Трава – его изголовье - Герн Лайан - Страница 4

– Кое-что я могу тебе поведать. Но не сейчас. Потом, когда нас не смогут подслушать.

Снаружи раздалось громкое карканье вороны.

– Кузина сообщила две новости, – сказала Шизука. – Такео не покинул Ямагату. Люди Араи ищут его повсюду, на главной дороге расставлены стражники. Такео будут прятать в городе.

Снова прокричала ворона: «Кар! Кар!» Возможно, я проезжала мимо его укрытия, подумала Каэдэ. После паузы она спросила:

– Какая вторая новость?

– В пути может произойти несчастный случай.

– Какой несчастный случай?

– Судя по всему, Араи решил избавиться от меня. Но это должно выглядеть как случайность, нечто вроде нападения разбойников. Он не может оставить меня в живых, но опасается твоей реакции.

– Немедленно уходи. – Каэдэ от нетерпения повысила голос. – Пока ты со мной, Араи знает, где тебя искать.

– Тише… – успокоила Шизука. – Я оповестила тебя только для того, чтобы ты не наделала глупостей.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты можешь броситься на защиту с ножом в руках.

– Именно так бы я и поступила, – сказала Каэдэ.

– Я знаю. Однако ты не должна обнаруживать свои способности. С нами едет человек, который защитит меня. Вероятно, даже не один. Пусть сражаются мужчины.

– Кто они?

– Если моя госпожа догадается, то получит подарок! – оживленно пообещала Шизука.

– А как же твое разбитое сердце? – с любопытством спросила Каэдэ.

– Ярость лечит, – усмехнулась Шизука. Затем она заговорила серьезно: – Вряд ли я снова смогу полюбить. Но я совершила нечто постыдное, хотя раньше не опускалась до такого. Ведь я привязалась к Араи, стала его наложницей. Порвав все отношения, он выпустил меня на свободу.

– Тебе следует оставить меня, – снова сказала Каэдэ.

– Сейчас нельзя. Я нужна тебе, как никогда. Каэдэ замерла:

– Почему?

– Ты должна догадаться. Задержка месячных, необъяснимая слабость, тошнота, несмотря на голод… – Нежный голос Шизуки наполнился жалостью.

У Каэдэ забилось сердце. Она начала понимать, но не смела поверить.

– Что же мне делать?

– Чей это ребенок? Надеюсь, не Йоды?

– Я убила Йоду, когда он лишь попытался меня изнасиловать. Отец будущего ребенка – Такео.

– Когда? – прошептала Шизука.

– В ночь, когда умер Йода. Такео пришел ко мне в комнату. Мы оба думали, что нас ждет смерть.

Шизука тяжело вздохнула:

– Мне иногда кажется, что он сумасшедший.

– Скорее, завороженный, – сказала Каэдэ. – С момента встречи в Цувано мы оба словно находились под воздействием колдовских чар.

– Мы с дядей отчасти виноваты в этом. Вам нельзя было встречаться.

– Ни вы, ни кто-то иной не смог бы помешать нам, – проговорила Каэдэ.

Девушку невольно охватила радость.

– Я бы знала, что делать, будь это отпрыск Йоды, – ответила Шизука. – Моя рука бы не дрогнула. Есть травы, которые вмиг избавляют мать от нежеланного ребенка. Однако дитя Такео мне родня, в нем течет и моя кровь.

Каэдэ промолчала. Малыш может унаследовать способности Такео, думала она. Дарования, которые делают его незаменимым человеком. Все хотят использовать Такео в своих корыстных целях. Но я люблю его вовсе не за его способности. Я ни при каких обстоятельствах не расстанусь с ребенком и не позволю Племени забрать дитя. Как поведет себя Шизука? Стоит ли опасаться предательства?

Каэдэ так долго молчала, что Шизука привстала посмотреть, не заснула ли она. Но глаза девушки были открыты, в них отражался зеленоватый свет, проникающий из-за приоткрытой двери.

– Как долго меня будет тошнить? – спросила Каэдэ.

– Три-четыре месяца. Тебе придется никому не показываться на глаза.

– Ты все знаешь. У тебя, кажется, два сына?

– Да. Дети Араи.

– Где они?

– С дедушкой и бабушкой. Араи не знает, где находятся дети.

– Разве он не признал их?

– Мальчики интересовали Араи, пока он не женился и не родился сын от законной супруги, – поведала Шизука. – Мои сыновья старше, и он видит в них угрозу своему наследнику. Я поняла, что он задумал, и увезла детей в заброшенную деревеньку семьи Муто.

Каэдэ задрожала, несмотря на жару:

– Ты думаешь, он способен на преступление?

– Знатному воину к тому не привыкать, – с горечью отметила Шизука.

– Я боюсь гнева отца, – сказала Каэдэ. – Что подумает он?

– Скажем, что господин Шигеру боялся вероломства Йоды и настоял на тайном бракосочетании в Тераяме, в тот день, когда вы посещали храм. Твоя родственница, госпожа Маруяма, и сопровождающая ее Саши были свидетелями, но погибли, – прошептала Шизука.

– Я не могу лгать всем, – начала Каэдэ, но Шизука остановила ее.

– Тебе и не нужно никого обманывать. Все произошло тайно. Ты выполняешь желание покойного мужа. Я как-нибудь проговорюсь об этом, словно случайно. Посмотрим, удастся ли мужчинам сохранить секрет.

– А как же документы, доказательства?

– После падения Инуямы они пропали вместе со всем остальным имуществом. Ребенок будет от Шигеру. Если родится мальчик, то станет наследником клана Отори.

– Молчи, – быстро отозвалась Каэдэ. – Не искушай судьбу.

Девушка вспомнила о настоящем ребенке Шигеру, который так и не появился на свет. Несчастная мать наследника утонула в водах Инуямы. Каэдэ помолилась, чтобы его душа не наполнилась завистью, а ее собственное чадо выжило.

К концу недели тошнота отступила. Груди Каэдэ набухли, соски увеличились, неожиданно подступал голод, но в остальном она прекрасно себя чувствовала, лучше, чем когда-либо. Восприятие обострилось, словно ребенок делился с ней своими талантами. Она с изумлением замечала, как быстро тайные сведения Шизуки разошлись среди мужчин. Один за другим охранники начали обращаться к ней «госпожа Отори», произнося слова приглушенным голосом и отводя в сторону взгляд. Притворство давалось нелегко, но она ничем не выдала себя.

Каэдэ внимательно изучала спутников, пытаясь определить, кто из них принадлежит к Племени и призван защитить Шизуку в нужный момент. К женщине вернулась бодрость духа, она смеялась и шутила со всеми в равной степени. Окружающие реагировали по-разному: от признательности до вожделения, но никто не выглядел чрезмерно настороженным.

Воины Араи редко присматривались к Каэдэ и удивились бы тому, насколько хорошо она их изучила. Она могла узнать любого в темноте по походке или голосу, некоторых – даже по запаху. Она придумала им прозвища: Рубец, Косоглаз, Молчун, Длиннорукий.

От Длиннорукого пахло острым соусом, которым мужчины приправляют рис. Низкий голос и заметный акцент выделяли его среди остальных. Держался Длиннорукий вызывающе и насмешливо, что немного раздражало Каэдэ. Он был среднего телосложения, с высоким лбом и необычайно темными глазами навыкате. Руки казались непропорционально длинными, а ладони чересчур большими. Такой человек как никто другой подходил на роль убийцы.

На второй неделе пути неожиданно разразившаяся гроза задержала их в маленькой деревне. В узкой неуютной комнате Каэдэ не находила себе места. Девушку мучили мысли о матери. Она пыталась вспомнить родное лицо, но не могла – в памяти всплывала лишь темнота. Интересно, как выглядят сестры? Младшей скоро исполнится девять лет. Неужели горькие опасения подтвердятся, и она не застанет мать в живых? Тогда Каэдэ придется занять место хозяйки, опекать сестер, вести дом. Госпожа должна следить за тем, что происходит на кухне, присматривать за служанками, которые круглый год занимаются уборкой, ткачеством и шитьем, уделять время воспитанию детей. Однако за годы, проведенные в доме Ногучи, Каэдэ не научилась заниматься хозяйством. Девушке приходилось в буквальном смысле выживать в замке, постоянно опасаясь вооруженных людей. Что ж, придется многому учиться, привыкать заботиться о людях.

Ребенок будил в ней ощущения и инстинкты, о которых она раньше не имела понятия. Каэдэ думала о вассалах клана Ширакава, Амано Тензо и Шойи Киеси, однажды они приезжали с отцом в замок Ногучи. Вспомнила служанку Аямэ, с которой девочку разлучили в возрасте семи лет. Каэдэ скучала о ней почти как о матери. Жива ли Аямэ? Вспомнит ли она девочку, которую нянчила? Каэдэ возвращалась, якобы успев выйти замуж и овдоветь, на ее совести гибель человека, а сама она беременна. Как встретит ее родительский дом?