Какая-то дура, поймавшая маску нашего воробья, запустила на сцену бюстгальтер, стянув его с себя прямо перед камерой. Видимо, решила, хм, обменяться памятными вещами.

Бедный воробей еле увернулся и без всякого стеснения усвистел прятаться за спины старших парней. Что вызвало новый взрыв — теперь уже хохота.

Участники выступали один за другим. Все финалисты, надо отдать им должное, имели что показать. Они по праву прорвались через все преграды.

Даже Санти неплохо исполнил шуточный рэп на стихи серого волка и с довольной ухмылкой смотрел, как медленно растет шкала в его секторе. Было понятно: в пятерку он не войдет. Еще бы, у него в конце каждой строфы рефреном шло: «Если любишь меня, не жми на кнопку!»

Бревнышко светилось собственным светом, как отсюда и аж до луны. И искренне поклонилось толпе, которая наконец решила его «отпустить».

Но вот настал самый напряженный момент. Пятеро конкурсантов, среди которых были Бо, Санти и еще трое парней из других команд, выбыли из соревнования. На сцене осталось десять участников.

Каждому из них было предоставлено «последнее слово», чтобы убедить зрителей проголосовать именно за него. После этого останется только следить за шкалой рейтинга и молиться.

Наши парни, как и было задумано, уступили право последнего слова соперникам. И внимательно слушали, что те скажут. Хотя что там слушать — стандартные «спасибо зрителям, спасибо учителям, спасибо устроителям, я полагаюсь на судьбу и ваше мнение».

Ну а потом микрофон взял Лео. Чуть откашлялся и произнес:

— Спасибо вам всем! За то, что поддерживали меня на этом пути. За бесконечные добрые слова, за тепло ваших улыбок. Изначально я шел участвовать в этом шоу, чтобы добиться большего, оценить собственные умения, показать себя, но… я получил намного, намного больше того, что хотел. Я приобрел то, о чем даже не мечтал. — Взгляд львенка прошелся сначала по стоящим рядом с ним участникам, потом по выбывшим Бо и Санти, а затем каким-то странным образом обнаружил меня за режиссерским стеклом. Лицо его озарила несмелая улыбка. — Шоу и зрители подарили мне удивительные вещи. Но у меня осталась последняя просьба, очень эгоистичная, но важная. Прошу: не голосуйте за меня.

Глава 50

В зале стало так тихо, что на мгновение мне показалось, будто даже съемочная и вся прочая аппаратура перестала работать. Только одинокая осенняя муха тоскливо жужжала где-то в кулисах.

Лео коротко вдохнул воздуха и повторил:

— Пожалуйста, не голосуйте за меня. — Парень снова поклонился залу как можно ниже.

— Кажется, еще один участник пытается косплеить нашего несравненного Санти. Удивительная шутка! — попытался выйти из неловкого положения ведущий.

— Это не шутка. Я абсолютно серьезен. Видите ли… — Лео поднял голову, более глубоко вздохнул и задумчиво улыбнулся, — так вышло, что практически с самого начала шоу я познакомился с Чжу, Санти и Ха. Но еще до этого я очень долго был трейни агентства вместе с Бо и Мо. И я… просто не вижу себя в другой команде. — Он виновато пожал плечами и оглянулся на парней. — Порой мне даже кажется, что оставить кого-то из них — это как бросить члена своей семьи. Но я не могу идти против мнения зрителей. Тем не менее я лучше проиграю с ними, чем выиграю без них. Прошу, не разлучайте нас. — Он глубоко и церемонно поклонился зрителям в зале отдельно, жюри отдельно, потом повернулся к центральной камере и так же поклонился тем, кто смотрел трансляцию по телевизору или через интернет.

И передал микрофон Джинджеру.

Тот коротко улыбнулся, мимолетно коснулся плеча Лео и посмотрел в зал:

— Спасибо вам всем. Я абсолютно солидарен с братцем-львом. А потому, пожалуйста, не голосуйте за меня. Не разлучайте нас. — Ответ Чжу был суше и уверенней, но вызвал не меньшее удивление. — Это шоу стало для нас переломной точкой. Пора начать иную жизнь.

Вот теперь тишина стала еще глубже. А потом взорвалась.

— Да у нас тут настоящий бунт! — вопил на фоне общего сумасшествия ведущий. — Кажется, участники отказываются продолжать без своего друга-дансера! Но как поступить? Зрители уже вынесли свой вердикт! Мы не можем вернуть кого-то в десятку финалистов по личному желанию участников!

Микрофон между тем перешел из рук Джинджера к Ха. И тот в своей обычной меланхолично-невозмутимой манере все объяснил:

— Большое спасибо всем, кто поддерживал меня в жизни и на этом шоу. Я хочу присоединиться к своим братьям с просьбой: пожалуйста, не голосуйте за меня. Если вы выберете кого-то из другой команды, выиграет не только этот несомненно достойный артист. Выиграем мы все. А зрители — в первую очередь. Потому что получат две новые творческие группы вместо одной. Я вам расскажу один очень большой секрет: мы с парнями долго размышляли и поняли, что единственно верное для нас решение — открыть собственное агентство. И стать уникальной группой, которая сама придумывает себе песни и танцы, сама создает свои образы. Поэтому прошу вас, наши прекрасные зрители, помогите нам. Проголосуйте за других кандидатов. Они реально достойны успеха, они настоящие артисты и с помощью продюсеров шоу обязательно станут айдолами. А мы хотим попробовать сами… Ладно? Никуда мы от вас в любом случае не денемся. Просто станем чуточку свободнее, чуточку счастливее и чуточку оригинальнее. А значит, сможем подарить больше счастья и вам!

К концу его речи зал рыдал и визжал, словно в нем собралось стадо бешеных бабуинов. Орали даже члены профессионального жюри. На мониторах режиссерского пульта с бешеной скоростью росли колонки трафика, все новые и новые зрители подключались к трансляции.

Ха подарил зрителям улыбку призрака и отдал микрофон воробью…

— Ну, вы поняли, да? — каким-то даже вроде бы и не своим, свободным и счастливым голосом спросил этот засранец, подмигивая зрителям. — Спасибо всем! Ваш падший ангел сегодня стал собой и готов на все ради вас. Не голосуйте за меня, и вот это все. А то мне кто-нибудь из гэ-гэ уши надерет и прав будет!

— Это шоу войдет в историю как самое безумное и скандальное, — сказал мне на ухо Рю, наклоняясь близко-близко. — Но все же признай. Я гениален.

— Ты?! — У меня тряслось все: руки, ноги, губы, внутренности… но силы на возмущение нашлись.

— А кто еще? Разве не я сразу угадал, что ты самая лучшая, самая умная, самая хитрая и самая красивая женщина в мире? Разве не я первый заявил на тебя права? Я гений!

— Между прочим, это я схватила тебя за рубашку и потащила к себе домой, — припомнила я обстоятельства нашего знакомства.

— Ну, я разве спорю? — Горячие губы прижались к моей шее, отчего трясти меня моментально перестало, зато захотелось растечься сладкой шоколадной лужицей прямо по пульту. — Ты тоже гений. Мы два гения. Самое то, чтобы пожениться и стать родоначальниками целой династии гениальных потомков.

Он еще раз поцеловал меня и вздохнул:

— Парням будет очень трудно. Да, они сейчас вроде разжалобили толпу. Увы, долго это все равно не продлится. Люди очнутся от влияния момента и поймут, что, в принципе, на их выбор взяли и наплевали. И получается, что участники сами выбрали состав группы. К пацанам вполне может приклеиться ярлык обманщиков и тех, кто не исполняет взятых на себя обязательств.

— Да брось, никого они не обманывают. Они честно шли к финалу и честно попросили зрителей не голосовать, обозначив свои намерения. Это не запрещено их контрактом. И давай все же дождемся результатов голосования, — напомнила я, собирая себя по кусочкам и буквально пинками превращая жидкое нечто обратно в мозги. — Еще неизвестно, чем окончится шоу… из-за одного голоса все может пойти в бездну.

— Давай дождемся, — согласился Рю. — Хотя технически можно будет просто показать другие результаты. Но только в том случае, если разница с настоящими будет составлять не более 5–10%. На больший процент уменьшать или увеличивать чревато. Могут раскрыть, и потом от помоев не отмоемся.