Попаданка и ее айдолы (СИ) - Лебедева Ива - Страница 90

Полгода. ПОЛГОДА ВСЕГО ПРОШЛО ПОСЛЕ ШОУ! У нас дебют был месяц назад, сразу после свадьбы цзе. И уже первый мировой тур в поддержку первого альбома. Первые строчки в мировых чартах. Я до сих пор ловлю себя на том, что жду: сейчас проснусь.

— Не верю… — снова выдохнул я, оглянувшись на билборд.

— Ну, можешь считать, что нас выпнули в люди спонсоры. Если тебе так будет легче, — улыбнулся Ха, потягивая коктейль из трубочки. — Связи аджосси, семья нашего феникса, семья невестки. Да нас даже семья У рекомендовала зарубежным партнерам. О, кстати, слышал, что в нашу честь даже устроили игровой турнир в «Легендах». Наоборот, было бы странно, если б мы не выстрелили с такой-то пиар-кампанией.

Бо молча улыбнулся и перехватил сумку у Мо Юя. Покосился на зеркальное стекло, отгораживающее нас от людского моря. Море бесновалось, билось о прозрачную только с одной стороны стену и орало. Там и тут мелькали светящиеся панели с нашими именами и портретами. Честно говоря, это было немного… жутко.

А непривычнее всех, наверное, было самому Бо. Если в Объединенной Азии до сих пор находились хейтеры, недовольные его угловатым лицом с выраженными скулами и «плоской» переносицей, то за пределами этого мира наш дансер взорвал чарты. Никто не танцевал как он. Никто не ставил нам танцы как он. Никто из нас не был настолько брутален и притягателен именно для западной публики.

Нам тоже так-то грех жаловаться. Хотя вижуал у нас Чжу, все остальные тоже регулярно светят лицами в медиа-пространстве. Я — лидер. Ха — вокалист. Бо — дансер. Джинджер — вижуал. Юй — макнэ. Энрике — глава стаффа, переводчик и «рекламное бревно». Это не оскорбление, а титул от нашей фан-базы. Они, кстати, назвали себя «зоопарк», а если точнее — «Zoo»-мы. И присвоили каждому из нас образ определенного животного.

А еще у нас была она. Цзе-цзе. Которую сегодня с утра тошнило в самолете, после самолета, в автобусе, после автобуса…

— Мам? — Мой смартфон завибрировал, и я обрадованно ответил на звонок. — Ты очень вовремя! Скажи рецепт того волшебного чая, который ты варила для тети Цин! Нет, меня не тошнит. Нет, у меня нет девушки, и она не беременна! Нет, никто из парней не отравился! Рецепт скажи, это для цзе! Нет, она не отравилась, она ждет ребенка!

— Типун тебе, — очень мрачно буркнула Рита, повисая у меня на локте. — Два типуна… Я ему оторву все выступающие части тела и пришью наоборот! Говорила же, что эти резинки ненадежные!

— Ты уверена, что нам надо знать подробности ваших… отношений? — моментально взвился Мо Юй, скосив глаза по очереди на меня и на Чжу. Парни знали, что я был неравнодушен к сестрице, так же как и феникс. Но мы стараемся перерасти это чувство. И с этим отлично помогает тотальная загруженность и негласный запрет на отношения в нашей среде. Ну и… пусть цзе-цзе ворчит на своего «волка», я прекрасно вижу, что нам там ловить определенно нечего. Вкусы у сестрицы очень… специфические. Может, и к лучшему. Потому что она временами невыносима даже как сестра. А как девушка… это только такой гигант, как Рю Ром, может выдержать.

— Я вам еще и две полоски могу показать, свеженькие, только-только нарисовались, — пробурчала Рита, медленно зеленея. — Вашу мать… подержите сумку!

— Позвонил дяде? — тихо спросил я у Ха, глядя, как сестра бежит обратно к двери в дамскую комнату.

— Бросил все, — кивнул наш вампир. — Вылетел следом за нами первым же рейсом. Орет на лету, как крылатая ракета.

— Это разве не его перманентное состояние? — удивился феникс.

— Умножь на два. Нет, на четыре. — Ха снова философски сюрпнул коктейлем из трубочки.

— Эх… — выдохнули мы хором и содрогнулись.

— Ага, — подтвердил Ха. — Весело будет.

— Ау, инопланетный зверинец! — В левом конце холла нарисовался Энрике и замахал руками. — Шевелим копытами, лапами и ластами! У нас есть час на отдохнуть в номере, а потом поедем на место концерта как настоящие президенты! Я выбил нам целых две машины с мигалками! Круто же?

— Кру…то, — пробормотала вернувшаяся Рита, повисая между мной и фениксом. — Парни… не ходите замуж. Там плохо… о-о-ой…

Эпилог 2

У Вейшенг женился через два года на девушке, чье имя до сих пор держит в секрете. Но это уже совсем другая история…