Ратник 2 (СИ) - Ковальчук Олег Валентинович - Страница 52

Глава 29

Вместо эпилога

Как говорится, ничего не предвещало беды. Ярослав увидел посреди леса знакомую арку. Он уже готовился к очередной порции знаний, и шагнул было навстречу ей. Но его тут же подхватило ветром и понесло куда-то, будто сухой листок.

Ярослав сам не заметил, как очутился на небольшой лужайке перед высоким теремом. Сердце Соколова билось всё чаще, и ему показалось, что он снова попал в гости к лесной волшебнице. Но его улыбка быстро сникла. Терем был не тот. И участок был иной. Да и фигура, стоявшая перед ним, явно была мужской.

Стоял мужчина против солнца, поэтому Ярославу было сложно разглядеть его лицо. Однако было ясно, что мужчина был очень крупным и высоким. Единственное, что выделялось на его лице — яркие, пронзительные зелёные глаза, которые будто светились на его лице.

В следующий миг глаза вспыхнули яркой вспышкой, или Ярославу лишь только показалось… но его сознание в следующий миг помутилось, а перед глазами стали мелькать картины всего произошедшего с ним за эти месяцы.

Ярослава изогнуло дугой. Казалось, что его мозг сейчас расплавится. Но на этом всё не прекратилось. Следом за последними событиями перед ним стала проходить и вся его прежняя жизнь: его детство, юность, подростковые годы. Ярослав уже понял, кто стоял перед ним. Он уже переживал подобное там, в подземелье, где был заключён Якош Святославич. И, без сомнения, это был он. Уж очень похож почерк и горящие зелёным глаза. Да и после того, как перед ним пролетели образы его собственной прошлой жизни, перед его глазами стали проноситься образы, которые он уже не помнил, а вернее не знал. По крайней мере, всё, что он сейчас видел, происходило не с ним, а с кем-то другим. И вот этот калейдоскоп уже был очень долгим. И Ярослав понял, что сейчас Якош Святославич смотрит свои собственные воспоминания, заложенные им самим когда-то в будущем.

На каком-то моменте Ярослав отключился. Он уже не мог кричать, извиваться, — просто не было сил. Он наконец потерял сознание. Но при этом каким-то шестым чувством он знал, что ничего не закончилось, и эта пытка продолжается.

Соколов не знал, сколько тянулось потрошение его сознания. Очнулся он от задумчивого голоса, который, несмотря на свою негромкость и вкрадчивость, прозвучал как гром среди ясного неба.

— Значит, правда, — произнёс мужчина хриплым голосом.

Ярослав, услышав это сквозь пелену, будто очнулся ото сна. В голове шумело. Однако сознание стало возвращаться, а зрение прояснилось.

— Не лгала Рея! — произнёс мужчина чуть громче, глядя на Ярослава. — Да и много нового узнал! — с этими словами он рассмеялся во весь голос. — Ну что, родственничек, хорошо я придумал? И силы тебе передал для себя, и знания о грядущем. Думаю, так ещё никто богов не обманывал, — он подмигнул Ярославу.

Безусловно, всё, что он говорил, было интересно, вот только отчего-то Ярослава заинтересовало совсем другое.

— Родственничек? — изумился Ярослав, — что вы имеете в виду?

— Эх, парень, такую гениальную комбинацию провернул, а ты ничего и не понял! Цепляешься за всякие глупости. А кто же ты теперь мне ещё? Ты теперь муж моей сестры! — улыбнулся Якош Святославич.

— Муж? Как это? — удивился Ярослав, но Якош Святославич его уже не слушал.

Он лишь улыбался.

— Дела нам нужно делать! Не спи! Ярослав, поднимайся давай!

Ярослав вдруг понял, что он действительно лежал ничком на траве. Но сил прибавилось, и он смог выпрямиться.

— Ты домой-то возвращаться хочешь? Или решил здесь и дальше прозябать?

Несмотря на то, что он сейчас думал про сестру Якоша Святославовича, всё-таки слова о доме его взбодрили.

— Что касается моей сестры, это вы сами разбирайтесь, — отмахнулся тем временем чародей. — А ты давай-ка не уходи от главного! Надо силы мне возвращать!

Ярослав принялся размышлять. Пытаясь прийти в себя, он попытался понять, что вообще сейчас делать. Он ведь шёл на встречу к лесному хозяину, а тут нарисовался старый знакомец. Да ещё и в мозгах копается без спроса. Однако, чем больше он думал, тем в голове всё больше прояснялось. И он вдруг отчётливо вспомнил слова Реи. Ого, даже имя её вспомнил!

Она говорила ведь нечто подобное, что брат её задумал нечто хитрое провернуть. И память свою в прошлое вернуть, и силу. И, соответственно, теперь силы у него станет вдвое больше.

В голову к Соколову тут же проникла поганенькая мысль: а что, если не отдавать никакую силу? Пошёл бы этот Якош Святославович куда подальше.

— Э, молодо-зелено, — явно прочитав мысли Ярослава, хохотнул Якош, — ты о моей силе не жалей. Ты всё равно бы воспользоваться не смог. Её все видели, но толку от неё не было. Та сила была только для меня.

Ярослав тут опешил.

— А как же уроки лесного хозяина? И то, что я смог вырастить росток. Неужто это всё было зря?

— Так то была твоя сила, — сказал чародей. — Я говорю же, моя сила тебе была не подвластна.

— Моя сила? — удивился Ярослав.

— Ну, а чья же. Ну ты, давай, не тяни кота за хоботок. Передай силу-то.

— Но как? — удивился Ярослав.

— Да всё очень просто, так и скажи: «Перед очами богов возвращаю силу законному хозяину».

Ярослав к тому времени уже достаточно пришёл в себя и смог подняться на ноги.

— И что тогда будет? — спросил он.

— Справедливость будет, — ответил Якош по-прежнему бодро.

Ярослав пожал плечами и повторил:

— Перед очами богов возвращаю силу законному хозяину.

Затем прислушался к себе, пытаясь понять, изменилось ли что-то. Да вроде ничего не изменилось. Как было, так и осталось. Ничего не убыло, не прибыло. Рядом принялся хохотать чародей. И чего он ржёт, обезумел что ли?

В следующий миг всё вокруг Ярослава вдруг завертелось. Притом, что это было не головокружение и не помутнение сознания. Окружающий мир действительно начал кружиться, да с такой безумной скоростью, что Ярослава едва не замутило.

Он посмотрел вниз. Травы под ногами больше не было. Там была… да ничего там не было. Пустота. А затем и вовсе всё вокруг стало чёрным-чёрно. Потом последовал удар, но не сильный. Ярослав тут же приподнялся и принялся озираться. Он лежал на земле, причём в яме.

Он было запаниковал. Мало ли куда его и зачем притащили. Но тут на него свалилась лопата, причём до боли знакомая лопата. Именно ею пару месяцев назад он копал погреб для своей бабушки.

Ярослав вскочил на ноги и принялся озираться.

— Ярик, ты там долго копаться будешь? Ужин стынет, — послышалось со двора.

Возвращение в родной мир далось Ярославу непросто.

Соколов ещё долго ковырял траншею, пытаясь отыскать ту каменную кладку, за которой он нашёл последнее пристанище Якоша Святославича. Но так и не нашёл. Либо ему это всё действительно померещилось, либо её просто и не строили никогда.

Видимо, Ярослав изменил каким-то образом прошлое. Хотя видимых перемен не было. Мир был таким же, как прежде. Президент тот же, города те же. Ничего не изменилось.

Он когда-то смотрел фильм «Эффект бабочки» и ожидал, что из-за его путешествия всё будет теперь иначе, и перевёрнуто с ног на голову. Но нет, последствий никаких не было. И ничего не говорило о том, что путешествие в далёкое прошлое было на самом деле. По крайней мере, в яме он оказался в той же одежде.

Вот только сам Ярослав изменился.

Он стал более молчаливым, более серьёзным. Да и стал чаще гулять по лесу. В последнее время он полюбил это дело. И он совершенно не верил, что те приключения ему приснились. Ведь та же наука читать следы в лесу у него действительно сохранилась. И он порой мог отследить лесного зверя. А если бы у него в руках был лук, то с каждой прогулки приходил бы с парочкой зайцев. Даже порывался смастерить орудие.

Дни шли за днями. Лето проходило. А Ярослав всё не мог найти себе покоя. Будто пытался что-то отыскать.

В последнее время, он уходил всё дальше и дальше в лес. При этом взял себе за привычку брать с собой какие-нибудь вкусности и обязательно оставлять лесным хозяевам подарки. При этом ни в коем случае не называя их лешими. Пускай они и не отзывались.